И меня взрывает:
– Люблю! И что? Я теперь навеки должна оставаться с тобой? – я кричу на него, выплескивая обиду за то, что он прав. – Это же не приговор! Рано или поздно пройдет! И я смогу свободно дышать! Рядом со мной будет кто-то не такой трус! Слышишь? Я научусь без тебя!
Разворачиваюсь и ухожу, ускоряя шаг.
Будто назло, будто вселенная против, я спотыкаюсь на каждом метре на своих каблуках. И Рэм догоняет меня за пару секунд без особого труда. Он хочет меня обнять, но я сопротивляюсь. У меня плохо получается, потому что я не могу выпустить альбом из рук. Это сильнее меня. На грани физической боли.
Потухший до этого фонарь снова зажигается, освещая нас как прожектором. Рэм слишком близко, я вижу любимое лицо, и злюсь еще сильнее. Хочется завыть. Почему он такой?
– Я не дам, не позволю научиться без меня, – сильные руки все-таки замыкают меня в кольце объятий. – Сонь, я же клялся, мы всегда будем рядом…
И я не выдерживаю. У меня вырывается крик бессилия и беспомощности.
Но Рэм не отпускает.
– Ты! Отстань! Мне не нужна твоя благотворительность! Проваливай! Так будет милосерднее!
– Не могу. Не отстану. И сейчас не отпущу.
– Эгоист!
– Да. И мне без тебя по-прежнему плохо. Сонь, тебе без меня тоже. У меня есть еще кое-что для тебя… Я говорил про две вещи.
– Ну давай. Выкладывай. Чем еще ты можешь меня выбесить?
– Тебе надо поехать со мной, – он стискивает мои плечи с такой силой, что мне почти больно.
– Ты с ума сошел, да? Белая горячка? Я здесь на работе и, прикинь, не могу все бросить по щелчку твоих пальцев, – снова завожусь я. Непрошибаемый совершенно.
– Соня, ты же нахер не собираешься зарабатывать этим всю жизнь! – тоже взрывается Рэм. – Может, есть что-то поважнее, чем улыбаться людям, которым на тебя наплевать?
– Это ты, что ли, поважнее? Морда не треснет?
Мы уже снова переходим на высокие децибелы.
– Это
– Я давала, и ты облажался!
– Ты несправедлива и знаешь это! Просто это же был удобный повод, правда? Ты ни в чем не виноват, Рэм, и да, оказывается, ты не изменял, но я все равно тебя брошу? – рычит он. – Как удобно, Сонь. Так может это не трус, а ты? Кайфово же, наверное, реветь дома в подушку и ныть, что я скотина, зато в безопасности?
– Да! Прикинь, да! Что дальше? – меня жалят его слова, в них есть доля неприглядной правды, но разве это не нормально – здоровый инстинкт самосохранения? – Вот я такая? И чего ты от меня хочешь?
– Я хочу, чтобы ты поехала со мной, – твердо отвечает Рэм.
– Эй, вы чего? – неуверенно вмешивается подошедшая Инга. – Там уже охранники собрались к вам. Дима их заболтал, но вы прям на мощных оборотах…
Меня колотит.
– Мистер «Я все решил», требует, чтобы я все бросила и укатила с ним в закат, – выплевываю я.
– А ты не хочешь? – настороженно уточняет Воловецкая, бросая на Рэма осуждающие взгляды.
И меня это прямо раздражает.
Господи, эта еще со своим мнением! Кто она такая, чтобы судить нас с Рэмом? Они с Гореловым вообще такое нахеровертили, что волосы дыбом встают. А мы, как умеем, так и выгребаем. И вообще, хрен бы они помирились, если б не Рэм!
– Я тут вообще-то по работе, – огрызаюсь я, не желая делиться с посторонними своим личным. – Но кого это волнует, правда?