Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Адигамов. Я вполне понимаю тов. Сталина и Куйбышева, когда они в своих заключительных речах упоминали мою фамилию и говорили, что странно мое молчание. Но это прежде всего не по моей вине, потому что, как говорил тов. Каменев, моя записка пропала. Поэтому разрешите вернуться к первому вопросу порядка дня совещания. Я не буду анализировать поступок Султан-Галиева, а выявлю к нему свое отношение. Связь с Султан-Галиевым у меня была, как уже докладывал тов. Куйбышев, и выразилась она в том, что я получил только одно письмо, а второе, как вам это известно, пропало. Но эта связь не выходила из рамок партии и Советской власти. Конечно, тут товарищи могут гадать: что бы Адигамов сделал, если бы получил второе письмо? Это, конечно, вопрос очень гадательный для тех, кто хочет гадать. Но никто упрекнуть меня в связи с Валидовым не может, потому что этой связи нет, — Валидов сам по себе и я тоже сам по себе. Что касается грехопадения Султан-Галиева и его попытки связаться с Валидовым и с зарубежными политическими группами, то я громогласно квалифицирую это, как самое тяжкое преступление против партии и Советской власти. Этим сообщением я полагаю себя вышедшим из положения сфинкса, которым меня хотели изобразить товарищи Сталин и Куйбышев.

Скрипник. Если бы кто-нибудь понял что-либо; я ничего не понял.

Адигамов. По второму пункту порядка дня я хотел бы коснуться вопроса народного просвещения. Башкирия занимает срединное положение и в смысле культурном, и в смысле географическом. Поэтому тот анализ, который можно было произвести в деле народного просвещения в Башкирии, подходил бы и к другим районам в разной степени. Дело народного просвещения Башреспублики рисуется в следующем виде. Со школами 1-й ступени дело обстоит сравнительно сносно; у нас столько же школ башкирских, как и русских. Во второй ступени и в профессионально-технических школах башкир меньше, чем русских. А если подразделить на педагогические, сельскохозяйственные и индустриально-технические школы, то в первых башкир больше, во вторых меньше, а в третьих совсем мало. Это говорит за то, что в смысле профессионального образования у нас дело обстоит очень плохо, и на эту сторону надо бить. Наличие сравнительно большего количества школ 1-й ступени является до некоторой степени парадоксальным. Дело в том, что при прежнем правительстве башкиры не привыкли получать образование бесплатно; поэтому, когда в нынешнем году была введена договорная система, то они провели ее в большей степени, чем русское население. Этим объясняется большое количество школ первой ступени. Но если взять количество школ, то они в башкирских деревнях по сравнению с русскими далеко отстают: преподаватели малограмотны, учебников нет, школы не отремонтированы и т. д. Таким образом, я думаю, что успокаиваться, на том, что в некоторых республиках дело народного образования более или менее сносно, нельзя. По-видимому, тут придется отпускать специальные средства для того, чтобы на них можно было организовать учебные заведения для башкир и других отсталых национальностей. У нас в бюджете дело народного просвещения занимает только 19%, несмотря на то, что Наркомпрос рекомендовал отпустить 35%, но мы большего не добились. Это при бюджете мизерном, который можно назвать нищенским и при том бюджете дефицитном. Я не возражал бы против такой малой доли НКПроса, если бы все остальное обстояло благополучно. Но у нас в Башреспублике имеется некоторый казус, который обойти нельзя. У нас имеется исполком в г. Уфе, который съедает 24% местного бюджета, и который по моему мнению не нужен. Но доказательства о том, что горисполком не нужен, что не нужно держать в одном городе и центральные, и городские, и кантонные учреждения — остаются голосом вопиющего в пустыне. Надо вообщем сказать, что с народным образованием дело обстоит далеко не благополучно. У нас, кроме того имеется, общество по изучению быта, культуры и т. д. Башкирии. Правда, это общество в первое время было переведено на хозрасчет, т. е. оно должно было само себя окупать, но мы его впоследствии стали понемногу поддерживать. Я думаю, что поскольку в центре имеется Ц.К.У.Б.У., являющаяся специальным органом помощи ученым (правда, наши ученые не могут конкурировать с учеными московскими и петроградскими, но по нашему масштабу — это ученые), поскольку и этих высококвалифицированных по нашему масштабу ученых надо поддержать путем оказания им материальной помощи, нам такого рода работниками приходится, конечно, дорожить. Я бы еще тут отметил одно явление: у нас до войны многие уезжали учиться за границу, и сейчас многие из них, получив высшее образование, живут в Турции, Германии и др. местах, но возвратиться они или боятся или почему-то не могут. Я считаю, что облегчить возвращение на родину таким лицам необходимо; я говорю не о тех, которые во время революции удрали, а о тех, которые до войны и во время войны там учились и теперь хотят вернуться.

