Нарушение опредмечивания потребностей у психопатических личностей нередко бывает связано с гомосексуальным поведением.
Как показало исследование, гомосексуальное влечение у психически здоровых лиц в большинстве случаев возникало в условиях реальной блокады адекватного опредмечивания сексуальной потребности, связанной с невозможностью совершения нормальных половых актов. В одном случае это было связано с импотенцией, развившейся после перенесенного венерического заболевания (гоноррея), в большинстве же – с длительной изоляцией в однополом коллективе в местах лишения свободы. При этом все эти лица ранее жили нормальной половой жизнью. Двое психически здоровых лиц с нормальным половым влечением совершили гомосексуальные акты по мотивам самоутверждения, с целью унизить жертву.
В изученной группе психопатических личностей у двенадцати испытуемых гомосексуальное влечение носило характер «истинной» перверзии, полностью или частично заменяя нормальное половое влечение. В девяти из них гомосексуальное влечение было направлено на детей и подростков и в трех – на взрослых. В эту группу входили психопатические личности тормозимого и истерического круга. Среди тормозимых психопатов преобладали сензитивные шизоиды, отличающиеся хорошими интеллектуальными способностями. Диагноз истерической психопатии обычно устанавливался на основании таких признаков, как театральность, жеманность, манерность этих лиц, появление которых во многом определялось трансформацией половой роли с отчетливой феминизацией поведения. Однако во всех случаях им были свойственны повышенная чувствительность и ранимость, сентиментальность, поверхностная общительность, сочетающаяся с внутренней отгороженностью и замкнутостью, и другие признаки, сближающие их с группой сензитивных шизоидов.
В некоторых случаях гомосексуальное влечение носило у психопатических личностей (возбудимого и неустойчивого круга) транзиторный характер, сосуществовало с гетеросексуальным влечением и было связано с гиперсексуальностью, не находившей адекватной реализации в условиях изоляции в однополом коллективе. Мотивами гомосексуальных половых актов были релаксация, стремление к самоутверждению. Существенную роль в их возникновении и реализации сыграли подражание, пренебрежение к существующим социальным нормам, стремление к поиску новых ощущений.
Исследование психопатических личностей с «истинным» гомосексуализмом обнаружило, что и в этих случаях психологическим механизмом формирования патологического мотива-«суррогата» в большинстве наблюдений являлась условная блокада адекватного опредмечивания сексуальной потребности, связанная с патохарактерологическими особенностями личности. В ряде случаев формирования патологического влечения сопутствовали изменения полового самосознания, появление «краевого» варианта транссексуализма.
Использование проективных методик при исследовании психопатических личностей с гомосексуализмом дает возможность оценить выраженность нарушений психосексуальной ориентации, полового самосознания этих лиц. Чрезвычайно интересны в этом плане рассказы ТАТ испытуемых на картинки, в которых изображенные ситуации с большой вероятностью допускают возможность гетеросексуального контакта (4, 10, 13). Психопатические личности с гомосексуализмом эти ситуации часто интерпретируют как сексуально нейтральные, производственные и т. д. Многие испытуемые отказываются давать рассказы на эти картинки. В некоторых случаях наблюдаются связанные с патологической мотивацией перцептивные искажения, создающие условия для проекции собственных тенденций. Так, например, рассказ по 13-й картинке испытуемого Ш.: «Это женщина или мужчина?.. Женщина, потому что грудь у нее. Длинные волосы на голове. А может быть мужчина в парике? Здесь мускулатура такая на руках. Мощные руки… не знаю. По-видимому, он переоделся в женское платье, одел парик, ну и случайно познакомился где-то. Ну и он привел этого парня в себе на квартиру, где место было подобрано. И когда они пришли в квартиру, он лег в постель и понял, что это мужчина, переодевшийся в женщину».
Нарушения опредмечивания потребностей могут приводить к совершению развратных действий в отношении детей и вступлению с ними в половые акты. Половое влечение к детям (педофилию) принято относить к сексуальным перверзиям с нарушением психосексуальных ориентаций по возрасту объекта. Объект полового влечения является здесь и физиологически неадекватным, и запрещенным существующими социально-правовыми нормами. Основой для формирования педофилии, по данным сексопатологов, служат задержка психосексуального развития, нарушения коммуникации с лицами противоположного пола, достигшими половой зрелости, и нередко сексуальные расстройства, мешающие нормальной половой жизни.
