— Как-нибудь перетерплю. Желаю хорошо провести вечер.
Я только собралась поблагодарить, как в дверь уверенно постучали.
— Войдите, — разрешила я, поправляя пояс на бедрах.
— Добрый… — начал стоящий на пороге Рэддок и осекся, пожирая меня глазами.
Приятно, черт побери!
Когда дальше глазеть стало уже неприлично, Рэддок откашлялся и с видимым усилием отвел взгляд.
— Прекрасно выглядите, Лили. Вы готовы?
— Спасибо. Да, вполне. Хотите меня проводить?
— Да. То есть нет. То есть шериф Хопкинс пригласил меня тоже.
Его растерянность и смущение были словно бальзам для моего самолюбия.
— Отличная новость! — обрадовалась я и взяла его под руку. — Идемте?.. Хорошего вечера, мисс Вайтон.
— Хорошего, — звонко откликнулась она и добавила чуть слышно, с насмешкой: — Голубки.
Шпильку я пропустила мимо ушей. Ясно ведь, почему Мари злится.
К поджидающему в авто шерифу мы шли молча. Рэддок очнулся лишь когда мистер Хопкинс выбрался из своего видавшего виды автомобиля нам навстречу.
— Добрый вечер, мисс, старший инспектор, — прогудел он, вежливо прикоснувшись к полям своей запыленной шляпы. Рэддок рядом с ним выглядел прожженным столичным франтом. И это он еще не стал надевать смокинг! — Ну что, погнали? Если утка пересушится в духовке, мне Милли голову оторвет и прибьет над плитой. Она ведь у меня для гостей сама готовит, по материнским рецептам. Вкуснотища — пальчики оближешь!
В голосе его звучала неприкрытая гордость.
— Тогда не будем рисковать, — рассмеялась я.
Рэддок молча улыбался.
— И правильно, — шериф усмехнулся в густые усы. — Милли скора на расправу. Садитесь.
Он распахнул дверцу авто. Внутри оказалось на удивление чисто, пахло апельсиновыми корками и мятой.
— Милли делает такую штуку, для запаха, — мельком объяснил шериф, заметив, что я принюхиваюсь, и завел мотор.
Шериф молчал, пока мы не выехали из города и не покатили по шоссе. Мы с Рэддоком смотрели по сторонам, хотя, признаюсь, мне такие пасторальные пейзажи — коровки, овечки, бескрайние поля — не очень-то по вкусу.
— Вы в курсе, что вашу приятельницу отпустили? — подал голос шериф, взглянув на меня в зеркало. — Ее адвокат, этот проныра Гарри Ньюман, всех на уши поднял.
— Отличная новость! — обрадовалась я.
— Еще бы, — хмыкнул шериф, выворачивая руль так, что меня швырнуло на Рэддока. Тот, впрочем, не возражал и, пользуясь случаем, приобнял меня за плечи. — Между нами говоря, Каналли укокошили не из ее револьвера, это точно. Так что Гордон лишился главной улики.
— И кого он подозревает теперь? — спросила я из вежливости. По правде говоря, убийцу Каналли я не слишком порицала, не хотелось лишь, чтобы осудили невиновного.
— Без понятия, — сознался шериф. — Гордон рвет и мечет, он-то уже репетировал свою пресс-конференцию, а теперь выходит, остался ни с чем. Только попомните мое слово, это ненадолго. У него вроде как новая версия вырисовалась, но со мной он не поделился.
— Думаете, он найдет виновного? — сомнение в голосе я скрыть даже не пыталась.
— Скорее назначит виноватого, — негромко возразил доселе молчавший Рэддок.
Шериф проехал еще немного, затормозил рядом с добротным двухэтажным домом и обернулся к нам. Глаза прищурены, взгляд из-под насупленных седых бровей острее ножа, губы сжаты в нитку.