Что касается смычки города и деревни, то у нас эта смычка выявляется очень своеобразно. Она проявляется в том лишь, что некоторые ячейки берут себе ближайшие от города села и смыкаются. В смысле газет — эта смычка обставлена очень плохо. Единственная башкирская газета «Башкурдистан» распространяется не больше 700 — 800 экз., так что в этом смысле приходится говорить, что дело обстоит очень плохо, нужно бить тревогу и издательское и газетное дело нужно поставить на должную высоту.

Что касается предложения тов. Зиновьева относительно создания комиссии при ЦК, то я его вполне поддерживаю и думаю, что комиссия нужна, но комиссия которая будет работать. Выступление здесь целого ряда руководителей Политбюро вполне доказывает, что эта комиссия, если она будет создана, не будет предоставлена сама себе, а ее постоянно будут наталкивать на работы, будут поддерживать. Поэтому я думаю, что те представители, которые будут во второй палате или другие товарищи, работающие в городе Москве, могли бы войти в эту комиссию.

Мануильский. Т.т., я хотел сделал несколько замечаний общего характера к проекту платформы по национальному вопросу, который был роздан после доклада тов. Сталина. Я считаю, что это нужно сделать с тем большей необходимостью, что здесь тов. Троцким в его реплике по личному вопросу мне была объявлена борьба политическая, организационная и проч., по поводу того уклона, который я, якобы, представляю. Здесь тов. Троцкий утверждал, что я рекомендовал, чтобы нац. политика проводилась на окраинах руками русских товарищей. Товарищи, передо мной лежит стенограмма, и тов. Троцкий, прежде чем делать такого рода утверждение, мог бы заглянуть в эту стенограмму, где ясно говорится, что я утверждал, как один из националов, что решения XII партсъезда, поскольку они были направлены против великорусского шовинизма, требуют, чтобы эту борьбу вела русская часть нашей партии. Тов. Троцкому достаточно было бы заглянуть в стенограмму, чтобы не утверждать обратного, тем более что тов. Троцкий здесь не на эмигрантском собрании, не в дискуссионном клубе, где можно было бы с полемическим задором выступать друг против друга, а он на ответственном собрании. Он, член ЦК, бросает другому члену ЦК тяжкое обвинение. Я заявляю, что если бы это обвинение подтвердилось, то ЦК нужно людей с такого рода уклоном гнать в 24 часа. Но до сих пор, насколько мне известно, политика, которая нами проводилась, всецело одобрялась ЦК, и поэтому выпад тов. Троцкого имеет иной умысел.

Я не скрою, товарищи, что у нас на Украине имеются серьезные расхождения с частью товарищей, возглавляемых тов. Раковским. Расхождения эти по линии государственной заключаются в том, что т. Раковский стоит на точке зрения, что тот союз, который сейчас организуется и будет проведен на ближайшей сессии ЦИК’а, должен представлять из себя конфедерацию государств; мы же стоим на точке зрения, что этот союз должен являться и является союзным государством, а отнюдь не конфедерацией государств.

