Я подняла голову.
— "Пока" меня не успокаивает.
— Меня тоже. Но ничего точнее я сейчас не скажу.
Он выглядел уставшим. Даже больше, чем раньше. И почему-то именно это делало его менее опасно-идеальным. Более живым.
— Кайран? — спросила я.
Северин помолчал. Потом ответил:
— Жив. В соборе. Уже начал давить совет.
— Уже?
— Ты правда думаешь, он лег бы спать после этого?
Нет. Не думаю.
Я слишком хорошо представляла Кайрана после такой ночи: без сна, без передышки, с драконьим огнем под кожей и яростью, которую он теперь вынужден держать в рамках не только из-за себя, но и из-за меня.
Под браслетом тихо отозвался жар. Ровный. Живой.
Северин заметил, как я машинально накрыла запястье ладонью.
— Сильно тянет?
— Терпимо.
— Пока?
— Да.
Он кивнул, будто именно этого и ждал.
— Значит, до рассвета выдержите оба.
— А потом?
— Потом станет интереснее.
Я устало закрыла глаза.
— Ты умеешь утешать.
— Не замечал за собой такого порока.
Мира тихо фыркнула. Вот это уже было почти хорошим знаком.
Я снова посмотрела на Северина.
— Кто такой Ретт на самом деле?
— Человек, который редко выходит из тени, если не хочет вложиться в будущую победу.
— Ты его боишься?
— Нет. — Он чуть склонил голову. — Но предпочел бы, чтобы он не заинтересовался тобой так быстро.