У психопатических личностей тормозимого круга стойкое половое влечение к малолетним девочкам, по нашим данным, полностью или частично заменяло нормальное половое влечение. Нормальные половые акты воспринимались ими как вынужденные «суррогаты». Во всех случаях формирование патологического мотива было связано с фиксацией на собственных детских переживаниях сексуального характера, близкой к импринтингу (запечатлению в детском возрасте).
Наличие патологического влечения к детям в этой группе психопатических личностей по многом определяет их образ жизни, выбор профессии, особенности межличностных отношений, часто с «двойной жизнью», различными ухищрениями, необходимыми для того, чтобы быть рядом с объектом своего влечения.
Изучение психопатических личностей истеро-возбудимого круга показало, что условия возникновения патологического влечения к малолетним были иными и не имели столь длительной предыстории, как в группе тормозимых. До возникновения патологического влечения и совершения преступных действий эти лица состояли в браке или сожительствовали с женщинами, жили нормальной половой жизнью. Со слов испытуемых, такие действия совершались ими из-за чувства половой неудовлетворенности, связанной с ограничениями половой жизни из-за болезни жены, беременности.
Возникновение патологического влечения в этих случаях легко объяснялось гиперсексуальностью, реальной блокадой адекватной реализации сексуальной потребности, сближающими их мотивы с мотивами психически здоровых лиц в аналогичных преступлениях. Однако во всех случаях у психопатических личностей имелись дополнительные обстоятельства, заставляющие более пристально рассматривать роль патохарактерологических особенностей личности в выборе объекта. Такие дополнительные мотивы, как «боязнь заражения от взрослых женщин», «опасение, что после рождения первого больного ребенка и второй может оказаться больным», не встречающиеся у психически здоровых преступников, позволили предположить, что реальная блокада адекватного опредмечивания сопровождалась в этих случаях действием условных внутриличностных барьеров, связанных с нарушением структуры и иерархии мотивов. Поведение психопатических личностей побуждалось не только мотивом релаксации, как у психически здоровых преступников, но и другими детерминантами, связанными с личностной патологией.
Соотношение реальных и условных барьеров в адекватном опредмечивании сексуальной потребности у психопатических личностей с сексуальными перверзиями сдвигается в сторону увеличения значимости последних. Основной признак личностной предиспозиции к формированию патологической мотивации – нарушения полимотивированности деятельности, иерархического построения мотивов. Сужение диапазона реально действующих мотивов в силу блокады части из них ведет к изменению их побудительной и смыслообразующей функции. Мономотивы приобретают сверхсильную побуждающую функцию и реализуются в импульсивных и навязчивых действиях.
Этот же механизм, общий с механизмом формирования мотивов-«суррогатов», лежит в основе многих изнасилований. Мы полагаем, что в большинстве случаев их мотивы можно отнести к анэтическим, ситуационно-импульсивным, мотивам психопатической самоактуализации. Насколько позволяют судить результаты исследования психопатических личностей, совершивших изнасилования, среди них немало тех, для которых подобный способ действий субъективно был единственной для них возможностью совершения полового акта. Многие из них объясняли, что «испытывали по отношению к женщинам, с одной стороны, повышенное влечение, а с другой— брезгливость». Они отмечали субъективное снижение половой потенции в ситуациях совершения нормальных половых актов. Единственным «разрешенным» мотивом полового акта в этих случаях являлся мотив самоутверждения. Заблокированность остальных мотивов отражалась в самосознании психопатических личностей в убежденности в снижении половой потенции. Все они предъявляли соответствующие жалобы, хотя клиническое исследование не обнаруживало какой-либо органической или функциональной патологии.
Не ставя здесь перед собой задачу обстоятельного анализа мотивизации изнасилований, совершаемых психопатическими личностями (и лицами с психопатоподобными расстройствами), отметим лишь, что нами установлены определенные психологические закономерности формирования мотивов-«суррогатов», выявлены условия их формирования, которыми являются прежде всего условная блокада адекватного опредмечивания сексуальной потребности, связанная с патохарактерологическими чертами психопатических личностей. Заблокированность одного из значимых мотивов полового акта (чаще всего коммуникативного) ведет к перестройке структуры и иерархии мотивов, изменению их смыслообразующей и побудительной функции, формированию замещающего мотива-«суррогата», реализующегося в навязчивых, импульсивных или импульсивноподобных действиях.