Но несмотря на острый выпад тов. Троцкого, я остаюсь на прежней позиции, я утверждаю, что решения XII парт, съезда в первую голову должны проводиться русской частью нашей партии. Вот если вы возьмете эти предложения, которые были розданы, и перелистаете их, то вы убедитесь, что большая часть этих предложений не может быть решена волею одного государства, отдельной республики или отдельной части нашей партии. Я возьму такие предложения, как создание доступного сельскохозяйственного кредита, усиление ирригационных работ, — тут целая сеть экономических мероприятий. И позвольте вам сказать, т. т., что когда мы в течении года наталкивались на стихию русского бюрократического аппарата, как отметил тов. Зиновьев, мы тогда защитника в лице тов. Троцкого не видели. Возьмите вопрос о национальных частях: когда украинцы поднимали этот вопрос и ставили его перед Реввоенсоветом Республики, тогда русский советский аппарат боролся против этих национальных частей, и нужно сказать, что если где зта великорусская стихия была, то, конечно, в РВСР. И когда я говорил, что нужно обратить внимание на необходимость борьбы и проведение великорусской частью нашей партии решений XII съезда партии, то я отчасти имел в виду аппарат тов. Троцкого.

Здесь тов. Махарадзе доказывал с цифрами в руках, сколько грузин и не грузин в аппарате Грузии, какая борьба развивается среди национальностей и т. д. Мы видим, действительно, что на местах отдельные мелкобуржуазные группы в связи с атавизмом капиталистических форм и мелким частным хозяйством разжигают национальную борьбу вокруг школ и государственного аппарата и т. д. Вы видели также явление, когда выступал представитель Белоруссии и рассказывал о заявлении, поданном одним из коммунистов. Моя точка зрения, которую я отстаивал, это та, чтобы национальная борьба, которая раскрывается за пределами нашей партии, не просачивалась внутрь нашей партии, иначе у нас будет австрийская партия, а не коммунистическая. Я не хочу, чтобы коммунистическая партия стала ареной этой внутренней национальной борьбы. Какой выход? Я вижу выход, который наметил тов. Ленин. У тов. Троцкого была в прошлом совершенно своеобразная позиция по национальному вопросу, он позиции тов. Ленина не разделял.

Троцкий. Это в то время, когда вы поддерживали союз германских милитаристов с украинскими националистами?

Мануильский. Извините, в то время, когда я поддерживал теорию Ленина.

Троцкий. Вы слишком увлекаетесь. Смотрите...

Мануильский. Нет, вы слишком увлекаетесь. После сделанного тов. Троцким заявления я буду настаивать на назначении третейского суда между тов. Троцким и мною. Каким образом может быть изжита эта внутренняя национальная борьба? Я утверждаю, что она может быть изжита только тогда, если каждая часть нашей партии будет вести борьбу со своим шовинизмом. Только таким образом мы сможем парализовать националистический уклон внутри партии. Вот та позиция, которую мы, националы, всегда отстаивали на местах и отстаиваем у себя на Украине. Что же предлагает нам тов. Троцкий? Простите, вот мы проверим, когда встанет целый ряд практических вопросов, когда на местах товарищи националы будут отстаивать каждую позицию. Я, конечно, хотел бы, чтобы не мы, националы, отстаивали зти позиции, а русская часть партии, чтобы мы в этом отношении не представляли собой своего рода меньшинство, которое напирает и вырывает якобы уступки. Вот чего мы добиваемся. Время обших деклараций прошло. И мне кажется, что общие декларации есть не что иное, как великорусский шахсей-вахсей, ничего практического решению национального вопроса не дают. Недостаточно ограничиться общей декларацией, а необходим ряд государственных мероприятий, причем надо сделать великорусскую часть партии органом по борьбе с великорусским шовинизмом.

Я понимаю, что наиболее важной задачей является сейчас борьба с великорусским шовинизмом во исполнение решений XII партийного съезда. Вы помните, конечно, когда один из товарищей поставил на съезде вопрос относительно необходимости борьбы с внутренним националистическим уклоном, тогда, кажется, тов. Сталин выступил и сказал, что очередная задача, стоящая перед нами — это борьба с великорусским шовинизмом. Поскольку это так, сейчас опасно выпячивать вторую часть, для того, чтобы не ослабить напор нашей партии на самом важном пункте и чтобы переломить действительно националистический хребет великорусского шовинизма. Но в то же время, если вторая часть, которая стоит перед нами, националами, будет игнорироваться, я чрезвычайно боюсь, чтобы то давление национальной стихии, которое имеется вне нашей партии, чтобы оно не просочилось и внутрь нашей партии и не сделало ее ареной этой борьбы, парализующей могущество и деятельность нашей партии.

