— Слышал.
Он, похоже, всё ещё надеялся, что это что-то изменит.
— Остромир.
Сотник подошёл.
— Уведи его. Приговор тот же.
Тоган дёрнулся — видимо, понял сказанное, — но Небойша удержал его на коленях. Остромир подозвал двух гридней. Они подняли печенега и повели к обрыву.
Я не стал отворачиваться. Тоган попытался вырваться только перед самым ударом.
Через несколько минут Ника подтвердила, что в радиусе двух километров живых нападавших больше нет. Двадцать семь тел сложили у подножия обрыва. Оружие, амулеты и уцелевших коней забрали.
Только после этого мы добрались до грузовой лодьи, в которую ударил амулет шамана. Левую половину корпуса будто стиснули огромными клещами. Борт и поперечные балки переломились, придавив стоявших под навесом кобылиц. Четыре погибли сразу. Пятую вытащили наружу, но задние ноги у неё были раздроблены. Я велел прекратить мучения, и Остромир перерезал ей горло.
Ингигерда вышла из лодьи, когда гридни уже возвращались. Лук она всё-таки держала со стрелой на тетиве.
— Все? — спросила по-русски.
— Все.
Ингигерда наконец заметила сломанную лодью. Лук опустился. Она подошла к лежавшей отдельно гнедой кобылице с чёрными ногами, которую ей подарили на сходе, провела ладонью по её морде.
Потом поднялась. Глаза у неё были сухими, но губы побелели. Она посмотрела на обрыв, потом подошла и взяла меня за руку.
— Ты сильно злишься?
— Да, — не стал скрывать я. — Мы вчера полдня договаривались, писали грамоты и ставили печати. Сегодня какой-то шаман решил, что нашёл в словах лазейку. Если оставить это без ответа, уговор не проживёт и седмицы.
— Теперь проживёт?
Я посмотрел на тёмную степь.
— Поживём — узнаем.
Покончив с нападавшими, мы отошли вверх по Днепру ещё на несколько километров и встали за следующей излучиной. Лодьи поставили ближе друг к другу, дозоры удвоили. Двигаться дальше ночью не стали.
Небойшу я подозвал к своей лодье. Хорват подошёл, всё ещё осторожно двигаясь после вчерашней борьбы.
Я протянул ему небольшой круглый амулет без рисунка. Только по краю шли три неглубокие насечки.
— Пойдёшь в степь. Найдёшь Карач-кама.
Небойша взял амулет и повертел в пальцах.
— Шамана того?
— Его. Сначала пойдёшь к солёным колодцам в двух днях пути к востоку. Оттуда — к старому кургану, возле которого Карач-кам должен отделиться от обоза Сарыч-бека. Когда доберёшься, свяжешься со мной. Дальше укажу путь по переговорному амулету.
— Сколько брать со мной людей?
— Возьмёшь шестерых. Остромир подберёт. Поедете на захваченных конях и без моих красных кафтанов.
— Живым привезти?
— Пока не трогать. На нём несколько защитных амулетов. Сначала снимете их все, потом поставишь звуковую метку.