Дело №1979: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Восемьдесят семь рублей.

Я стоял и смотрел на деньги. В моём времени я получал примерно шестьдесят тысяч на руки — немного для московского опера, но жить можно было. Здесь — восемьдесят семь рублей. Зарплата, на которую нужно прожить месяц.

Хлеб — четырнадцать копеек. Молоко — тридцать две копейки. Обед в столовой — рублей шестьдесят-семьдесят в месяц. Остаётся немного, но остаётся.

Я убрал деньги. Пошёл в магазин — нужны были ботинки. Мои скоро окончательно развалятся, я это чувствовал уже неделю.

Обувной магазин на проспекте Ленина работал до шести. Я пришёл в половину третьего — немноголюдно, можно было спокойно посмотреть.

Продавщица — немолодая женщина с перманентом — посмотрела на меня.

— Чего надо?

— Ботинки. Сорок третий размер.

Она пошла в подсобку. Вышла с двумя коробками.

— Вот. Больше нет.

В первой коробке были ботинки коричневые — круглый нос, толстая подошва, грубая кожа. Я примерил левый. Жали в подъёме.

— Они всегда так?

— Разносите, — сказала продавщица.

Во второй коробке были ботинки чёрные, похожие. Я примерил — сорок третий, но сшиты явно на меньшую ногу. Жали иначе, но жали.

— Больше ничего нет?

— Нет.

— Может, на складе?

— Нет на складе, — сказала она. — Брать будете?

Я смотрел на ботинки. Дома я бы просто открыл маркетплейс, выбрал нужный размер, через два дня привезли бы. Здесь — два варианта, оба плохие.

— Нет, — сказал я.

Она убрала коробки без комментариев.

Я вышел на улицу. Горелов был прав — «добро пожаловать» было самым точным комментарием к советскому быту. Не плохим, не хорошим — просто таким. Так устроено. Привыкай.

Я шёл обратно в отдел и думал о том, что надо спросить у Горелова, как «достать» нормальные ботинки. Через Митрича, наверное. Митрич знал всё.

Совещание было в четыре.

Нечаев разбирал показатели за месяц. Стандартная процедура — раскрываемость, процент, что закрыто, что висит. Горелов докладывал по барахолке. Петрухин — по своим делам, несложным. Я — по Бритвину, по Соседям, по нескольким мелким делам.

Потом — обсуждение методов работы. Нечаев говорил что-то про взаимодействие с участковыми. Я слушал, делал заметки в блокноте.

И сказал это.

Не намеренно. Просто — говорил про методы идентификации в одном деле, которое разбирали на совещании — не нашем, соседнего отдела — и сказал:

— Там можно было использовать анализ ДНК. По биологическим следам.

Пауза.