Ибрагимов. Товарищи, хотя тов. Самурский и сказал, что на прошлом партсъезде фигурировали грузины, а на этом совещании фигурируют татары, несмотря на это я записался еще раз с тем, чтобы сделать сообщение о татарах и башкирах, живущих вне автономных республик. Существуют Татарская и Башкирская республики, там имеются татары и башкиры в количестве около 2,5 миллионов человек. Но вне территории этих республик осталось татар и башкир более 2,5 миллионов. И вот какая партийная и советская работа ведется среди этих татар и башкир, расположенных буквально по всей России (Саратовская, Самарская, Астраханская, Пензенская и проч. губ.), Сибири, Туркестану, Кавказу и даже в Калмыцкой автономной области. Материалы говорят за то, что среди этих нескольких миллионов татар и башкир работа до сего времени ведется чрезвычайно слабо, несмотря на то, что среди них имеется до 3-х тысяч коммунистов и до 100 тысяч рабочих, работающих в шахтах, рудниках, фабриках и заводах Донбасса, Урала, Сибири и др. районах. Причина этого явления, может быть, заключается в том, о чем здесь многие товарищи говорили. Это — непонимание русскими товарищами тех задач, которые стоят перед нами в губерниях, населенных татарами и башкирами. В любой нашей губернии очень часто формально подходят к национальным моментам, вытекающим из постановлений партсъездов. Я приведу цифры тех учреждений, которые обслуживают дело народного образования.

Для более чем 2,5 милл. человек имеется школ первой ступени 1236, второй ступени 11, педагогических техникумов только 7. Педагогический персонал подготовлен хорошо только на 20%. Работников, работающих вообще в уездных отделах наробраза, имеется на всю Россию только 10 губернского масштаба. Учреждений по переподготовке учителей только 4. Приблизительно, по справке Наркомпроса, эти школы обслуживают 48%, но я думаю, что никак не больше 30% татаро-башкирского населения. Благодаря недостатку этих школ, муллы на местах ведут агитацию. Они в той территории, которая не входит в республики, более культурны, чем в других окраинах, и всегда муллы центральной России руководили муллами на местностях. Здесь нужна реальная борьба. Реальная борьба заключается в том, чтобы количество школ первой и второй ступени по возможности увеличить. Но несмотря на неоднократные обращения в Наркомпрос, до сих пор сеть школ не увеличена, а находится в указанном печальном положении.

Если перейти к партийному аппарату, то окажется, что почти ни в одной губернии в губкомах членов от татаро-башкирских коммунистов нет. В уездных парткомах их тоже нет. Если возьмем советский аппарат, то увидим, что татаро-башкиры привлечены чрезвычайно слабо. Имеется один член Губисполкома в Челябинской губ., в остальных губерниях, несмотря на то, что там имеется довольно большой процент татарского населения, в частности в Самарской губернии, там нет ни одного члена губисполкома. То же самое в Саратовской и других губерниях. В остальных учреждениях, в том числе и судебных, ответственных работников из татаро-башкир почти нет.

На состоявшейся в прошлом году татаро-башкирской конференции была принята резолюция, которая ясно и определенно указывала, как проводить работу среди татаро-башкир красноармейцев; но, к сожалению, зта резолюция хотя и была утверждена Агитпропом ЦК, не была проведена в жизнь, или, вернее, проводилась частично, но не целиком. Мы обращались в ПУР, но реальных результатов не получили. Вот, товарищи, в каком положении находится советская и партийная работа среди татаро-башкирского населения вне автономных республик.

