Я втягиваю дрожащий вдох, моргаю, прогоняя тьму из поля зрения. Ладони упираются в землю, сжимаются в кулаки — трясущиеся, злые, охваченные паникой.
Она жива. Но тяжело ранена.
И я… ЧУВСТВУЮ ЭТО.
Затем голос Ксэрота врезается в моё сознание, как удар клином.
«Мор’каар! Она ранена! Кэлрикс несёт её к нам».
Он лишь озвучивает то, что я уже чувствую. Холодный страх сжимает грудь.
— Я выдвигаюсь, Ксэрот. Как далеко???
«Минуты. Но тебе нужно торопиться! Она истекает кровью!»
Боги.
Я заставляю себя подняться. Каждый вдох режет изнутри, каждое движение обжигает. Дрожащими пальцами хватаю меч и запихиваю его в ножны.
— Мне нужно идти.
— Куда? Ты еле стоишь на ногах… — Яррик встаёт передо мной, преграждая путь.
Я встречаю его взгляд ледяной яростью.
— У меня нет времени объяснять! Она умирает! Отойди!
Он колеблется мгновение и отходит. Я не трачу ни секунды. Разворачиваюсь и бегу к Посадочным площадкам.
Понимаю я это или нет — Амара сейчас нуждается во мне.
АМАРА
К тому моменту, как Кэлрикс опускается на землю форпоста, небо уже раскрашено огнём и золотистыми полосами. Перед глазами всё расплывается, края темнеют, я едва ощущаю толчок, когда её огромное тело касается площадки.
Боль пронизывает каждую клеточку. Руки тяжёлые, ноги дрожат от перенапряжения, от каждого резкого поворота, от попыток удержаться в седле.
А потом приходит настоящая боль.
Острая. Жгущая. Пульсирующая вместе с сердцем.
Крови слишком много. Я чувствую, как она пропитывает тунику, горячая, липкая, стекающая под кожаными пластинами.
Кэлрикс подо мной низко рычит, её массивное тело напряжено — она вся взвинченная, настороженная, спешащая.
«Держись, Вирэлия, — голос ровный, но натянутый, будто она удерживает меня чистой силой воли. — Он уже в пути. Я предупредила Ксэрота».
Я пытаюсь соскользнуть вниз, хотя бы сделать нормальный вдох сквозь туман в голове. Пальцы срываются с её чешуи, когда я сползаю по шее.
Земля уходит из-под ног. И вдруг чьи-то руки подхватывают меня. Крепкие. Неумолимые. Прижимают к груди, знакомой до боли.
Тэйн.
Я слышу, как он рвано втягивает воздух, чувствую дрожь в его руках, отчаянную силу, с которой он удерживает меня, словно стоит только ослабить хватку, и я исчезну. Несколько долгих секунд он просто держит меня, не говоря ни слова.
Потом его голос пробивается сквозь пелену в голове. Глухой. Сорванный.