Мотивы-«суррогаты» часто детерминируют поджоги при истинной пиромании, под которой обычно понимается непреодолимое стремление к поджогам без желания причинить зло, нанести ущерб. В общей психопатологии пироманию рассматривают среди импульсивных и навязчивых действий. Нас прежде всего интересует, как связаны мотивы такого поведения с патохарактерологической структурой личности, какая потребность может лежать в основе влечения к огню.
Все изученные психопатические личности с истинной пироманией по данным клинико-психологического исследования разделились на две основные группы. В первую группу вошли психопатические личности с ведущим возбудимым радикалом в структуре психопатии. Вторую группу составили психопатические личности тормозимого круга.
Испытуемых первой группы, по данным проективных методик, отличали повышенная агрессивность и аутоагрессивность, доминирование витальных биологических потребностей над социальными, познавательными, их императивный характер в сочетании с низким уровнем мотивации достижения в основных видах деятельности. При реализации пироманических актов преобладали импульсивные и импульсивноподобные действия. Психопатических личностей второй группы отличали замкнутость, робость, обидчивость, беспричинные колебания настроения, нестойкие идеи отношения, стремление к поджогам, реализующееся в импульсивных, импульсивноподобных и навязчивых действиях.
Психологическая гипотеза относительно мотивов истинной пиромании в нашем исследовании заключалась в предположении о нарушении регулятивной функции эмоций у этих лиц, своеобразном их отчуждении от результатов деятельности. Для проверки этого предположения был использован тест Роршаха. По данным этого теста у психопатических личностей с истинной пироманией обнаружено характерное нарушение «цветовой формулы», отличающее их и от психически здоровых лиц, и от психопатических личностей без пиромании. Подобный факт свидетельствует о нарушении регулятивной функции эмоций, об отчуждении эмоций от деятельности. Возникающая в результате отчуждения своеобразная автономия эмоций, утрата ими функции подкрепления результата действия ведет, с нашей точки зрения, к поискам непосредственного раздражителя, вызывающего сдвиги в эмоциональном состоянии субъекта. Таким раздражителем и становится в этих случаях огонь, выполняющий роль мотива-«суррогата».
Эти данные подкрепляются низким уровнем достижений и эффективности деятельности психопатических личностей с истинной пироманией в различных областях, обнаруживаемым и в реальном поведении, и в протоколах ТАТ. Основным психологическим механизмом пиромании является, по-видимому, то, что у этих лиц заблокировано «производство» положительных эмоций реальными действиями. Межличностное взаимодействие, общение носит для них фрустрирующий характер, в отношениях с окружающими они агрессивны, раздражительны, злобны, обидчивы. Таким образом, потребность, лежащая в основе мотивов истинной пиромании, определяется как потребность в «психологическом комфорте», в сдвиге эмоционального состояния в сторону положительных эмоций. Этот сдвиг в силу нарушений структуры деятельности, утраты эмоциями регулятивной функции возникает не в рамках обычной человеческой деятельности, а лишь в определенных условиях при прямом воздействии специфической стимуляции.
Побудительная роль мотивов-«суррогатов» обнаруживается и при анализе дромомании, которая характеризуется периодически возникающим непреодолимым стремлением к перемене мест, поездкам, бродяжничеству. Такое поведение встречается у психически здоровых и психически больных людей, но отмечается и у психопатических личностей или при психопатоподобном синдроме различной этиологии.
В изученной группе психопатических личностей с дромоманией преобладали неустойчивые психопаты. Уходы, побеги из дома, бесцельное бродяжничество наблюдались у них с детского и подросткового возраста. Желание куда-либо поехать возникало внезапно, бродили по улицам городов без определенной цели. Мотивы уходов, бродяжничества носили гедонистический, реактивно-гедонистический характер. Реактивные моменты содержали в себе не столько реальные, сколько условные психогении: монотонность, однообразие ситуации, необходимость выполнения обычных бытовых обязанностей, затруднения в работе, учебе. В гедонистической мотивации преобладали ощущения свободы, возможность бесконтрольно проводить время, освобождение от каждодневных обязанностей, постоянная смена впечатлений.