Теперь приходится, т. т., после выступления тов. Зиновьева, остановиться на тех вопросах, которые он затронул. Особенно интересно его выступление по отношению к левым и правым. Т. т., если вы спросите нас, как мы ведем партийно-советскую работу на окраинах, то мы должны заявить, что ведем партийно-советскую работу на основании постановлений партийных съездов. У нас, т. т., расхождения происходят только по некоторым принципиальным вопросам, но не с постановлениями съездов партии, а только с теми работниками, которые работают на окраинах.

Здесь выяснилось несколько принципиальных вопросов, например, вопрос об отношении к религии. В Азербейджане начали борьбу с религией, направив первоначально агитацию против духовенства. Теперь спрашивается: нужно ли эту борьбу вести в данное время или она несвоевременна, с ней нужно подождать? Мы говорим: борьбу эту нужно постепенно начинать. Конечно, не головотяпским путем, а таким путем, как говорил тов. Ахундов, т. е. осторожно начать анти-религиозную кампанию, сначала против духовенства, а затем против религии. И, т. т., начать эту кампанию можно и нужно. Я полагаю, что прав тов. Ахундов. Нужно, потому что в Азербейджане имеется достаточное количество пролетарских элементов. Там имеется бакинский пролетариат, там рабочая масса подготовлена, и там можно начать эту борьбу. Если имеется 100 тысяч рабочих и до 3000 коммунистов среди татаро-башкир, то это показывает, что здесь эту работу нужно постепенно начинать. Но, если мы говорим, что нужно антирелигиозную пропаганду начать, то это еще не значит — головотяпствовать. Например, если говорят, что эту пропаганду нужно начать немедленно в Туркестане, может быть, т. т., это было бы головотяпством. Но мы об этом не говорим. Таким образом, нужно вести эту работу на окраинах на основе постановлений XII партсъезда, т. е. применяясь к бытовому, экономическому и культурному положению населения. Но нельзя проводить работу на окраинах, копируя декреты центра. Нужно проводить политику, применяясь к местным условиям. Если, т. т., мы смотрим, таким образом, на партийную и советскую работу на окраинах, то нельзя подводить под ту мерку левых, под которую их подводил тов. Зиновьев, и я лично думаю, что зта речь нас почти не касалась.

Теперь, т. т., относительно привлечения интеллигенции. Это очень важный вопрос, о котором многие товарищи спорят, кто против привлечения интеллигенции? Я не знаю, т. т., никого нет. Ни одного товарища вы не найдете, который бы огульно был против привлечения интеллигенции. Стоит вопрос о том, можно ли эту интеллигенцию привлекать в партию или нет. В советский аппарат, вплоть до октябристов, можно привлекать, — я согласен с тов. Сталиным. Но кого мы можем привлекать в партию? Вот в этом вопросе мы часто расходимся с так наз. правыми коммунистами. Они, часто не разбираясь в прошлом человека, не рассматривая его социального положения только потому, что он грамотный человек, а в прошлом может быть контрреволюционер, заявляют, что его не только можно привлечь для работы в советских аппаратах, но можно привлечь и в партию. Вот мы здесь и говорим — хорошо, по советской работе вы привлекайте, а в партию его принимать нельзя, потому что он не является коммунистом, он связан с мелкобуржуазной массой и если вступит в партию, то влияние этой мелкобуржуазной беспартийной массы вместе с собой внесет и в партию. Мы высказываемся категорическим образом против таких элементов. Что же касается советского строительства, то по примеру работы в Крыму видно, что мы не только привлекаем на ответственные посты беспартийных работников, но, в Крыму имеется даже беспартийный нарком. Но когда вопрос ставят товарищи о том, чтобы всех привлечь в партию, то я категорическим образом возражаю.

Теперь относительно злосчастной дифференциации. Опять, этот вопрос нужно выделить. В одном районе можно дифференцировать массы, среди татар, среди азербейджанцев это делается; но в Киргизии, может быть, эту работу проводить нельзя; в Туркестане тоже. Товарищи, что это означает? — Опять-таки то, что я говорил, т. е. о необходимости подхода к каждому району, к каждой окраине, к каждой республике учитывая экономические, культурные, бытовые и другие особенности. Только этим путем нужно подходить к окраинам. Здесь, товарищи, я думаю нет никакого разногласия с постановлениями нашего XII партийного съезда, и неправ тов. Скрипник, когда заявил здесь, что, мол, некоторые товарищи используют данное совещание для того, чтобы критиковать резолюции XII партсъезда. Никто, т. т., этих резолюций не критикует.

