— Покажи.
— Я не показываю. Я вижу.
— Точно.
— Да.
Она сжала губы и кивнула.
— Тогда время у нас ещё короче.
Коршунов на полу застонал. Живучий гад. Я подошёл к нему, присел и перевернул его на спину. Лицо у него было уже без камня. Боль любого делает честнее. Или глупее. Сейчас посмотрим.
Он открыл глаза, сфокусировался на мне и даже попытался усмехнуться.
— Добегался.
— Это ты про себя? — спросил я.
— Про всех вас.
Я взял его за ворот и подтянул ближе.
— Слушай сюда. Сейчас ты говоришь быстро и ровно. Где Романов. Что он знает. Что уже отправил сюда.
— А если нет?
— Тогда Лиза снимет тебе второй сапог и начнёт с пальцев.
Коршунов перевёл взгляд ей за спину.
Лиза стояла рядом с пистолетом и таким лицом, что ему хватило одного взгляда.
— Она сможет, — сказал он.
— Сможет, — подтвердил я. — И ей даже понравится.
— Не понравится, — сказала Лиза. — Просто сделаю.
Он сплюнул кровь на пол.
— Романов сейчас в центральном штабе. Верхний контур уже поднят по тревоге. Красный Берег объявлен захваченным диверсантами.
— Красиво врёте, — сказал Гера.
— Красиво живёте, — ответил Коршунов и закашлялся.
Я дёрнул его вверх за китель.
— Сколько у нас времени до большого штурма?
— Сорок минут. Может меньше. Сначала закроют внешний район. Потом заглушат связь. Потом спустят штурмовые группы.
— Сколько групп?
— Достаточно.
— Число.