— Ты прав. — Проронил он тяжело, опираясь внушительным кулаком о водительское кресло. — Гордону все равно, кто попадется в его когти, лишь бы ощипать да кинуть в суп. А я верю в закон, парень, хоть и звучит это слишком… кхм, — он пригладил усы. — В общем, раз такое дело, придется мне самому этим всем заняться. Вы со мной?
Мы с Эндрю переглянулись и поняли друг друга без слов. Рэддок протянул ладонь.
— Мы в вашей команде, шериф, — сказал он просто. — Но времени мало, завтра вечером поезд отправится дальше. Кое-что я уже предпринял. Официально запросить материалы по Каналли я не мог, так что попросил друзей.
— Ты — настоящий полицейский, парень, — шериф с чувством пожал ему руку и улыбнулся мне. — И у вас котелок варит что надо, мисс Корбетт.
— Земли Хопкинсов начинаются за ручьем, — махнул рукой шериф, выруливая на каменный мост.
— Очень… добротно, — я не без труда подобрала нужное слово.
Хотя власти Смоллвиля явно не бедствовали, дорога по ту сторону ручья отличалась от муниципальной в лучшую сторону. Ровная, как линейка, ни единой выбоины.
— Направо выгон, — продолжал шериф, ловко вписываясь в левый поворот, — но туда я вас, понятное дело, не повезу. Как бы ни хотелось мне новым племенным бычком похвастаться, это не для леди.
Он усмехнулся в пышные усы.
Рэддок одобрительно хмыкнул, покосившись на мое светлое платье и легкие туфли. В таком на ферме точно делать нечего, так что тучными стадами Хопкинсов мы любовались из окошка авто. Недолго — вскоре за поворотом показался дом.
— Это наш с Милли, — объяснил шериф, не оборачиваясь. — С нами сейчас живут младшие, Питер и Дженни. Дочка в школу ходит, а Питер скоро уедет, он в этом году в колледж поступил.
Голос шерифа смягчился, как всегда, когда речь заходила о семье.
— Вам хватает времени на хозяйство? — вежливо осведомился Рэддок, намекая на нелегкую работу шерифа.
Мистер Хопкинс рассмеялся и махнул ручищей.
— Да бог с тобой, парень. Куда мне? Это раньше все на мне держалось, а теперь старшие подросли. Уже года три как всем на ранчо сообща заправляют Том и Джекоб. Они у меня не белоручки, сызмальства вкалывали, так что знают, что почем. Том уже и женился, детки пошли. Самое время мне на покой. Так нет же, вляпался на старости лет в политику… прямо как в коровью лепешку. Простите, леди.
Я лишь кивнула. Несладко ему с Гордоном работается, ничего не скажешь.
Автомобиль промчался по ровной, недавно посыпанной гравием подъездной дорожке и затормозил у входа в дом. Ничем не примечательный образчик стиля ранчо: одноэтажный, Г-образный, с двускатной крышей, большими окнами и просторной террасой. Дом был построен, что говорится, на века, и хозяева не жалели денег и сил, чтобы поддерживать его в идеальном порядке. Штукатурка на стенах еще не успела посереть от вездесущей пыли, рамы и наличники сверкали свежей краской, добротную кровлю тоже меняли не так давно.
Чем-то дом напоминал самого шерифа Хопкинса, такой же прочный, как мореный дуб. Зато сад с лужайкой и розарием, несомненно, вклад миссис Хопкинс. Как и вазоны с пышными оранжевыми облаками настурции и разноцветными геранями у крыльца.
На пороге нас встречала сама хозяйка, вытирая руки цветастым полотенцем.
— Добро пожаловать, — от улыбки ее лицо покрыли мелкие морщинки, и оно стало похоже на печеное яблочко. — Утка почти готова. Хотите пока в саду погулять?
— Не подгорит? — спросила я из вежливости.
— Кухарка у меня толковая, присмотрит, — отмахнулась миссис Хопкинс, беря меня под руку. — Она могла бы и без меня сготовить, да я люблю по старой памяти иногда сама встать к плите.
— И вам не трудно?
В голове у меня, признаюсь, такое не умещалось. Зачем стряпать самой, если в этом нет нужды?
— Скажете тоже, — звонко рассмеялась миссис Хопкинс. — Это же не на костре для трех десятков мужчин кашеварить! И так каждый день, в жару и в слякоть. Вот это и вправду было трудно, а в чистой кухне у плиты, да когда за тебя все чистят… Баловство.
Надо же, какая у нее интересная биография!
Должно быть, она что-то прочитала по моему лицу. Улыбнулась ностальгически, покачала головой.
— Да, было время… Мы с Тедди в молодости нищие были, куда там церковным крысам. Все мечтали на свой домишко накопить, хоть какой. Тедди тогда ковбоем подвизался, а я вместе с ним нанималась, куховарить. Стряпала-то я недурно, а денег за работу брала всяко меньше мужчины-повара. И при муже, опять же, он меня в обиду не давал… Ладно, простите старуху, заболталась я что-то.
— Какая же вы старуха? — запротестовала я вполне искренне. Миссис Хопкинс из тех дам, которым нипочем ни годы, ни трудности. До смертного одра они сохраняют потрясающую бодрость духа и телесную крепость.
— Спасибо на добром слове, — она улыбнулась, увлекая меня на мощеную кирпичом аллею.