Общество Медины в эпоху пророка Мухаммада: читать начало книги онлайн

Родственные отношения между курайшитами и племенами мухаджиров

У курайшитов были старинные связи и обширные союзы с некоторыми арабскими племенами. Племя Тамим считается одним из первых арабских племён, у которых были надёжные и сильные связи с курайшитами[836]. Причина этого кроется в завидной роли Тамим, базирующейся на их силе и службе для защиты внешней торговли курайшитов[837]. М. Кистер рискнул утверждать, что группа людей Тамим была в центре политической жизни Мекки, принимая участие в управлении. Тамим также пользовались огромным влиянием и уважением в племенном обществе. Это соответствовало особому порядку, который назывался «порядок доблестных» (усердных, низам ал-хумс)[838].

Как мы видим, курайшиты защищали свои контакты с Бану Тамим, касавшиеся их отношений с персами, так как у них, с их коммерческой интуицией, были права, связанные с производством и провиантом в стране персов[839]. Таким образом, хорошие связи с персами были в их интересах, поскольку гарантировали развитие торговли между Сирией и Йеменом и способствовали победе персидских рынков в их торговле.

Также Тамим играли важную роль в жизни курайшитов. Гифар считаются одним из племён, которых курайшиты защищали незадолго до ислама, чтобы сохранить с ними прочные и нормальные отношения, так как через Гифар проходили торговые пути курайшитов в Сирию[840].

Из перечисленного выше мы видим, что связи курайшитов с арабскими племенами во время джахилийи основывались в первую очередь на экономических интересах. В доказательство этого можно привести факты, которые обнаруживаются при изучении союзов курайшитов во время джахилийи. Подобно их союзу с эфиопами поддерживались и их союзы с Бану ал-Харис б. ‘Абд Манат б. Кинана, Бану Мусталак, ал-Хаййа б. Са‘д б. ‘Омар, Бану ал-Хаун б. Хузайма. Мы находим, что мотивы этих союзов – желание получить поддержку сильных курайшитов и их защиту, учитывая их важность и вес в торговле в этом регионе[841]. Эта дверь также была открыта и для конфедерации добродетельных (хилф ал-фудул переводят также как «союз чести»). Говорили, что одной из причин этого союза было то, что Ламис ибн Са‘д ал-Барик из племени ал-Азд прибыл в Мекку со своей торговлей. Её купил Абу б. Халаф ал-Джамхи. Впоследствии с ними поступили несправедливо – их стали притеснять. Они призвали племена курайшитов к союзу, договорились друг с другом и заключили взаимное соглашение о том, чтобы никакой народ не был бы притесняем в Мекке (ни их народ, ни какой-либо из других народов, которые приходили в неё, не оставаясь там). Они были против того, кто притеснял, пока притеснителю не вернулось [сторицей] его притеснение[842].

Как мы видели, одной из причин союза курайшитов с Сакиф и Даус было желание курайшитов распространить своё экономического влияния на ат-Та’иф[843].

Связи между курайшитами и другими арабскими племенами в период джахилийи играли большую роль в ускорении реальных процессов представительства и переплавки в мединском обществе, поскольку родственные связи курайшитов расширились и включили большое число племён мухаджиров. Это было сделано, несомненно, для максимального укрепления связей между членами мединского общества, так как родство по материнской линии имело самое большое значение в семейных отошениях, поскольку сын сестры из какого-либо племени считался принадлежащим к этому племени[844]. На дядю по линии матери по степени родства смотрели как на сына[845].

Вот все племена, у которых после принятия ислама в Медине были родственные связи с курайшитами: Бану Аслам[846], Бану Хас‘ама[847], ал-Иш‘арийин[848], Тайй[849], Бану Хилал[850], Бали,[851] Бану Ханифа[852], Бану ‘Абд ал-Кайс[853], Музайна[854], Бану Тамим[855], Бану Дал[856], Сакиф[857], Салим[858], Хамада[859], Дамра[860], Бану Гифар и другие[861].

