Факультативные (истерические, паранойяльные) черты личности такие, как стремление привлечь в себе внимание, сутяжные тенденции и др., также проявлялись у возбудимых психопатов в качестве мотива противоправных действий.
Один из основных мотивационных факторов, способствующих совершению противоправных действий при возбудимой психопатии, – тенденция к немедленной реализации актуальной потребности (мотивация прямого, непосредственного достижения). Мотивы противоправных действий в этих случаях носят полиморфный характер. В их формировании и реализации в одинаковой степени участвуют и облигатные мотивационные черты личности, и наличие близкого объекта, способного удовлетворить актуальную потребность, и аффективное возбуждение, возникающее в ответ на различного рода препятствия, преграды, противодействие и другие условные факторы.
Так, Ф., 27 лет, в зимнее время, находясь в состоянии опьянения, встретил на улице ранее незнакомую ему П., которая тоже была в нетрезвом виде. Предложил ей совершить половой акт, и для этой цели они залезли в угольную будку, где П. разделась, а затем, сказав, что холодно, отказала ему. Поскольку Ф. был настроен совершить половой акт, отказ разозлил его. Перешли в деревянный киоск, где все повторилось. Нанес потерпевшей более 70 ударов, от которых она скончалась, кусал, разорвал одежду, глумился над трупом.
В приведенном примере и других аналогичных наблюдениях в мотивации совершенного преступления представлены несколько мотивов. На различных этапах совершения преступления один из них выступал на первый план, по-видимому, в такой последовательности: психопатическая самоактуализация – ситуационно-импульсивный мотив (наличие близкого объекта, способного удовлетворить актуальную потребность) – аффектогенный мотив (в ответ на возникшее препятствие к удовлетворению потребности). Алкогольное опьянение способствовало обнаружению облигатных черт личности, расширению круга условных психогений, снижению интеллектуального и волевого контроля поведения и соответственно облегчало реализацию правонарушений.
У психопатических личностей истерического круга такие черты личности, как эгоцентризм, жажда признания, завышенная самооценка, во многих случаях выступали в качестве мотивов преступных действий.
Одним из главных факторов психопатической самоактуализации является самооценка истерических психопатов. Сближение идеального «Я» и самооценки, переоценка своих реальных возможностей в различных ситуациях ведут к тому, что психопатические личности истерического круга ставят себе задачи, соответствующие иллюзорной самооценке, совпадающей с идеальным «Я», но превышающие их возможности.
Важнейшим мотивационным механизмом, определяющим у истерических психопатов совершение преступлений по мотивам психопатической самоактуализации, является стремление к манипулированию, контролю над окружающими. В основе манипулятивного отношения к окружающим лежит эгоцентрическая установка личности, в соответствии с которой все внешние объекты, включая людей, рассматриваются как орудия, которые должны служить потребностям «Я». Чаще всего, по нашим данным, такие лица совершают мошенничества, кражи и спекуляции.
Наряду с облигатными чертами истерической психопатии, побуждающими к совершению противоправных действий, в качестве мотивационных черт могут выступать и факультативные признаки психопатии, такие, как склонность к сверхценным образованиям, сутяжные тенденции, обидчивость, мстительность, раздражительность и пр.
У психопатических личностей тормозимого круга мотивационными чертами личности, фиксирующими ведущие мотивы деятельности, являются повышенная чувствительность и ранимость, замкнутость, пассивность, повышенная истощаемость, стремление к ограничению контактов и к их избирательности. Психопатическая самоактуализация этих лиц выражается в совсем иных формах поведения, чем в группе истеро-возбудимых психопатических личностей, и представляет собой стремление к созданию и сохранению привычного стереотипа действий, к уходу от перенапряжения и стрессов, нежелательных контактов, сохранению личностной независимости.
В отличие от возбудимых и истерических психопатов с их неадекватным сближением в самосознании идеального «Я» и самооценки психопатические личности тормозимого круга при столкновении с окружающими, с непосильными задачами в силу ранимости, мягкости, низкой толерантности к стрессу, не получают соответствующего положительного подкрепления, чувствуют себя обиженными, преследуемыми, обнаруживают тенденцию к самообвиняющим реакциям. В поведении это заметно прежде всего в мотивации избегания, в специфике притязаний и выбора целей, не затрагивающих самооценку. Психопатические личности тормозимого круга пытаются сблизить идеальные и реальные представления о себе в компенсаторных образованиях личности, и внешние действия направлены у них на сопротивление рассогласованию.
Преступления, совершаемые психопатическими личностями тормозимого круга по мотивам психопатической самоактуализации, обычно представляют собой различные «уходы и избегания» (бродяжничество, нарушение паспортных правил, уклонение от общественно полезного труда, дезертирство). Реже ими совершаются кражи, мотивом которых становятся попытки разрешения осложнившихся межличностных отношений, уход от необходимости самостоятельных активных действий, принятия решений. В качестве мотивов хулиганства и насильственных преступлений можно отметить стремление к гиперкомпенсации у астенических и психастенических личностей и стремление к реализации жестких, нежизнеспособных, искусственных схем и установок – у шизоидных.
