– Рад за вас! Надеюсь, теперь всё наладится! – И, выйдя из номера, в этот раз не закрыл его на ключ.
Старик вздохнул, но впервые за долгое время вздох его стал не признаком уныния, а, наоборот, предвестником счастья. Наконец-то, спустя столько лет, перед ним открывались восхитительные перспективы: своя крыша над головой и пусть небольшие, но верные деньги вместо постылых улиц, постоянного чувства голода, необходимости ночевать где придётся, зачастую и под открытым небом. А если жильё будет не хуже подобного номера, то вообще грех жаловаться.
Он с удовольствием растянулся на кровати, мечтательная улыбка блуждала по его губам, приятные мысли о том, чем он будет заниматься в новой жизни, каким содержанием её наполнит, весело кружились в голове и, сталкиваясь, рождали всё новые планы и фантазии. В какой-то момент этого буйства мечтаний он вспомнил про своих товарищей, про ночлежку и пообещал себе тоже стать волонтёром. Но это, конечно, после того как сам устроится! Теперь он по-настоящему поверил в то, что удача повернулась к нему лицом. Может, Сергей Аркадьевич даже даст ему скромную должность, ведь не такой уж он и старый, силы у него ещё есть – за три дня, проведённых в человеческих условиях, он почувствовал, как они возвращаются. Одна прекрасная картина сменялась другой!
Большой северный город потихоньку просыпался, чёрное бездонное небо обретало с рассветом новые краски – сначала свинцового оттенка, потом грязновато-серого, ну а затем, с появлением солнца, и бледно-розового. Громко заработала на кухне кофеварка: видимо, жена уже встала, а возле кровати звонко зашлёпали собачьи лапы. Все его надежды выспаться в выходной день были коварно развеяны этой давно спевшейся между собой парочкой.
Первая из них, та, что собака, по утрам желала только одного – гулять, но ради этого была готова на любые подлости, вроде тех, что, подходя к постели, начинала теребить зубами одеяло или настойчиво тыкалась мокрым холодным носом ему прямо в лицо. А могла применить и язык. Задача была неизменна – разбудить его как можно раньше и вывести на прогулку. Да, именно так – это она выводила его гулять: как ошалелая неслась вперёд, а он плёлся еле-еле сзади, нисколечко не разделяя её собачьего восторга.
А вторая – это жена. Три года назад она завела себе подружку, принесла домой щенка ретривера, но обязанность её выгуливать вменила почему-то ему. Жена утверждала, что Дэзи – так она назвала собаку – любит гулять только с ним, та же всячески ей в этом подыгрывала. Утешало лишь то, что площадкой для этих церемоний служил бульвар, расположенный рядом с их домом.
Так и сегодня утром, несмотря на ранний час, увильнуть не удалось. Он встал и, потягиваясь на ходу, ещё не до конца проснувшись и не полностью овладев координацией, отправился на кухню, попутно натыкаясь на собаку, которая вертелась под ногами, старательно показывая, как она ему рада. Там он получил из рук жены чашку крепкого чёрного кофе и подошёл к окну. На улице уже светало, вчерашние сугробы ещё больше увеличились в размерах: снегопад если и брал паузу, то ненадолго, а потом заряжал с удвоенной энергией. По телевизору шла программа городских новостей. Он прислушался к ведущей, потом взял пульт и прибавил звук.
«Только что, во время эфира, пришло сообщение с пометкой “срочно”. Как стало известно нашему спецкору из источников в МВД города, сегодня ночью в своём загородном доме был убит известный предприниматель, кандидат в депутаты законодательного собрания Сергей Аркадьевич Авросимов. По предварительной информации, преступник нашёл способ проникнуть на территорию особняка и, ликвидировав охранника, застрелил бизнесмена тремя выстрелами в упор. По счастливой случайности больше никто не пострадал, семья погибшего находится в отъезде. Ждём новых подробностей».
Довольно ухмыльнувшись – всё прошло без сучка и задоринки, хоть и пришлось в этот раз поступиться некоторыми принципами, – он не стал слушать остальные новости и отправился в прихожую. Там уже раздавалось нетерпеливое поскуливание. Дэзи в ожидании своего любимого хозяина даже поставила лапы на дверь, как будто могла её открыть. Весь её вид словно говорил: «Ну не испытывай же моё собачье терпение! Выводи скорей!»
Через пару минут они были уже на улице и направлялись к месту их прогулок. Ещё издалека он увидел у одной из скамеек в самом центре бульвара необычное скопление людей. Само по себе их количество, да ещё в такую рань, было событием из ряда вон выходящим, но то, что они взволнованно и горячо что-то обсуждали, делало ситуацию совсем загадочной. Он надел собаке намордник и отцепил её от поводка, чем она не преминула тут же воспользоваться и стремительно влетела в ближайший сугроб. А сам пошёл посмотреть, что же всё-таки стряслось.
Оказавшись среди людей, которые со всех сторон обступили скамейку, он увидел, что их внимание приковано к находящемуся на ней предмету. Поначалу он сразу и не разглядел, что там: всё было покрыто толстым слоем пушистого, свежевыпавшего снега. Но стоило ему присмотреться к очертаниям, как у него исчезли все сомнения: на скамейке, скорчившись, лежал человек. И вся его предсмертная поза: ноги, поджатые так, что колени почти упирались в живот, руки, сложенные крестом на груди, лицо, вплотную прижатое к этим рукам, – говорила о том, что последним усилием в его жизни была попытка согреться. Попытка, несмотря на отчаяние, с которым она предпринималась, оказавшаяся неудачной. Человек замёрз насмерть, и замёрз, учитывая размеры снежной шапки, накрывшей уже остывшее тело, много часов назад. Вероятно, устав идти, он недооценил коварство умиротворяющего зимнего пейзажа и поддался опрометчивому желанию прилечь, ненадолго закрыть глаза и дать себе минуту отдыха. Здесь и нашёл своё последнее пристанище.