Общественные отношения между ансарами и остальными мухаджирами

Связи ансаров с другими мухаджирами не были только плодом хиджры, так как ещё ранее были установлены родственные и политические отношения с другими арабскими племенами[862]. Аз-Зубайри рассматривал Бану Са‘ида из племени ал-Хазрадж как принадлежавших к сыновьям Маджриба б. Кинана б.

Хузайма[863] и утверждал это. Хотя мы и не признаём справедливости этого мнения, однако это наводит на мысль о наличии родства, которое может быть между Бану Кинана б. Хузайма и Бану Са‘ида. Это родство, хотя и не вполне понятное, было однако, как кажется, надёжным и глубоким.

Между ансарами и отдельными личностями в племенах мухаджиров в Медине были родственные связи и личные отдельные союзы[864], как, например, отношения с Бану Лайс[865], Бану Тамим[866], Вуджхайна[867], Бали[868], Садус[869], а также с Бану ‘Абас б. Бугайд из Гатафана[870].

Мы хотим здесь указать на то, что союзнические отношения в Медине не означали желания получить сильную опору взамен союзного, но отдалённого племени. У многих племён, о которых говорилось, что у них была родственная связь или союз с ансарами в Медине, после хиджры имело место племенное присутствие в самой Медине. Однако мы считаем, что один клан ал-Хазрадж из Бану Джушам б. ал-Хазрадж заключил союз с другим кланом из Хазрадж, а именно с Бану Байада[871].

Заседания и общие собрания

Посланник (с) в своём прежнем сообществе в Мекке соприкасался с развитыми порядками и традициями, которые были плодом торговых связей Мекки с внешним миром, например, с Эфиопией, Йеменом и другими странами[872]. Возможно, наиболее явное из этих влияний проявилось в создании особого круга, известного как собрание (нади или надва)[873]. Они там обсуждали свои дела – о том, что их постигло, чего они хотели – женить или вести войну[874]. Посланник (с) после начала своей хиджры в Куба’ устроил два заседания. Одно из них он провёл в своём жилище, а во время другого заседания он сидел перед людьми[875]. Когда он переехал из Куба’ в Медину, мы стали слышать о заседаниях Посланника Аллаха (с)[876]. Его место на этот раз было в мечети, где он сидел ночами, присматриваясь к положению асха-бов[877]. Посланник (с) мог сидеть там по временам со своими асхабами, обращаясь с ними запросто и перекидываясь шутками[878]. Среди асхабов был человек, которого звали Химар, Посланник (с) смеялся и подарил ему ‘ака с жиром или мёдом. Затем он привёл сопровождающего груз и сказал: «Назови ему цену [этого]»[879].

У ансаров были известные собрания[880] в часы вечерней прохлады[881]. Посланник (с) устанавливал, чтобы там не было поношения и оскорбления людей[882]. Хасан б. Сабит сидел около своего укрепления вместе со своими друзьями. Он для них постелил ковёр, на котором они сидели, разговаривая на разные темы и читая по очереди стихи[883].

Для ансаров также были особые места, которые назывались сакифа (араб. «навес», «загон», «сарай»), где они могли обмениваться взглядами и советами по поводу важных и значимых дел[884]. Также для остальных мухаджиров из племён были особые собрания (заседания) для вечерних бесед и рассказов. Посланник (с) знал это. Он вместе со всеми перебрасывался [там] шутками и смеялся[885].

Глава II

Политическая, административная и общественная организация племён в эпоху Пророка Мухаммада

Раздел 1

Этапы организации

Введение

Рассказывают, что когда Пророк (с) после хиджры поселился у Кулсума б. ал-Хадама в Куба’[886], Кулсум как-то позвал своего слугу Наджиха (Наджих – имя собственное, букв. Преуспевающий. – Пер.); Пророк (с) счёл это имя добрым предзнаменованием и сказал: «Ты принёс нам успех, Абу Бакр!»[887] Эта фраза, сказанная Пророком (с), даёт понять, как много он думал о том, чтобы упрочить и укрепить позиции ислама в Медине, ведь он не произносил праздных слов! В Мекке Пророк (с) был только посланником Божьим, однако переехав в Медину, он стал также и главой государства, претворявшим в жизнь заветы Бога, касающиеся финансовой системы, законов, гражданской и военной администрации[888].

