Снова допрос… Слипаются глаза, но что делать, разве может обойтись любое расследование без этих вопросов и ответов, вопросов — настойчивых, целеустремленных, и ответов — запутанных, сбивчивых, наполненных страхом и все же зачастую наглых, вызывающих самую настоящую ненависть. Но ты оперативный работник дознания, и ты обязан быть выдержанным и спокойным.
— Нанесение ножевого ранения дружиннику Бессонову не отрицаете? — с трудом сдерживая себя, спросил Громов.
Голубцов опустил голову.
— Было. От злости.
— От подлости, Голубцов. Ударили Бессонова ножом вы не от злости, а от подлости… Теперь давайте о другом поговорим. Пьете?
— По праздникам.
— А на работе?
Голубцов ухмыльнулся, но, встретив суровый взгляд Громова, сник.
— Кто ж на работе пьет?
— Да вот вы, например.
— Надо доказать.
— Доказано. Вот заключение экспертизы. На бутылке из-под коньяка, которая была изъята на складе, у вашего рабочего места, отпечатки ваших пальцев. Теперь признаете, что пили коньяк в рабочее время?
Голубцов хлопнул себя по колену.
— Черт его знает, как я запамятовал! Действительно, стыдно сознаться, но пил. Да ведь это же не преступление, а нарушение!
— Нарушение? Сколько вы получаете?
— Шестьдесят.
А коньяк этот сколько стоит?
— Во-восемь…
— Ну вот, арифметика простая. Теперь скажите, что за ящик вы хотели оставить у Зининой?
Голубцов попытался скрыть растерянность. Развалился на стуле, забросил ногу на ногу.
— Не было.
— Было, — невозмутимо сказал Громов, — вот показания свидетеля Барыкина. Я уже не говорю о показаниях самой Зининой. Давайте-ка не будем терять время. Может быть, позвать Черненко?
— Ну, до этого вам не добраться.
— Добрались.
Громов снял телефонную трубку, набрал номер.
— Товарищ Курков, приведите Черненко.
Услышав тяжелые шаги за дверью, Голубцов насторожился, привстал, а когда в кабинет, заложив руки за спину, вошел Черненко, опустил голову.
— Может быть, у вас есть вопросы друг к другу? — спросил Громов. — Я не настаиваю, но если они есть, вы можете их задать. Молчите? Ну что ж, будем считать, что все ясно. Уведите Черненко, товарищ Курков.
Когда двери закрылись, сказал:
— Покупателей нашел не Панин. Их нашел Черненко. И нашел он их…