Петербургская аптекарша. Тайна мертвой княгини: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Теперь нужда, как мне кажется, налицо.

Дмитрий сделал шаг назад, будто хотел отойти от самой идеи книги как можно дальше.

— Вы хотите сказать, что тётку убили как часть… чего? Какого-то реестра?

— Я хочу сказать, — тихо проговорила Елизавета, — что кто-то, возможно, годами пользовался одними и теми же руками, одними и теми же страхами и одними и теми же средствами. И что княгиня либо поняла это, либо слишком близко подошла к тому, чтобы понять.

Она ещё держала листок в руках, когда взгляд её скользнул к бархатному мешочку, лежавшему рядом. Небольшой, туго завязанный. Внутри что-то звякнуло, когда она подняла его.

— Осторожно, — сказал князь.

Она развязала шнурок. На ладонь выпал маленький фарфоровый ключик — не настоящий дверной, а миниатюрный, расписанный кобальтом, с тем самым знаком: круг и точка. И ещё — крошечная латунная пластинка с выбитой цифрой «4».

Сер. № 4.

Теперь даже воздух в комнате словно изменился.

— Это не случайно, — сказал Алексей.

— Нет, — ответила Елизавета. — Это ключ не к двери. Это ключ к системе.

— Или к шкафу, который открывается не железом, а знанием, — тихо сказал поверенный и тут же пожалел о собственной фразе.

Елизавета резко повернулась к нему:

— Вы всё-таки знаете больше.

— Я знаю достаточно, чтобы бояться, сударыня.

— А я уже внутри этого страха, — сказала она. — Так что говорите.

Но договорить он не успел.

За дверью спальни послышался шум. Не приличный стук, а именно шум — быстрые шаги, женский голос, спор с лакеем. Дверь распахнулась, и на пороге появилась Мария Игнатьевна, бледная, задыхавшаяся от негодования.

— Алексей! Ты с ума сошёл? Весь дом уже шепчет, что ты рыщешь по вещам покойной с аптекаркой!

Она замолчала, заметив лист у Елизаветы в руке и вынутое ложное дно. В это мгновение на её лице проступило не только возмущение. Страх.

Очень короткий. Но настоящий.

И Елизавета увидела его слишком ясно, чтобы забыть.

Глава 5

Тайная клиентка

Страх на лице Марии Игнатьевны исчез так быстро, что для постороннего мог бы и вовсе не существовать. Она опустила ресницы, прижала к груди кружевной платок и уже в следующую секунду снова стала именно той, кем её привыкли видеть: старшей родственницей покойной, женщиной в трауре, которой дозволено возмущение, но не подозрение.

Только Елизавета успела заметить другое.

Не удивление. Не обиду. Не негодование оттого, что в комнате княгини роются без её ведома. Настоящий, короткий страх узнавания — тот, что возникает, когда человек видит вещь, о которой надеялся больше никогда не услышать.

— Что это у вас? — спросила Мария Игнатьевна слишком быстро.

Голос её дрогнул лишь на конце фразы, но этого было достаточно.

Елизавета держала записку княгини так, чтобы слова были прикрыты ладонью. Поверенный отвернулся к окну. Дмитрий застыл у дверей и, похоже, ещё не решил, что опаснее для него — содержание найденного или сам факт, что оно досталось не ему.

Алексей Оболенский шагнул вперёд, и в его движении не было ни напора, ни показной защиты. Просто он встал так, чтобы разговор теперь шёл через него.