Колыван положил передо мной первый свиток.
— Начнём с мыта, княже.
Он разложил три листа. На первом были выписаны сборы в Ладоге, Новгороде, Смоленске, Киеве и на волоках. На втором — расходы на стражу, ремонт пристаней, корм для тягловых животных и содержание людей на порогах. Третий лист почти целиком состоял из пустых строк.
— Это что?
— Псков, Витебск и всё, что между ними. По Тьмутаракани никаких списков ещё нет. По одним местам тиуны прислали прошлогодние сборы, по другим — сколько хотели бы собрать. А кое-кто сообщил, что издревле брал столько, сколько купец мог заплатить.
— Кто так написал?
Колыван указал пальцем на строку.
— Один мытник из-под Турова. Честный человек.
— Гоните его к лешему.
— За честность?
— За то, что не понимает разницы между мытом и разбоем.
Колыван кивнул писцу. Тот сделал пометку на полях.
Ивор взял одну из гирь.
— С весами не лучше. Вот это в Смоленске называют гривной.
Он положил на ладонь продолговатый кусок металла.
— А вот это — в Киеве.
Вторая гиря была короче и толще.
— Разница?
— Почти пятая часть, — ответил Колыван. — А новгородская ещё легче. Купцы клянутся, что знают, где какой гирей взвешивать. Врут. Каждый знает только ту, на которой сам выигрывает.
Шастун высыпал на стол монеты. Дирхамы, денарии, милиарисии, обрезки серебра и несколько мелких чешуек.
— С этим ещё веселее. Одни монеты считают по весу, а на другие смотрят, где и кем отчеканены. У незнакомого купца могут вовсе не взять. Обрезанную могут принять как целую, если у меня меч длиннее.
— Вот мечи в расчётах и уберём.
Я взял киевскую гирю. Ника сразу вывела точный вес и сравнение с остальными.
— Погрешность у четырёх образцов от трёх до двадцати двух процентов.
— Сделаем эталон?
— Уже рассчитала набор. Но точные копии придётся проверять после отливки.
— Готовим общий набор гирь, — сказал я. — Главный хранится в союзной казне. По одной заверенной копии отправим каждому князю. С них сделают городские наборы.
— Из серебра? — спросил Колыван.
— Ещё чего. Из бронзы. Серебряной будет только контрольная гривна в Киеве. Запечатаем её в ларе вместе с указанием веса каждой гири.
— А если бронзу сточат?