Никто его не ждал, и нигде он не был нужен. Никто не обеспокоился его отсутствием и не отправился на его поиски. Человек замёрз посреди миллионного мегаполиса, в самом его центре, в непосредственной близости от тёплых, уютных квартир, дорогих ресторанов, переполненных торговых центров и продуктовых супермаркетов. Замёрз в то время, когда рядом, всего в пяти минутах ходьбы, люди продолжали заниматься своими делами: совершали покупки, обсуждали планы и меню, выпивали и напряжённо думали, как развлечь себя в долгожданные выходные, дарили подарки близким и поздравляли друг друга с Новым годом. Замёрз потому, что не хватило сил добраться до места, где бы он получил пусть временную, но всё же передышку. Маленький шанс на что-то для себя лучшее.
Вполуха он слышал, о чём говорили присутствующие: о том, что покойника нашла пенсионерка из второго подъезда, вышедшая пораньше в булочную за горячим хлебом, что полицию и скорую уже вызвали, но что-то они долго едут, что окочурившийся – по всем признакам бомж. Одни доказывали: замёрз, так как пьяный, другие – наоборот: был бы под градусом, то ничего бы и не случилось. Кто-то вспомнил, что в прошлую зиму тоже был похожий случай. Прозвучало традиционное: «Меньше бомжей – чище и спокойней». Но тут же – что «какой-никакой, А ЧЕЛОВЕК!». Всё это было неинтересно.
Он перевёл взгляд на Дэзи и улыбнулся. Она брала от жизни всё, что могла взять здесь и сейчас: её радостные прыжки поднимали вверх настоящие снежные фонтаны. Она то переворачивалась на спину, но, тут же подскочив, начинала вертеться вокруг своего хвоста, то, опустившись на передние лапы и выставив их вперёд, пробиралась через сугроб, пока вся морда не оказывалась в снегу. Тогда она начинала звонко фыркать и смешно трясла головой, стараясь его стряхнуть. Собака была довольна и счастлива: по какой-то непонятной ей причине прогулка сегодня длилась дольше обычного. Он устало вздохнул и пошёл ей навстречу, лелея про себя надежду, что, вернувшись домой, сможет ещё поваляться в постели. Ведь надежду никто и никогда не отнимет. А снег всё шёл и шёл не останавливаясь, и казалось, весь мир, куда ни посмотри, состоит из одного только снега. И нет ему ни конца ни края.
Надежда Середина
Автор 8 романов, 12 повестей и сотни рассказов. Издано 40 книг. Награждена 25 премиями и дипломами победителя. Автор романа «Подростки» (лауреат Международного литературного конкурса им. А. Платонова, Российско-баварский центр, 2012). Победитель конкурса детской премии «Аист» (2017). Обладатель Международной премии имени Фазиля Искандера за книгу рассказов «Весёлый зоопарк и лесные затоны» (2023).
Призёр литературного конкурса «Пастернаковское лето» (повесть «Гремячий ключ», 2014, Москва). Награждена дипломом лауреата конкурса «Преодоление» литературно-общественной премии «Жизнь задыхается без цели» в честь 200-летия Ф. М. Достоевского (Москва, 2021). Основа произведений – мир. Сборник рассказов «Дорога в Иерусалим – исповедь паломника» в номинации «Проза» удостоен диплома «Лучшая книга года» (2014–2016, Москва). Награждена дипломом лауреата конкурса «Преодоление» литературно-общественной премии «Гранатовый браслет» им. А. Куприна (МГО Союза писателей России, 2020). Диплом Международного ПЕН-центра за книгу «Весёлый зоопарк и речные затоны» (2023). В 2024 году удостоена Гран-при за книгу повестей и рассказов «Фарфоровый попугай».
Член Союза писателей России, Международного ПЕН-центра с 2007 года, Союза писателей Северной Америки, академик Международной академии развития литературы и искусства.
Книги переведены на немецкий, английский, французский, персидский языки.
Бром и Хина
(рассказ)
Во времена монархов и рабов тягловая сила измерялась по всей Европе и на Руси лошадиными силами, вместо машин были тройки, шестёрки лошадей, запряжены они были в телеги по-крестьянски, или в кареты и упряжки по-дворянски, или по-царски – цугом. Казаки, мушкетёры и корнеты – верхом, и издалека они были похожи на кентавров.
Во времена Чехова в провинции, в лопасненской глубинке, машина была редкостью, и до поезда из Мелехова в Лопасню писатель-врач добирался на тарантасе.
Относительно недалеко протекает Лопасня. Ехать восемь километров.
Мелехово находится в самой глубинке Чеховского округа, за рекой Лютеркой. Раньше это была Лопасня, лопасти – вёсла. Красота тут, грибники приезжали из Москвы. Антон Павлович Чехов любил смотреть, как сеет свет солнце сквозь осеннее красно-синее сито листьев в саду. Яблоки антоновские ещё кое-где висят на ветках, как птицы-зеленушки.
Полчаса дороги от Чехова – и они в Мелехово.
Тётя Аня и шестилетний Егорка приехали посмотреть заповедный музей в Мелихово.
– А лошади в Мелихово есть? – вглядывался в даль неугомонный племянник.
– Есть.
– Настоящие?