— Я сказал Ма, что пока не готов. Честно — последнее, чего хотелось, — быть среди такого счастья, когда я сам едва сдерживал злость на весь мир.
Она хлопает меня по руке.
— Макинли!
— Эй, но мы же пришли, не так ли?
— Я бы могла прийти без тебя, если бы знала.
— Пожалуй. Ма бы это понравилось... — Я слегка покачиваюсь. — Но...
— Но что?
Она наклоняет голову, волосы соскальзывают через плечи. Майка с V-образным вырезом, заправленная в джинсы, окончательно сбивает меня с толку.
— Мне нравится наш пузырь, Грейс. Дома. Где нет ожиданий. Где спокойно. Безопасно.
Она прикусывает нижнюю губу и делает шаг ближе. Вокруг — персики и ваниль.
— А у меня есть от тебя ожидания, Мак, — шепчет она.
Её взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, и только потом возвращается к глазам. Я сглатываю, кровь пульсирует всё быстрее, сердце гремит в груди, когда её ладонь ложится поверх него.
— У меня есть ожидания. Я жду, что ты будешь делать упражнения три раза в день. Есть всё до последней крошки, что я тебе готовлю. Давать солнцу касаться твоей кожи хотя бы раз в день. И я жду, что ты полностью восстановишься.
Она приподнимается на цыпочки и оставляет поцелуй на моей щеке, покрытой щетиной. Я ошарашен, ноги подкашиваются. Поворачиваюсь и смотрю ей вслед, пока она идёт к дому — длинные волосы подпрыгивают на плечах и по спине, бёдра покачиваются, и с каждым её шагом я становлюсь твёрже, чем вообще возможно.
Когда она оборачивается у двери и смотрит на меня, в её глазах — что-то новое.
Огонь.
Сердце замирает где-то в горле. Член дёргается. Голова идёт кругом.
Четыре часа и три виски спустя Грейс ведёт мой Шеви по гравийной дороге обратно домой. С тех пор, как мы сели в машину, она не произнесла ни слова. Несмотря на влияние семьи, разговоров, веселья и алкоголя, мой мозг застрял в бесконечной петле.
Её рука у меня на груди.
Её слова — надежда и вера в меня, сплетённые в одно целое.
То, как моё тело реагирует на её близость. Взгляд в её глазах, прежде чем она ушла в дом после обеда. Всё это… это не только у меня. Это не в одну сторону.
Грейс бросает на меня взгляд с застенчивой улыбкой.
— Ты какой-то тихий.
— Чья бы корова мычала, Грейси.
Она фыркает со смехом и сбрасывает скорость, поворачивая на подъезд к ранчо. Она уверенно ведёт машину — и я не понимаю, почему раньше боялась.
— Не думаю, что смогу сегодня съесть хоть что-нибудь. Хочешь кофе или чаю?
Её слова — напоминание. Она по-прежнему моя сотрудница. А я — её начальник. Она всё ещё обслуживает меня. Я должен бы дать этому притяжению просто угаснуть.
— Не надо, спасибо. Я лучше займусь физухой, покачаюсь немного и приму душ.
В её глазах что-то промелькнуло — что-то похожее на обиду, прежде чем она снова уставилась в лобовое стекло.