«Знаки бессмертия»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Недаром во все временя, у всех поколений, нападение считается лучшим способом обороны. И здесь эта вековая мудрость оправдала себя. Разрозненные остатки войска тараканотермитов бежали с поля боя!

Всю ночь я поддерживал огонь в нодье. Вот где пригодился опыт ночевок у костра. Нодья тлела. Можно спокойно дремать. Сон нарушали лишь отдельные разведчики, которых время от времени посылало командование моих врагов. Но сигналы боли все время держали в страхе все войско, занявшее круговую оборону.

Утром следующего дня я увидел, что оборона снята. Жестокое ночное побоище дорого стоило моим противникам, и они решили пока не трогать меня и заниматься своими делами. Надолго ли?

Дела эти были настолько интересными, что, позабыв о ночных ужасах, я временами даже рисковал выходить из своего логова.

Вокруг меня кипела жизнь. Тараканотермиты занимались обработкой своих плантаций. Они заботливо подрезали некоторые побеги на деревьях, отламывали кору, собирали и уносили куда-то плоды деревьев.

Был теплый день. В зоне ледового массива шло интенсивное таяние снега. Мимо моего убежища к полудню уже протекал не маленький ручеек, а бурная речка. Вода смыла верхний покров почвы и врезалась в массив льда. Оазис, оказывается, возник за счет принесенной, возможно, ветром земли, прикрывавшей участок ледяного поля.

Я смел в поток трупы тараканотермитов. Затем притащил новые порции валежника и сухих сучьев. Экономя спички, все время поддерживал огонь.

Увидев, что насекомые особенно интенсивно обгладывали кору одного из деревьев, я решил утолить голод корой и плодами, следуя их примеру. И не ошибся. Природа создала на этом дереве такое лакомство, что даже гурьевская каша показалась бы мне недостаточно вкусной. Правда, я проголодался изрядно.

В дальнейшем я не смогу, пожалуй, обойтись без традиционного слова «вдруг». Но сначала о том, что этому «вдруг» предшествовало.

Тишина и безмолвие оазиса сменялись резкими звуками падения валежника, треском сучьев и приближающимся ко мне мощным топотом крупного животного.

И вот «вдруг» из-за соседних деревьев показалась невообразимо жуткая, страшная голова.

Слов недостаточно, чтоб описать эту кошмарную морду! Голова чудовища была величиной с ширококоническое ведро. Большие шипы на голове, похожие на закрученные бородавки, украшали эту химеру. В ней было что-то сходное с жабой. Возможно, что роговые отростки на щеках придавали животному это сходство.

Позднее по реконструкциям, сделанным на основании точных костных остатков, я определил, что лицезрел живого парейазавра, существо, жившее в пермском периоде.

Именно около четверти миллиарда лет тому назад жили эти гигантские трехметровые пресмыкающиеся, бродившие по болотам на своих приземистых, массивных полусогнутых ногах.

В момент же знакомства со зверем мне было не до палеонтологических изысканий. Как я вскочил на почти вертикальную скалу — потом сам себе не мог объяснить.

А чудовище, переступив тлеющую нодью, расположилось в моей берлоге, как у себя дома. Я детально рассматривал своего гостя. Особенно мощными у него были крупные ногти, которыми можно корчевать пни. Массивное туловище зверя было столь же безобразно и отвратительно, как и его морда.

Особенно меня поразили в облике парейазавра не его гигантские размеры, не безобразный лик, не бесцветные немигающие три глаза. Я увидел страдание, прочерченное на всей его фигуре. Без преувеличения могу сказать: парейазавр плакал.

Внезапно я рассмотрел причину его страдания. Вся кожа у зверя была в гнойных свищах. А из отверстий высовывались антенны личинок тараканотермитов, спокойно взирающих на мир.

Насекомые, цари природы, превратили в своих рабов первых крупных наземных позвоночных! Они сделали их ходячими биофабриками, поставщиками биомассы для выкармливания своего потомства!

Такой прием заботы о молодняке многие насекомые сохранили и до наших дней. Самым безобидным является способ вскармливания молоди на парализованных гусеницах. А вот оводы на Севере продолжают откладывать яйца в кожу оленей. Еще нахальнее действует в Монголии одна из мух. Она впрыскивает яйца своей жертве в глаза!

Парейазавр плакал от боли, от бессилия при своей силе!

Подойдя к скале, несчастное животное стало царапать и грызть камни. Зверь делал лапами какие-то странные круговые движения.

Тут я вновь был потрясен до глубины души. Парейазавр выцарапывал на скале первые два знака, которые мне прочерчивал предводитель тараканотермитов! Знаки скреплялись перекладиной, создавая впечатление буквы «Ф». Значит, животное передавало внушенные ему знаки!

Долго, даже после ухода гостя, я сидел на скале. Нет, меня держал не страх. Я размышлял.

Два плюс два — это знак сообщества, знак коллектива. Отдельно взятый знак у них означал порабощение! Значит, они мне предлагали стать подчиненным! Я-то думал, что они демонстрируют могущество своего ума. Нет. Их взбесило то, что я повторил знак, присущий только им. Они меня решили за это уничтожить!

А теперь подхожу к событиям последнего дня моего пребывания в прошлой, давно отшумевшей эпохе.

К полудню я настолько осмелел, что рискнул пройти в глубь оазиса по хорошо утоптанным тропинкам, проложенным тараканотермитами. К центру оазиса тропинки становились все более и более широкими и благоустроенными.

Кругом не было ни души. Видно было, что к центру оазиса вход млекопитающим и рептилиям запрещен. Это было царство царей природы — насекомых.

И вот я у цели. Передо мной располагалось исполинское искусственное сооружение таинственной, никогда ранее никем не виданной и ни с чем не сравнимой архитектуры.

Чтобы построить такое сооружение, нужен был труд многих поколений рабов. Причудливые пилястры обрамляли вход в подземелье.