А теперь на запросы во Вручии кто-то отвечает. Дважды за три месяца.
— Внешний канал? Или всё-таки какой-то справочник в активном терминале? Если всё переводили в гибернацию, то почему остался активным именно он?
— Могу предположить, что медицинский протокол не отключали, потому что его никогда и не считали административным. Типа того, что свет во всём доме погасили, а лампу в подвале забыли, — блеснула она неуместной аллегорией.
Только мне было не смешно.
— И где этот подвал?
— Не знаю. Вручий отвечать не может, там только модуль терраформирования. Перынь тоже нет, там пространственные сканеры. В Киеве МПД точно не имеет внешних активных слотов. Остаются те, которые мы не смотрели.
Мест, где мы ещё не смотрели, было много. Уппсала, Аркона, вся дальняя сеть с греческими и английскими названиями.
Потом мне на ум пришло другое.
— Ты же контролировала его через звуковую метку! Успела зафиксировать саму процедуру исцеления? Что поменялось в его матрице сознания?
— Входящий пакет был сжат и зашифрован. Самораспаковывался уже после внедрения в поражённые участки тела.
— Блин. То есть сканер как-то диагностировал болезнь и запросил алгоритм исцеления ровно под него? Но ведь мужик наверняка не отличался особым здоровьем, кроме отсутствия зрения? В этом возрасте и с ЖКТ, и с урологией у мужчин обычно проблемы бывают. Почему приоритет был отдан только исцелению глаз? Там же целый букет заболеваний наверняка должен был быть. Почему глаза? А у Горазда только руки? А как же зубы? А геморрой, наконец?
— Может, молитва тоже какую-то роль играет?
— То есть человек молится, просит исцелить глаза, сканер цепляет услышанное, сопоставляет с диагностикой, выбирает диагноз и запрашивает пакет для исцеления? Так всё просто? А почему так эпизодически?
— Предполагаю, что энергия для отправки и приёмки пакета копится какое-то время и потом алгоритм срабатывает.
— То есть, если найти питающий контур и заставить его заряжаться не просто от внешней среды, как это делают алтари в церквях, а принудительно, то можно регулировать процесс получения нужных пакетов?
— Если бы было всё так просто, я бы этот питающий контур ещё во Вручии активировала на зарядку. Только на нём, как на МПД, приёмные каналы закрыты. Нельзя на него заряд пустить извне принудительно. А открыть их у меня уровня ядра не хватит.
— А как он тогда заряжается, если приёмные каналы закрыты?
— Похоже, там стоит модуль преобразования рассеянной энергии логос-ядра в энергию структур.
— Как в твоём будущем онтогенераторе?
— Да. Вот только я его идентифицировать не могу. Модуль закрыт.
— Тьфу-ты, — сплюнул я себе под ноги.
Ингигерда поднялась за мной на вал и застала как раз этот момент. Постояла рядом, глядя вниз, на столы и на факелы.
— Тебя там внизу все ждут. Что-то случилось?
— Во Вручии второе исцеление. Слепой прозрел. Тот, за которым жена ходила с верёвкой, ты их наверняка видела там на площади.
Помолчали. Инга переваривала услышанное, а я пытался понять, что смогу ей сказать по этому поводу.
— И это всё, что ты знаешь?
— Нет.
— Расскажешь?
— Потом как-нибудь. Пока всё непонятно.
Она кивнула. Без обиды, просто, поняв, что сейчас не время.