— Тогда заберёт мою грамоту и поедет с послом.
Никодим на заднем плане что-то недовольно сказал. Болеслав рассмеялся и снова закашлялся.
— Выздоравливай, — сказал я.
— Постараюсь.
Связь оборвалась.
Ингигерда села напротив.
— Ты не сказал ему о нападении.
— Незачем. Болеслав проверяет, способен ли Союз заключить мир. Пусть сперва увидит готовую грамоту.
— А если спросит, какую войну вы сегодня не начали?
— Скажу, что спасал печенегов от себя.
Она рассмеялась.
В этот момент амулет Небойши подал вызов.
Я ответил сразу.
— Говори.
Сначала слышалось только тяжёлое дыхание лошади и скрип снега.
— До колодцев добрались, княже, — сказал Небойша. — Обоз Сарыч-бека ушёл на север. А шамана возле кургана встретили другие.
— Кто?
— Семеро всадников. Карач-кам ушёл с ними на восток.
— Они тебя видели?
— Нет. Мы след нашли. Их кони подкованы, один хромает на переднюю ногу. Догоним.
— Не приближайся до темноты. Сначала узнай, куда они идут.
— Понял.
— Небойша, это всё?
Он замялся.
— Нет. Возле кургана лежал человек Сарыч-бека. Горло перерезано. Коня забрали.
Ингигерда перестала улыбаться.
— Осмотри всё вокруг, — приказал я. — Потом двигайся за шаманом. Сарычу пока ничего знать не надо.
— Добро, княже.
Связь прервалась.
Жалко, не на всех лошадей в степи метки мои поставили. Было бы проще по транспорту отслеживать, кого надо.