Скрыпник. В виду краткости времени, я некоторые вопросы отбрасываю, как например, по опросному листку ЦКРКП п. 7 — о конфликтах с Москвой — я оставляю потому, что об этом будет говорить тов. Гринько, выступающий после меня. Полминуты уделяю на вопрос об украинцах в РСФСР. Я задал вопрос о работе Учраспреда и Агитпропа ЦКРКП для того, чтобы, между прочим, получить сведения о числе нацменьшинств в РСФСР. Возьму официальные сведения об украинцах в РСФСР. В Сибири 1.202.000 украинцев, в Кубанской области, включая Ставропольскую и Терскую области — 2.273.000, в Поволжье, в Самарской, Курской, Воронежской и д. р. губ. — 2.786.000, в Кирреспублике и Татреспублике — 654.000. Всего свыше 7-ми миллионов чел. Как же они обслуживаются в культурном отношении? Я знаю, что за последние два года были изданы только две брошюры на украинском языке во всей РСФСР: одну брошюру мы получили позавчера — это постановления 1-го съезда Советов Союза Советских Социалистических Республик; другая брошюра — сборник стихотворений. Я думаю, что это немного маловато, чтобы обслуживать в культурном отношении эти 7 миллионов. Зато, в школьном отношении — школ первой ступени имеется 820, второй ступени 46 и техникумов всего 2 — это тоже на семь миллионов населения. Необходимо и здесь эту работу усилить, поставить и расширить. Я ожидал, чтобы здесь были даны подробные сведения относительно работы среди 17-ти нацменьшинств, проделанной нашим Агитпропом.

Теперь предо мной самый существенный вопрос — о формах советской государственности, один из важнейших, когда мы учредили и оформляем наш СССР. Я не думаю, чтобы был вполне прав тов. Мануильский, когда он говорил, что здесь борются две точки зрения. Нет, здесь не две точки зрения борются, а четыре точки зрения.

Троцкий. Пятую вы забыли: отсутствие точки зрения.

Скрипник. Четвертая точка зрения — это то, что Зиновьев назвал нигилизмом в нац. вопросе, который имеет сторонников и в РСФСР и в нашей КПУ. Но об этой «точке зрения» я не буду говорить, мы в свое время достаточно по этому поводу боролись. Перехожу к трем остальным точкам зрения. Думать, что наш Союз ССР можно строить, как говорил тов. Мануильский, только двумя путями: или путем конфедерации или путем единой и неделимой республики, — неправильно, это упрощенное понимание. Мы имеем перед собой два искажения, два уклона по вопросу о формах государственного строительства. Одна точка зрения — это великодержавный централизм, имеющий своей формой единую и неделимую Россию, точка зрения, осужденная и пригвожденная к позорному столбу нашим XII партсъездом, но все же, к сожалению, до сих пор имеющая своих сторонников в нашей партии. Нам придется выкорчевывать эту точку зрения, уничтожить ее, ибо до съезда она существовала, многие остались при этой точке зрения до сих пор. Надо постоянно отграничиваться от нее, ибо лозунг «единая неделимая республика» есть лишь сменовеховская модификация Деникинского лозунга «единой и неделимой России». Эта точка зрения — не наша, а точка зрения крупной буржуазии. Мы с ней должны бороться, но мы равным образом должны бороться и с другой точкой зрения, которая представляет себе наш объединенный Союз Республик, как какой-то конгломерат, где имеются национальные государственные единицы, в своей совокупности не имеющие единой государственной воли. И эта точка зрения конфедерации имеет еще многих и многих сторонников. Мы должны отграничиться от обоих уклонов. Мы должны прямо сказать себе, что мы не только строим новое государство, но мы строим его не на старых принципах буржуазной науки государственного права. Мы не исходим из точки зрения ни единого государства, поглощающего объединяющие единицы, ни конфедерации, где союз не имеет своей воли. Наш Союз Соц. Республик имеет свою суверенную волю, наш Союз не является простой согласительной камерой, где столковываются республики. Это есть единое суверенное государство, выступающее как единое целое. Это вовсе не означает, что в таком союзе уничтожается воля объединяющихся в ней республик, что уничтожается суверенность объединяющихся в союз республик. Это не так. Мы строим свое государство таким образом, что свободные объединяющиеся республики остаются внутренне независимыми, вместе с тем передавая определенную долю своей суверенности своему Союзу Соц. Республик для экономической и политической борьбы вовне. Зта точка зрения находит, наконец, диалектическую линию, отмежевывающуюся и от конфедерации, и от единого неделимчества. Мы строим весьма сложное объединение, к которому нельзя подходить со старыми формулами старого буржуазного государственного права.