Психопатические личности тормозимого круга с дромоманией отличались отгороженностью, замкнутостью, трудностью включения в социальные контакты и различные процедуры, требующие взаимодействия с окружающими, аутизмом и в ряде случаев склонностью к аутистическому фантазированию. Реактивные факторы дромомании содержали в себе и реальные и условные моменты с преобладанием последних, гедонистическая мотивация была связана с реализацией аутистических установок и фантазий.
У психопатических личностей истеро-возбудимого круга с дромоманией в соотношении реактивных и гедонистических мотивов на начальных этапах уходов преобладали первые, а затем бесцельное бродяжничество в ряде случаев становилось самоцелью. Так же как и в других группах психопатий, в реактивных мотивах условные психогении преобладали над реальными. В этой группе испытуемых наблюдались внешне немотивированные уходы, связанные с расстройствами настроения, совершаемые по типу импульсивных действий. Уходы из дома, бесцельное блуждание по улицам, поездки в другие города могли длиться значительное время, вплоть до нескольких месяцев, и продолжались после изменения тягостного эмоционального состояния.
Мотивы психопатической самоактуализации. К ним относятся мотивы противоправных действий, в которых побудительную силу приобретает та или иная черта личности, стремление к реализации которой становится мотивом поведения. В каждом из клинических вариантов психопатий облигатные (основные) черты психопатической личности представляют собой выражение ведущих мотивов, занявших в иерархии мотивов главенствующее место и поддерживающих существование стереотипных, ригидных «сценариев личности», осуществляемых в значительной мере независимо от оценки внешних обстоятельств и реальных потребностей субъекта.
Механизмы формирования таких мотивов, связанных с регулятивной функцией структуры «Я», стремлением к сохранению и развитию собственной ценности, в настоящее время достаточно хорошо изучены. В качестве основного побудительного фактора здесь можно выделить стремление к ликвидации различных видов личностного диссонанса и, в частности, рассогласования между идеальным «Я» и самооценкой.
В каждой из изученных групп психопатий эти проблемы решаются своими специфическими «инструментальными» способами, включающими создание провоцирующих ситуаций, делающих возможной психопатическую самоактуализацию. Именно поэтому на протяжении прослеженных отрезков жизни психопатических личностей у них с заметной частотой наблюдаются поразительно сходные по мотивам, хотя и различные по содержанию поступки, в том числе и противоправные, позволяющие выделить главные, ведущие мотивы их деятельности, определяющие субъективный смысл их поведения.
У психопатических личностей возбудимого круга мотивы психопатической самоактуализации, по нашим данным, наблюдались в 47% случаев, у истерических – в 54, тормозимых – в 40, неустойчивых – в 35, паранойяльных – в 91 и мозаичных – в 56%.
Проведенное исследование показало, что по мотивам психопатической самоактуализации, отражающим прежде всего облигатные, а также в ряде случаев и факультативные признаки каждой из клинических форм психопатий, психопатическими личностями совершаются различные противоправные действия, направленные против личности, государственной и личной собственности, общественного порядка.
Основным положением, которого мы придерживаемся при оценке мотивов психопатической самоактуализации, является то, что не само по себе наличие патохарактерологической структуры личности определяет те или иные формы поведения, а что эта связь осуществляется через построение мотивов, в котором решающее значение имеют социальне моменты.
При возбудимой психопатии наиболее частым мотивом поведения во всех разнообразных ситуациях совершения различных противоправных действий являлось стремление к реализации неадекватно завышенного уровня притязаний, тенденция к доминированию и властвованию, упрямство, обидчивость, нетерпимость к противодействию, склонность к самовзвинчиванию и поискам повода для разрядки аффективного напряжения. 88% противоправных действий, совершенных психопатическими личностями возбудимого круга по мотивам психопатической самоактуализации, были направлены против личности и общественного порядка (убийства, нанесение телесных повреждений, хулиганские действия), что и определяет основную тему «личностного сценария» возбудимого психопата с антисоциальной направленностью поведения.