При неустойчивой психопатии мотивы психопатической самоактуализации определялись основными патохарактерологическими чертами, фиксирующими ведущие мотивы этих лиц. Именно к неустойчивым психопатам хорошо применимы данные Н. Quay, обнаружившего у психопатических личностей стремление к поиску и варьированию внешней стимуляции, связанное с неспособностью переносить однообразие, монотонность, скуку повседневной жизни и объясняемое автором с позиций мотивационной теории «оптимального уровня»[187]. Неустойчивые психопатические личности без колебаний меняют решения и установки, места работы и профессии, не доводят до конца ни одного дела. Основным мотивом их поведения является жажда новых впечатлений и развлечений, уход от стресса однообразных монотонных ситуаций. Этот же мотив является, как правило, и мотивом противоправных действий, среди которых преобладали уклонение от общественно полезного труда, бродяжничество, дезертирство, хищения, сексуальные преступления.
Такие черты личности неустойчивых психопатов, как повышенная внушаемость, их стремление к острым ощущения и новым впечатлениям, являются факторами, способствующими участию этих лиц в групповых преступлениях, в том числе и по так называемым суггестивным мотивам, которые будут описаны ниже. Злоупотребление алкоголем, употребление наркотиков способствуют формированию мотивов-«суррогатов», также с большой частотой встречающихся у неустойчивых психопатов.
При рассмотрении мотивов психопатической самоактуализации особое внимание привлекла категория самооценки, одного из важнейших образований личности, прямо связанного с поведением.
В многочисленных психологических исследованиях самооценка рассматривается в рамках психологии «Я» и «Я – концепции» (У. Джемс, 1902; С. Rogers, 1951, 1969; Е. Dickstein, 1977) в связи с исследованием мотивации (L. Festinger, 1956), как часть самосознания (Л. С. Выготский, 1931; С. Л. Рубинштейн, 1940; Л. И. Божович, 1968; А. Г. Спиркин, 1972; В. В. Столин, 1983). По мнению И. И. Чесноковой, самооценка, являясь одним из структурных элементов самосознания, обобщает и закрепляет результаты познания себя и эмоционально-ценностного отношения к себе. При этом в зависимости от того, какие стороны самопознания и отношения к себе и в какой степени закрепятся в самооценке, она будет завышенной или заниженной, устойчивой или неустойчивой[188].
В настоящей работе была сделана попытка дифференцированного подхода к компонентам самооценки психопатических личностей, позволяющего уточнить ее роль в мотивации поведения при психопатиях.
С помощью модифицированной методики Дембо-Рубиншейн было проведено изучение структурных элементов самооценки психопатических личностей и сопоставление этих данных с объективными результатами их деятельности в различных экспериментах, а также с особенностями самого преступного поведения. Было изучено 65 психопатических личностей: 45 с психопатией истеро-возбудимого круга и 20 с тормозимой психопатией. В качестве контрольной группы было исследованно 25 психически здоровых законопослушных лиц.
Методика Дембо-Рубинштейн (С. Я. Рубинштейн, 1971) используется для изучения самооценки по ряду параметров (обычно – здоровье, ум, характер, счастье). Испытуемому предлагают обозначить чертой свое место на каждой из четырех вертикальных шкал (по числу параметров), имеющих положительные и отрицательные значения. Вслед за графическими отметками следует опрос, в котором проясняется отношение испытуемого к отмеченным позициям. Такие шкалы могут касаться очень широкой области жизнедеятельности, но не все они в равной мере значимы для испытуемых и для нас. Для уточнения самооценки психопатических личностей в плане интересующих нас вопросов в процедуру исследования были включены также шкалы: сила воли, честность, доброта, способность к прогнозированию. Испытуемые оценивали не только свое «реальное» положение на шкалах, но и то, которое хотели бы занимать (идеальное «Я») и могут занять («потенциально возможное» положение).
В основном все значения актуальной самооценки психически здоровых лиц располагаются несколько выше средней отметки на шкалах. Наиболее высокое значение занимают значения самооценки по шкалам «честность» и «доброта», что, видимо, связано с тенденцией приписывать себе большую степень выраженности социально одобряемых качеств по сравнению с социально нейтральными. Обращает внимание разрыв идеального «Я» и актуальной самооценки у психически здоровых лиц, что характерно для нормы.
Значения «потенциально возможной» самооценки по всем шкалам располагаются между значениями самооценки и идеального «Я», ближе к первым. При этом рисунок «возможной» самооценки в отличие от рисунка идеального «Я» повторяет в этой группе испытуемых рисунок актуальной самооценки, свидетельствуя о роли «возможной» самооценки как своеобразной зоны ближайшего развития личности, прогнозируемой пропорционально степени выраженности имеющихся качеств.
Актуальная самооценка психопатических личностей истеро-возбудимого круга в целом выше, чем самооценка психически здоровых лиц. Расхождения между идеальным «Я» и актуальной самооценкой по всем шкалам, за исключением «способности к прогнозированию», незначительны. Значения «потенциально возможной» самооценки совпадают со значениями актуальной самооценки. При этом по абсолютному значению актуальная самооценка психопатических личностей тяготеет к максимальным отметкам, теряя позиционный характер.
