Я оглянулся. Двое печенегов Мстислава стояли чуть в стороне от его гридней. Защитные амулеты, полученные ещё в Киеве, теперь специально были вытащены поверх кафтанов. Борис свою работу делал.
— Они только для моих воинов. Защищают от клинка, стрелы и огня, — ответил я.
— Тогда, может, они покажут свою храбрость без этих амулетов.
Мстислав даже головы не повернул, но Борис едва заметно покачал головой. Двое печенегов из рода Аджара остались стоять на месте.
Народ вокруг зашевелился. Вперёд вышел здоровенный молодой батыр с перебитым носом и длинными руками. Он снял меч и отдал его подбежавшему пацану.
— Предлагаю борьбу до тех пор, пока один не сдастся или не сможет встать, — произнёс старейшина. — Амулеты и обереги все снять.
Рядом с ним ухмыльнулся мужик в длинной хламиде и с шапкой, украшенной какими-то погремушками.
Мстислав подошёл ко мне и тихо шепнул:
— Я не стану рисковать жизнями своих воев ради простого чужого любопытства. Он слишком силён, чтобы выходить с ним один на один.
Вот тебе и мирные переговоры. На меня они рыпнуться теперь боялись, но показать и свои возможности старались, чтобы переговоры проходили не только с позиции моей волховской силы. А Мстислав специально дразнил их через этих своих печенегов, чтобы я оказался рядом в нужный момент и принял вызов на себя.
— Я выйду.
Небойша стоял у меня за спиной и до этого в разговор не вмешивался.
— Без амулета? — спросил я.
— Не зря же нас госпожа Елена с Алёшей гоняли до седьмого пота. Чай, и без амулетов кое-что могём.
Он с усмешкой уже стягивал с плеч красный кафтан и повёл плечами, разминаясь.
Печенеги Аджара отступили в сторону. Небойша отдал мне амулет, пояс с мечом и ножом. Остался в светлой льняной рубахе, подпоясанной тонким ремнём. Шапку он тоже снял и перекрестился.
Потом показал ещё на одного крупного для печенегов батыра, стоящего с краю свободного от снега круга. Этот был постарше первого, и взглядом, похоже, готов был убить. Ещё один тайный мститель?
— А давай и ты тоже. Сразу вдвоём. Чего просто глазеть-то?
Мстислав хмыкнул. Эржип посмотрел на меня. Старейшина, затеявший этот спарринг, недовольно свёл брови.
— Вы вызвали одного, — сказал я по-печенежски. — Мой воин согласен выйти один против двоих ваших. Если ваши батыры боятся, можете выставить одного любого, просто для развлечения.
На это они, конечно, пойти не могли.
Небойша вышел в круг и покрутил головой, разминая шею. Двое печенегов разошлись в стороны. Более молодой с длинными руками не спускал с него глаз. Второй присел, повернувшись к нему боком.
— Ника, не вмешиваться, — мысленно приказал я. — Только если будут убивать.
— Принято.
Первым вперёд пошёл молодой. Двигался он быстро, на носках, будто собирался не бороться, а ножом работать. Небойша даже не пытался его ловить. Подпустил почти вплотную, ушёл от рывка в сторону и сразу подхватил сзади за пояс.
Печенег сам помог ему с броском через бедро. Взлетел вверх ногами и врезался спиной в землю. Воздух из него вышибло. Он попытался подняться, но тут же закашлялся и опять повалился на бок.
Второй не стал ждать, пока его товарищ поднимется. Не полез в захват, а с разбега ударил Небойшу плечом в грудь. Здоровый хорват отступил на два шага и оскалился. Кровь сразу хлынула у него из носа. Батыр ушёл от встречного захвата, но всё-таки успел достать его головой.
Небойша смахнул кровь тылом ладони и позвал обоих пальцами.
Теперь они не спешили. Молодой встал на четвереньки и мотнул головой, приходя в себя. Второй начал кружить, выбирая место для нового рывка.
Небойша сам пошёл к нему. Печенег резко присел и сунулся под руку, схватив хорвата за рубаху. Попытался повалить через ногу, но в тот же момент Небойша обхватил его поперёк туловища.