S-T-I-K-S Молчание: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рюкзак за спиной, полные карманы добычи, и странные шарики. Я не знал, что это. Но интуиция подсказывала — они еще пригодятся. — Бежим, Катя. Теперь точно бежим.

И мы побежали к лесу, оставляя позади горящий город и тушу поверженного чудовища, которой в моей голове названия так и не появилось.

Глава 12. Лес

Мы ушли далеко. Настолько далеко, что даже эхо умирающего города перестало нас преследовать. Лес, который в начале пути казался враждебным лабиринтом, теперь стал убежищем. Вековые ели, мох, пружинящий под ногами, и запах прелой хвои — всё это создавало иллюзию нормального мира. Мира, где нет урчащих тварей и черных гигантов, способных одним ударом развалить дом.

Место для стоянки я выбирал придирчиво, с паранойей старого лиса, которого уже однажды выкурили из норы. Никаких открытых полян, никаких берегов рек, которые так любят патрулировать бегуны. Мы забрались в глухомань, в бурелом, куда нормальный человек по своей воле не полезет, а зараженному там просто нечего делать — еды нет.

Нашли глубокий овраг, по дну которого сочился ледяной ручей. Склоны крутые, поросшие густым орешником — сверху нас не видно, а шум воды глушит звуки наших шагов. Идеально.

Первые три дня мы работали как проклятые. Я решил не строить дом. Дом — это мишень. Дом — это якорь, который жалко бросать. Мы строили землянку. Грубую, низкую, сливающуюся с ландшафтом. Я рыл землю трофейной саперной лопаткой и тем самым гвоздодером, что прикончил монстра, а Катя таскала лапник и ветки.

Мы не разговаривали. Сил не было. Только хриплое дыхание, скрип корней и редкие, короткие команды. Но в этом молчании уже не было напряжения. Это было молчание двух механизмов, работающих в одном ритме.

Когда крыша из бревен, засыпанная полуметровым слоем земли и дерна, была готова, я впервые за долгое время позволил себе выдохнуть. Внутри было тесно, пахло сырой землей, но это была наша нора. Сухая и теплая. Я сложил очаг из камней у самого входа, выводя дымоход через длинную канаву в земле, чтобы дым остывал и рассеивался еще до выхода на поверхность. Старый партизанский способ.

Вечерами, когда лес погружался в вязкую, чернильную тьму, наступало мое время. Время алхимика-недоучки.

Я сидел у крохотного огонька, который давал больше тепла, чем света, и перебирал наше богатство. Споранов было много. Та тварь носила в затылке целый склад. Почти сотня споранов. Серые, морщинистые шарики, в которых была заключена наша жизнь. Этого запаса нам хватит на месяцы, даже если пить живчик как воду.

Но главным трофеем было не это.

Горох. Двадцать восемь штук. Желтые, твердые бусины, похожие на спрессованный сахар. Этот коктейль давал силу, прочищал мозги, делал поводок для зараженных крепче.

А вот с черными шариками была проблема.

Я доставал их из нагрудного кармана, как величайшую драгоценность. Две черные бусины. Они были тяжелыми, глянцевыми. И странными.

Если зажать её в кулаке, она начинала греться. Не просто становиться теплой от тела, а именно генерировать тепло, словно внутри неё работал крошечный ядерный реактор. Это ощущение было одновременно приятным и пугающим. Живое тепло мертвого мира.

В один из вечеров я решился на эксперимент. Взял пустую консервную банку, налил туда уксуса — того самого, что растворял горох за полчаса. Бросил туда черный шарик.

Он звякнул о дно и… ничего. Ни пузырьков, ни шипения, ни мути. Я ждал час. Ждал два. Уксус пах кисло и резко, а шарик лежал на дне, насмешливо поблескивая черным боком. Идеально целый.

Я попробовал водку. Тот же результат. Вода? Смешно.

Я сидел, вертя в пальцах эту загадку, и чувствовал себя дикарем, который нашел смартфон и пытается колоть им орехи. Интуиция вопила, что в этой черноте скрыта огромная сила. Гораздо больше, чем в горохе. Может, это концентрат? Может, её надо глотать целиком?

Мысль о том, чтобы проглотить этот камень, вызывала дрожь. А вдруг это яд? Вдруг она растворится в желудке и прожжет меня насквозь? Или, что еще хуже, превратит в такую же тварь, из которой я её достал? Риск был слишком велик. Мы не умирали от голода, сила у меня была, резерв полон. Экспериментировать на себе, не зная правил, — верный способ стать самым богатым трупом в лесу.

— Не получается? — тихий голос Кати вырвал меня из раздумий.

Она сидела напротив, подшивая порванную штанину суровой ниткой. В отблесках огня её лицо казалось спокойным, почти умиротворенным. Те страшные ожоги, что превратили её кожу в маску месяц назад, исчезли без следа. Живчик и редкий прием гороха сотворили чудо — кожа стала чистой, гладкой, даже шрамов не осталось. Только взгляд изменился. Он стал старше. Жестче.

— Не берет, — буркнул я, вылавливая жемчужину из банки и обтирая её тряпицей. — Ни кислота, ни спирт. Крепкий орешек.

— Может, разбить? — предложила она, не отрываясь от шитья.

— Ага, и потерять половину в крошке. Нет, тут какой-то другой секрет. Люк про это не писал.

Я спрятал находку обратно в карман, поближе к сердцу. Пусть лежат. До лучших времен.

Я смотрел на Катю и ловил себя на мысли, что привыкаю к ней. В первые дни она была обузой. Чемоданом без ручки, который и нести тяжело, и бросить жалко. "Гарантия от безумия", как я сам себе говорил. Теперь всё изменилось.

Она не ныла. Вообще. Переходы по десять километров, ночевки на сырой земле, еда из консервов, вкус которых уже поперек горла стоит — она принимала всё это как данность. Она училась.

Вчера я заметил, как она чистит рыбу. Ловко, быстро, одним движением вспарывая брюхо и вычищая потроха. А ведь еще недавно её воротило от вида сырого мяса.