Последний набросок пятнадцатого февраля, на следующий день после того, как Рэм меня предал.
Просто силуэт в дверях.
Могу поклясться, что мой.
Именно так сидит на мне моя зимняя куртка. И взъерошенные волосы похожи на мои. Здесь мало деталей, но от картинки веет такой безысходностью.
Фонарь надо мной вдруг с шипением тухнет.
Символично.
Но я все еще стою и смотрю на потемневший лист невидящим взглядом.
– Сонь? – надломленно зовет меня Рэм, и я понимаю, что он прямо за моей спиной и смотрел альбом вместе со мной.
Какой же он дурак!
Что вообще происходит в его голове?
Это же… чистой воды купчая на душу!
Как он мог? Как Рэм мог так с нами поступить? Зачем? К чему было столько ненужной боли? Чего он этим добился?
– Соня, поговори со мной, – шепотом просит он. – Скажи хоть что-нибудь.
– У меня нет слов, – признаюсь я.
– Ты меня ненавидишь? – глухо спрашивает Рэм.
– Да. Больше, чем когда-либо, – киваю я.
– А может, хоть немножечко любишь?
Глава 75. Соня
Я захлопываю альбом и разворачиваюсь к нему, но не могу заставить себя ни отдать ему альбом, ни посмотреть в лицо. Между нами сантиметров, может, пятнадцать, и они намагниченные.
Я чувствую его взгляд на себе. Рэм ждет ответа.
– Все плохо, – уклоняюсь я.
Потому что дела действительно обстоят хуже некуда.
Я люблю его. Мне не вырваться из этого. И Рэм делает все, чтобы я сомневалась в принятом решении разорвать этот порочный круг нездоровых чувств.
– Соня, посмотри на меня и скажи мне в глаза, что ты меня не любишь.
Неужто Рэм думает, что я не смогу соврать?
На вдохе поднимаю взгляд на него, как в холодную воду бросаюсь, и…
– Я тебя не люблю, – и закусываю губу.
Мне удалось. Я справилась. И только потому что выражение лица Рэма мне не видно в темноте.
Но…
– Ты врешь, – уверенно говорит он. – Ты забыла, что я вижу тебя насквозь.