Одним из самых важных преобразований, введённых Пророком (с) в Медине, стала политическая, общественная и экономическая реорганизация арабских племён[889]. В основе своей это устроение опиралось на племя (кабила) как главное объединение, активно участвующее в жизни общества, в особенности же в делах политических и военных. Преобразования осуществлялись в три этапа; в целом представляется, что это были последовательные и поэтапные, продуманные изменения, конечной целью которых являлось подготовить арабов к ответственной задаче образования исламского государства[890]. В реальности различные этапы накладывались друг на друга в зависимости от внешних обстоятельств и условий; это значит, что цель осуществления таких организационных преобразований в данной форме – проверить их на практике и приучить к ним племена, выяснить, насколько общество готово принять их и пронаблюдать за его реакцией[891]. Поэтому до нас не дошло сведений о том, что Пророк (с) как-либо навязывал данные формы организации и принуждал других следовать им. В качестве доказательства можно привести происшедшее во время военного похода Зат ас-Саласил в 8 г. л.х. Пророк (с) назначил ‘Амра б. ал-‘Аса начальником над Бали и другими людьми из племени Куда‘а, а затем для поддержки им выделил группу мухаджиров, командовать которыми был назначен Абу ‘Убайда б. ал-Джаррах. Когда [мухаджиры] прибыли, ‘Амр сказал им: «Я ваш командир!» Мухаджиры ответили: «Нет, ты командуешь своими товарищами, а нами командует Абу ‘Убайда». Он возразил: «Вы – моё подкрепление». Когда Абу ‘Убайда увидел это (а он был доброго нрава и всегда следовал приказам Пророка (с) и выполнял то, о чём был уговор, он сказал: «Знай, ‘Амр, что Посланник Божий (с) сказал мне: “Когда прибудешь к своему товарищу, то уступайте друг другу”. Поэтому, хоть ты и не повинуешься мне, я буду тебе повиноваться»[892].

Выражение «уступайте друг другу», приведённое в рассказе, по-видимому, не нуждается в разъяснениях; оно поясняет природу взаимоотношений внутри системы организации и то, каким образом люди реагировали на её принципы и воплощали их в своём поведении, а также показывает, насколько гибким было её применение.

В данной работе мы перечисляем организационные преобразования, насколько это возможно, в хронологической последовательности, принимая во внимание то, что было сказано ранее о наложении различных этапов друг на друга. Таким образом, этапы политической организации были следующими:

1. Организация ‘аширы

Это племенная организация, при которой батн (род. – Ред.), фахз (коленно-племенная ветвь. – Ред.) и ‘ашира (наименьшая единица племени: родственники, родня. – Ред.) считаются самостоятельными единицами, функционирующими в обществе, что основано на их административной независимости: они подчиняются власти Пророка (с)[893]. Этап организации ‘аширы имел целью рапределить задачи и ответственность в ‘аширах и возложить на них ряд общественных функций, которые государство Пророка (с) в Медине в то время ещё не могло исполнять ввиду того, что было образовано совсем недавно и сосредоточено на задаче распространения ислама.

По характеру организация ‘ аширы являлась скорее социальным преобразованием, нежели военным или политическим. Учитывались свойственные арабским кочевникам качества – гордость и привязанность к своему племени. Пророк (с) не упрекал людей (на данном этапе) за то, что они гордились своим племенем. Рассказывают, что ‘Икрима б. Аби Джахл убил Сахра ал-Ансари; Пророк (с), узнав об этом, рассмеялся. Ансары спросили: «О Посланник Божий, неужели ты смеёшься потому, что человек из твоего племени убил человека из нашего племени?» Пророк (с) ответил: «Не это меня насмешило, а то, что он убил его и оказался в таком же положении, как и тот»[894]. Рассказывают также, что один из асхабов спросил Пророка (с): «Если человек любит свою родню, считается ли это ‘асабийей (комплексным понятием, характеризующем принципы племенного общежития и психологию кочевника и означающем внутреннюю групповую солидарность, сплочённость и готовность к самопожертвованию, основанную на кровном родстве. – Пер.)?» Пророк (с) ответил: «Нет, но если ты помогаешь им совершать несправедливые деяния – тогда это ‘асабийа»[895].

