Мой род сожгли, архивы вычистили, имя превратили в пепел, а меня самого оставили доживать в роли удобного призрака. Я — последний наследник Пепельных. И если великие дома решили, что могут

После ледяной воды Мойки Елизавета приходит в себя в теле молодой аптекарши Лизы Воронцовой. Чужое имя, чужая жизнь, чужие тайны — и записка мёртвой княгини, которая указывает прямо на аптеку на