— Боги, Амара.
Там нет ни командования, ни ледяной выдержки. Только он.
Его руки сжимаются ещё крепче, тело каменеет, дыхание сбито. Он дрожит.
И боги… он тоже чувствовал это?
— Что там, нахрен, произошло? — не крик, а сорванный выдох.
— Кетра… засада, — мой голос хриплый, почти чужой.
Мне стоит сказать больше, но горло сжато, лёгкие горят огнём. Я просто позволяю себе на миг опереться на него. Потому что я ощущаю всё.
Как его руки дрожат.
Как он прижимает меня так, будто уже успел представить самое худшее.
Как его сердце бьётся в мой висок — быстро, неравномерно.
Кэлрикс сердито фыркает рядом, её крылья наполовину раскрыты, хвост хлещет по земле.
«Скажи ему перестать держать тебя, как треснувший бокал, и немедленно отнести к целителям. Ты — Духорождённая. И моя всадница! — ворчит она, хотя в её голосе звучит больше облегчения, чем раздражения. — Если он промедлит ещё хоть миг, я потащу тебя сама».
Из меня вырывается слабый звук — что-то между смешком и стоном.
И только тогда Тэйн немного отстраняется. Совсем чуть. Его руки не отпускают меня, а просто перемещаются к моим плечам, талии, рёбрам.
Его взгляд медленно проходит по моему телу — внимательный, острый, выискивающий каждую рану, каждый трудный вдох, каждое сбившееся биение сердца. И когда он замечает разодранную ткань и кровь, просачивающуюся между моими пальцами, он замирает. Челюсть каменеет. Я почти слышу, как скрипят его зубы. Его пальцы сжимаются сильнее, словно он удерживает себя от необдуманного поступка.
Потом его голос становится низким и хриплым, едва сдержанным:
— Ты теряешь слишком много крови.
Он делает короткий, рваный вдох. Его пальцы подрагивают на моей коже.
— Блядь, Амара.
Я поднимаю на него взгляд, губы приоткрыты, но слова не идут. Что я вообще могу сказать?
Но в его глазах читается всё.
Не злость.
Не раздражение.
И не просто тяжесть его постоянной ответственности.
Что-то другое.
Глубокое.
Его челюсть снова дёргается, пальцы по-прежнему упираются в моё ребро, будто он удерживает и себя, и меня.
Я выдыхаю, голос едва слышный, спокойнее, чем чувствую себя на самом деле:
— Ты подумал, что теряешь меня.
Глотаю, горло сжимается, сердце бьётся под его ладонями слишком быстро.