Дух взаимопомощи между теми, кто принадлежал к одной ‘ ашире или племени, сохранился и в последующие века[896].

2. Организация общины

Это преобразование происходило на племенной и религиозной основе, и его можно считать вторым этапом племенных преобразований. Для данного этапа характерно стремление объединить несколько батнов или ‘ашир, принадлежащих одному племени, в особую организацию, обладающую ограниченной самостоятельностью, в качестве промежуточной или подготовительной стадии, конечной же целью являлось объединить несколько племён под одним знаменем.

[836] См. Ибн Са‘д. Ат-Табакат. Т. 3. С. 8; Ибн Хабиб. Ал-Мухбир. С. 169; Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 3. С. 611, 612, 668669; Т. 4. С. 11–12.

[837] См. Ибн Хабиб. Там же. С. 264–265.

[838] Ал-Хумс – арабские племена; к ним относились все курайшиты, хуза‘а и все арабы, которые были рождены курайшитами, также все арабские племена, которые поселились в Мекке. Они укрепились в вере и особенно в обрядах хаджжа (Ибн Хабиб. С. 179–180).

[839] См. Ибн Халдун. Та’рих. Т. 2. С. 168.

[840] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 4. С. 62–64.

[841] Мы можем вывести это из слов Ибн Хабиба: «Так как тот, с кого начался союз эфиопов – человек из Бану ал-Харис б. ‘Абд Манат б. Кинана, прибыл в Мекку и купил себе товар. Затем он нашёл себе убежище в одном из домов Бану Махзум и попросил напиться. К нему вышла женщина из курайшитов, и он сказал: «Разве ты не приказала внукам?» Она ответила: «Мы оставили Бану Бакр в благоденствии». Тогда вышел мужчина, и когда дошёл до Бану ал-Хариса б. ‘Абд Манат, сказал: «О, Бану ал-Харис, курайшиты победили Бану Бакр. Если у вас победа, то помогайте». Они ответили: «Позовите своих братьев Бану ал-Мусталик и ал-Хаййа б. Са‘д б. ‘Амр». Тогда они приехали к ним и привели их. О них услышали Бану ал-Хаун б. Хузайма и поехали с ними. Они вышли в путь, пока не добрались до Занб Хабаши (это гора в нижней части Мекки, в шести милях от неё). Они заключили союз с Аллахом, говоря: «Поистине, мы – рука, которая разрушает разрушение и мешает кровопролитию, которое бросил (на якорь) Хабаши (эфиоп)».

[842] См. Ибн Исхак. Сират ан-наби. Т. 1. С. 87; Ибн Хабиб. Ал-Мунаммик. С. 343.

[843] См. Ибн Хабиб. Ал-Мухбир. С. 280.

[844] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 3. С. 421.

[845] Там же. С. 37.

[846] Там же. Т. 4. С.95.

[847] Там же. Т. 1. С. 72–73; Т. 3. С. 472, 480, 481.

[848] См. Ибн Сад. Ат-Табакат. Т. 3. С. 408; Ибн Хабиб. Ал-Мухбир. С. 301–325.

[849] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 3. С. 235–236.

[850] Там же; Неизв. автор (маджхул). Фи сират ар-расул. Л. 2.

[851] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 3. С. 381.

[852] Там же. С. 202–203.

[853] Там же. С. 441.

[854] Там же. С. 545–546.

[855] Там же. С.473.

[856] Там же. С.659.

[857] Там же. Т. 1. С.478.

[858] См. Ибн Хабиб. Ал-Мухбир. С. 301–325.

[859] Там же.

[860] Там же.

[861] См. Ибн Хабиб. Там же; Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 1. С. 571.

