Слабость.
Неполноценность.
Такой мощью обладаю и всё равно вынуждена отступать.
Но если пойду дальше — Кэлрикс потеряет меня навсегда.
— Ладно. Уводи нас, — резко выдыхаю я, хриплым, горьким голосом.
Кэлрикс не делает предупреждений. И не нужно — я ощущаю всё сама. Её сосредоточенность. Чистую сталь её намерения. Крылья плотно складываются вдоль тела, и она падает вниз. Резко. Стремительно.
Ветер взрывается вокруг, оглушает, хлещет по коже, рвёт одежду. Живот проваливается, мир превращается в смазанную полосу цвета и движения. Но я не теряю опору — магия Кэлрикс удерживает меня, надёжно и крепко.
Мне остаётся только сжаться, пока небо несётся мимо.
Сзади раздаётся яростный визг — твари бросаются следом, их костлявые крылья режут воздух. Но мы быстрее.
Кроны деревьев стремительно приближаются — слишком быстро, слишком близко — и в последний возможный миг Кэлрикс резко расправляет крылья. Нас выбрасывает вперёд, рывок такой силы, что меня прижимает к её шее.
Врейты рвутся за нами, визжат, пытаются догнать. Но им не угнаться. Скорость Кэлрикс пожирает расстояние, оставляя их позади всего лишь тенями, тонущими в небе. Мы исчезаем.
И прямо перед тем, как боль окончательно накрывает меня. Перед тем, как темнота втягивает вниз, поднимается острое, душное сожаление:
— Надо было добить их… надо было остаться…
ТЭЙН
Звон клинков гулко отдаётся по тренировочному двору, когда меч Риана со всей силой врезается в мой, и вибрация уходит в предплечья. Я ловко парирую удар, перехожу в наступление и вынуждаю его отступить. Яррик атакует сбоку. Я разворачиваюсь, уклоняюсь буквально на волосок, потом врезаюсь ему предплечьем в рёбра, сбивая с позиции.
— Ты бьёшь, как грёбаный боевой молот, Каэлум, — рычит Яррик.
— Значит, держи блок выше, — бросаю я, сильнее сжимая рукоять меча, пока Риан вновь меня обходит.
Тренировка сегодня не знает пощады — не потому, что она мне нужна, а потому что мне нужно отвлечься. Не останавливаться. Потому что стоит мне замедлиться — и мысли снова уходят туда, куда не должны.
К ней.
К тому, как она выгибалась подо мной, какие звуки срывались с её губ, когда она растворялась у меня в руках. К тому, как её магия вспыхивала, когда она достигала вершины.
Грубая. Искрящаяся. Окутывающая нас двоих, будто была живой.
Мне следовало бы думать о набеге в землях лорда Торена Хейла или о свежей информации, которую разведчица принесла Ровене.
А я думаю о том, как она задыхалась, когда я двигался в ней. Как прижимала свой лоб к моему, когда чувства брали верх. Как она ощущалась — мягкая, сильная, огненная.
Когда я пришёл на спарринг к своим братьям, они сразу всё поняли. Яррик заорал так, словно ждал этого десять лет, хлопнул меня по спине и заявил, что давно пора. Риан просто положил ладонь мне на шею, приблизил и на мгновение коснулся лбом — так люди Клана Воды признают, что судьба улыбнулась тебе. А когда он отступил, а рядом до сих пор маячил ухмыляющийся Яррик, я ничего не мог поделать с тем, как широко расползалась улыбка по моему лицу.
Она моя. И я её.
Я сжимаю зубы, отбрасываю посторонние мысли и вновь сосредотачиваюсь на Риане, когда он идёт в атаку.
Удар. Парирование. Контратака. Движение.
— Ну что, — ворчит Риан, размяв плечи и скользнув по мне ленивой ухмылкой, — посмотрим, надолго ли хватит твоей самоуверенности, когда ты действительно останешься в меньшинстве.
— Только попробуй, — отвечаю я тем же взглядом.