Соответственно сему, так как все наши действия происходят в окружающей нас мелко-буржуазной обстановке, а воля партии постепенно выковывается в жизни, то мы должны себе заранее поставить задачу преодолеть волю буржуазии мелкой, средней и крупной, вступившей в ряды наших государственных учреждений, нам необходимо гарантировать себя от рецидива той или другой ложной точки зрения. Соответственно этому, вопрос о договоре и конституции СССР приобретает весьма серьезное значение. Нам необходимо подковать на все 4 ноги наш договор. Необходимо, чтобы путем постепенного перерождения государственные аппараты не могли бы превратить решения партии в ее противоположность. Соответственно сему, я считаю, что мы должны установить гарантии того, чтобы была единая воля в нашем Союзе; комиссия ЦК дала указания в этом направлении.

И столь же необходимо, чтобы в жизни, в действительности работа каждой входящей в Союз национальной республики была бы обеспечена, была бы гарантирована. И здесь нужно также поработать. Этой задаче служит учреждение Совета Национальностей; здесь гарантия имеется, но нужно внести большее оформление. Надо, например, ввести поправку, что по вопросам, где верховные органы Союза выступают в качестве контролирующих, изменяющих, отменяющих и направляющих решение ЦИК’ов и СНК’ов отдельных республик, чтобы решения эти проходили обязательно через вторую палату. Таким именно образом мы гарантируем верность решения.

Затем нам недостаточно простого провозглашения того, чтобы республики имели определенный бюджет, о чем имеется решение ЦК. Теперь нужно это решение выразить более определенно и сказать, что республики имеют право не только передвигать из одной статьи бюджета в другую, — это право большое, но недостаточное. Когда в кармане вошь на аркане, а в другом блоха на цепи, то из перекладывания из одного кармана в другой ничего не выйдет. Бюджетное право должно быть гарантировано предоставлением определенных доходов республикам. А между тем в этом вопросе аппарат НКФина думает несколько иначе. Нужно на этот вопрос обратить внимание.

Последний вопрос, которого имею здесь коснуться, это о пролетариате и крестьянстве в языковом вопросе. Здесь упоминалась Вотская область, где половина населения — рабочие ижевского завода, затем Азербейджан, где имеется основное ядро пролетариата в Баку, наконец, на Украине имеется хорошее пролетарское ядро в лице Донбасса. Остальное население этих республик — крестьянство, не имеющее пролетарской психологии. Когда я рассматривал данные Учраспреда ЦКРКП относительно вотских работников, оказалось, что большинство работников было взято с Ижевского завода. Раз работников вотяков нет или мало, надо их вырабатывать, обучать, отправлять в Свердловский Университет, в Университет народов Востока и таким образом создать резерв. Но как быть теперь же, когда работа требуется немедленно? Надо привлекать имеющихся работников вотяков, а вместе с тем взяться за коммунистов-рабочих Ижевского завода. Перед ответственными рабочими коммунистами открывается громадное поле деятельности: поучитесь-ка вотскому языку, вы, товарищи коммунисты, рабочие Ижевского завода, для того, чтобы вотяков привести к социализму.