[862] См. Ибн Исхак. Сират ан-наби. Т. 2. С. 289–290; Ал-‘Адви. Ахвал Макка ва ал-Мадина. Л. 113, 120; Абу ‘Абдаллах ал-Мусиб б. аз-Зубайри. Китаб «Насаб курайш» / испр. и комент А. Провансаль. Каир, 1951. Т. 1. С. 10.

[863] Там же.

[864] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 3. С. 472.

[865] Там же.

[866] Там же. Т. 2. С. 86.

[867] Там же. Т. 1. С. 147.

[868] Там же. Т. 4. С. 245.

[869] Там же. Т. 3. С. 471–472.

[870] См. Ибн Хаййат. Ат-Табакат. С. 48–49.

[871] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 2. С. 66.

[872] См. Ибн Хабиб. Ал-Мунаммик. С. 18.

[873] См. Ибн Хабиб. Там же.

[874] См. Ибн Хабиб. Там же.

[875] См. Ибн Касир. Ал-бидайа ва ан-нихайа. Т. 2. Ч. 3. С. 197.

[876] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 2. С. 68, 243.

[877] Там же. С. 73.

[878] Там же. Т. 1. С. 483.

[879] Там же. С. 351–352.

[880] Там же. Т. 3. С. 21; Ал-Хуза‘и. Ад-далалат ас-сам‘ийа. Л. 201.

[881] См. Ал-Хуза‘и. Указ. соч. Л. 201; Ибн Хаджар. Там же.

[882] См. Ибн Хаджар. Там же.

[883] См. Ал-Исфахани. Ал-Агани. Т. 4. С. 160.

[884] См. Ибн Исхак. Сират ан-наби. Т. 4. С. 1071. Также см. пояснения к слову сакаф (Ибн Сайида. Ал-Мухакким. Т. 6. С. 147).

[885] См. Ибн Хаджар. Указ. соч. Т. 1. С. 557.

[886] К у б а ’ – местность возле Медины.

[887] Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 3. С. 552.

[888] См. Коран, passim (в особенности мединские суры); а также см. Саййид Амир ‘Али. Краткая история арабов. 2-е изд. Бейрут, 1967. С. 18; ‘Абд ал-Хамид Мутавалли. Принципы организации власти в исламе. Каир, 1966. Т. 1. С. 451.

[889] Учёные, занимающиеся генеалогией, используют следуюшие общие определения в описании племён (кабила, мн.ч. каба’ил): из общей массы людей выделяются народы (шу‘уб), в частности, арабы. Далее, народ делится на племена (каба’ил), племена делятся на ‘ама’ир, от них отделяются бутун (ед.ч. батн), от них далее – а, фхаз (ед.ч. фахз), которые подразделяются на фаса’ил (ед.ч. фасила), а меньше этого ничего нет. Фа-сила – это ближайшие родственники человека и его братья и сёстры. Иногда утверждают также, что фаса’ил делятся на ‘аша’ир (ед.ч. ‘ашира), и меньше ‘аширы уже ничего нет (см. Ибн ‘Абд ал-Барр. Инбах. С. 45).

[890] См. Мутавалли. Принципы организации власти в исламе. Т. 1. С. 448.

[891] См. Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 2. С. 253.

[892] Там же..

[893] Рассказывают, что Пророк (с) сказал с кафедры: «О сообщество мусульман, кто из вас поддержит меня, если я воздам по заслугам человеку, который, как сообщили мне, обидел мою родню? Ибо, клянусь Богом, я знаю за своими родными лишь добро!» Тогда встал Са‘д б. Му‘аз ал-Ансари и сказал: «Я сделаю это, о Посланник Божий! Если он из племени Аус, мы отрубим ему голову, а если он из наших братьев, племени Хазрадж, тогда ты распорядишься, а мы поступим с ним так, как ты прикажешь» (Ат-Табари. Джами‘ ал-байан. Т. 18. С. 91).

[894] Ибн Хаджар. Ал-Исаба. Т. 2. С. 181.

[895] ибн Хаййат. Ат-Табакат. С. 123–124.

[896] См. Ю. Вельхаузен. История арабского государства. Каир, 1958. С. 3–4.