Чему только здесь не учат. Студенты бегают с сачками, вылавливая, а потом определяя бабочек и мошек. Они ловят зазевавшуюся ихтиофауну в прудах и водоемах и могут потом часами сидеть, рассматривая добычу под микроскопом и восхищаясь разнообразными гидрами и туфельками. А с какой важностью они носят теодолит, мензулу, нивелир! За ними не угнаться заправским топографам.
Вдохновенно и с упоением студенты роют ямы и обучаются искусству «взятия» почвенных монолитов. А рядом лихо колотят молотком по скалам, выбивая из них искры прошлого…
Первый же скальный обрыв реки, расположенный недалеко от базы практики, привел следопытов в смущение. После удара молотком на скале обнажились два знака. Один был похож на крест, другой напоминал цифру «88».
Около знаков разгорелась дискуссия.
— Пойдем за преподавателем. Пусть он объяснит, — говорили наиболее рассудительные.
— А ты потом поедешь в экспедицию, встретишь там что-нибудь непонятное и тоже няньку запросишь? — высказывались энтузиасты.
— Нечистая сила. Это ее магические знаки, — подзуживали остряки.
Спор продолжался и в общежитии. Решили объявить конкурс на лучшее объяснение причин возникновения знаков. По выработанным условиям разрешалось каждый вечер говорить кому-нибудь одному, благо практика долгая. Тут же выбрали распорядителей и жюри конкурса.
Конспекты своих выступлений в этом импровизированном клубе студенты, уезжая с практики, оставили в общежитии. Там их подобрал руководитель практики. Зная, что я собираю материалы о необъяснимых знаках, недавно он переслал конспекты мне. Конечно, я кое-что подправил в этих рассказах, но основные мысли студентов сохранил.
— Знак креста и две восьмерки здесь неспроста, — убежденно начала Лиля Р.
— Было это или не было, только аллах может подтвердить истину, — продолжала Лиля, а потом, сбившись с высокого стиля, заговорила скороговоркой: — Девочки-мальчики, я лучше по-своему, ладно?
— Говори по-своему, — милостиво разрешили члены жюри.
— Я читала в газетах, что за границей есть колдуны и колдуньи и у них есть свои знаки.
— Так то за границей, а здесь Саблино, — загудела галерка.
— И что это за знаки? — спросил председатель.
— Крест, говорят, поставленный вверх ногами, еще череп козла и голова змеи. И ставят эти знаки на видных местах. — А сюда как эти знаки попали?
— Ну, может, их давно выбили на этих скалах. Это ведь присказка. Я сама видела магические знаки на скалах. Меня дядя-археолог брал с собой в Карелию.
— Это уже лучше.
— Не перебивайте ее.
— Рассказывай, рассказывай.
— Глава рода людей-охотников отправил сюда на разведку несколько тысячелетий назад небольшой отряд. Здесь разведчики встретили непуганую дичь, рыбу и, чтобы никто не пользовался всем этим, оставили на скале колдовской знак, отпугивающий конкурентов.
С охотниками был злой колдун. Он все время пытался утвердить свое превосходство. Чтобы навредить своему сопернику, предводителю отряда, он тайно вернулся к скале и добавил к знаку изобилия — двум восьмеркам — свой символ: знак перевернутого креста.
— Я человек трезвых правил, — заявил очередной докладчик Вадим X., — поэтому огорошу фантастов, — он посмотрел вызывающе в сторону Лили Р., — и дам настоящую быль. Сознаюсь, ходил я за этой былью к нашему заведующему практикой — Юрию Николаевичу.
— Запрещенный прием! — загудела аудитория.
— Лишить его слова!
— Постойте, смените гнев на милость.
— Послушайте сначала, как меня огорошил сам Юрий Николаевич.
— Он, что, тебе лекцию прочел?
— Не торопитесь, мол, все в свое время…
— Нет, девочки-мальчики, он мне две фотографии дал. Покажите, говорит, Вадим, их своим однокурсникам, послушайте, что они скажут.