Психопатические личности истеро-возбудимого круга считают себя добрыми, честными, спокойными по характеру, слабовольными, легко подпадающими под чужое влияние, принимающими все близко к сердцу, страдающими из-за своей доброты. Способность к прогнозированию, волевые качества оцениваются ими не так высоко.
Значения идеального «Я» у психопатических личностей истеро-возбудимого круга и психически здоровых лиц примерно равны. Различия в том, что в норме самооценка представляет собой дифференцированное образование с областью реальных достижений в свойствах личности и областью возможных прогнозируемых достижений. Это рассогласование, по-видимому, и придает мотивационно-регулирующее значение самооценке, тогда как у психопатических личностей эта дифференциация отсутствует. Оценка реальных качеств и достижений подменяется у них декларацией самоудовлетворения.
Отсутствие расхождения по большинству шкал между идеальным «Я» и актуальной самооценкой у психопатических личностей истеро-возбудимого круга свидетельствует об игнорировании своих затруднений и конфликтов, реального жизненного опыта, т. е. о нарушениях критичности по отношению к собственной личности. Самооценка при таких обстоятельствах не является действующим фактором коррекции и регуляции поведения. Области реальных и возможных достижений при истеро-возбудимой психопатии по большинству шкал полностью совпадают, актуальная самооценка не расходится с потенциально возможной самооценкой.
Но и расхождение актуальной самооценки и идеального «Я» по шкалам «сила воли» и «способность к прогнозированию» не становится у них фактором регуляции поведения. Область возможных достижений совпадает здесь с самооценкой, отсутствие рассогласования возможной области ближайшего развития искажает его мотивационное значение как фактора, побуждающего в норме к коррекции, самоконтролю и саморегуляции.
При тормозимой психопатии усредненные значения актуальной самооценки и идеального «Я» не совпадают ни по одной шкале. Наиболее характерными индивидуальными соотношениями элементов самооценки у психопатических личностей тормозимого круга являются низкая локализация актуальной самооценки и большое расхождение области желаемого и возможного.
Наиболее желаемые качества у психопатических личностей тормозимого круга «доброта», «сила воли», «честность». Расхождение между идеальным «Я» и актуальной самооценкой у тормозимых психопатов столь велико, что заставляет их постоянно осознавать свою несостоятельность. Значение «потенциально возможной» самооценки совпадает со значениями актуальной самооценки, блокируя возможность потенциального развития личности в желательном направлении. Идеальное «Я» представляет для них источник чувства вины и собственной неполноцености. Разрыв так велик, что не побуждает, а блокирует развитие в желательном направлении.
Итак, изучение элементов самооценки у психопатических личностей позволило установить, почему актуальная самооценка, будучи завышенной (у истеро-возбудимых) или заниженной (у тормозимых), по сравнению с психически здоровыми людьми, не является фактором самоконтроля, не выполняет функции звена обратной связи в регуляции поведения. У психически здоровых лиц наблюдается расхождение между значениями актуальной, «потенциально возможной» самооценки и идеальным «Я», побуждающее к контролю за областью реальных достижений. У психопатических личностей истеро-возбудимого круга значения актуальной, «потенциально возможной» самооценки и идеального «Я» совпадают, отсутствие рассогласования между элементами самооценки снимает необходимость самоконтроля за своими действиями. У психопатических личностей тормозимого круга расхождение между актуальной самооценкой и идеальным «Я» слишком велико. Величина этого расхождения заставляет их постоянно переживать собственную несостоятельность, блокируя возможность потенциального развития личности в общественно полезном направлении. Актуальная самооценка поэтому также не является у них фактором регуляции поведения.
На изученном материале в трети случаев противоправные действия совершались психопатическими личностями в группе. В 30% психопатические личности были организаторами, инициаторами групповых преступлений, а в 50% – исполнителями. В 20% истинные роли участников групповых преступлений определить не удалось по причинам, о которых будет сказано ниже. При этом оказалось, что ролевые функции (организатор, инициатор, исполнитель) не предполагают однозначно наличия или отсутствия суггестивного мотива противоправных действий.
Наиболее высокий процент групповых противоправных действий наблюдался у неустойчивых психопатов (62%), среди них было больше всего и ведомых исполнителей (85%). У психопатических личностей возбудимого круга групповые преступные действия составляют 22%, но инициаторов, лидеров среди них гораздо больше – 70%. У истерических психопатов соотношение групповых противоправных действий и лидерства в них соответственно 30 и 60%. У тормозимых психопатических личностей групповые противоправные действия составляют 24%, при этом процент лидеров, инициаторов среди них минимальный (10%), в основном за счет экспансивных, стенических шизоидных личностей. Наименьший процент групповых преступлений наблюдался у паранойяльных психопатов (9%), при этом они в большинстве случаев являлись инициаторами и активными лидерами противоправных действий.