Удивили, это не то слово! Когда парусник подошел к Ялте, город стал похож на потревоженный муравейник. Тысячи горожан высыпали на побережье.
Зяблова встретила мужа и капитана «Альфы» словами:
– Ребята, вы разбудили Ялту от курортной спячки.
А потом, когда они остались вдвоем, она заметила супругу:
– Вася, все-таки ты неисправимый проказник. Я бы даже сказала – баловник-показушник.
У Тамары, повторюсь, был чудный, покладистый характер, и умом она отличалась редким.
Из воспоминаний Ксении Марининой, автора и художественного руководителя телепередачи «Кинопанорама»:
«Смею полагать, что была хорошей подругой Тамары. Она мне нравилась своей основательностью и удивительной работоспособностью. Играя в Театре имени Пушкина, она умудрялась снимать обстоятельные передачи у нас на Центральном телевидении. Я гуляла у них на свадьбе в Москве.
Да, Вася был на пять лет моложе Томочки. Она по этому поводу немного комплексовала. Наверное, любая женщина в такой ситуации думает, что ей уже много лет. К тому же брак с Лановым был и долгожданным, и, как оказалось, для нее единственным.
Молодожены мечтали о детях, только их надежды почему-то не осуществлялись. Какие-то женские проблемы наблюдались у Тамары – не говорила.
А Васина ревность и тогда проявлялась. Он внимательно следил, на кого и зачем смотрит его жена, и, возможно, устраивал ей взбучки. Хотя Тамара в наших беседах эту тему всегда деликатно обходила. О «своем Васечке», как умная женщина, она всегда рассказывала исключительно в положительных интонациях.
И вдруг, спустя несколько лет брака, Зяблова, которой было тогда немного за сорок, поняла, что беременна. Ожидание малыша сильно ее окрылило. Она как-то внутренне преобразилась, расцвела. Вот только в декрет уходить не спешила. Как и всякий трудоголик, старалась сделать как можно больше впрок и потому трудилась с утроенной энергией. Но однажды, возвращаясь вечером из Михайловского, где организовывала Пушкинские вечера, попала в жуткую автокатастрофу. Из пяти находившихся в автомобиле человек она одна погибла.
Коллеги очень переживали за убитого горем Ланового. Поддержать его пытались многие, а первой телеграмму со словами соболезнования прислала Фаина Раневская. Василий с головой ушел в работу, понимая, что подобные раны просто так не заживают».
Вспоминает Василий Лановой:
«После совместного пребывания в Ялте мы были счастливы с Тамарой еще целый год. А потом, помню, я поехал на гастроли в Новосибирск.
Утром позвонила мне сестра Валюша и упавшим голосом сообщила:
– Вася, с Тамарой все очень плохо».
Уже по тональности ее слов я понял: случилось что-то страшное, непоправимое. Так оно и было. Тамара разбилась насмерть. Была на четвертом месяце беременности. До сих пор эти воспоминания для меня тяжки. А тогда… Честное слово, хотелось залить свое горе по-русски или умереть. Спасли друзья, работа заставила меня собрать всю волю в кулак.
Короче, с божьей помощью выкарабкался я тогда из депрессии жуткой. Спустя какое-то время сел в машину и поехал на то место катастрофы, где приняла смерть моя Тамара. Некрутая обочина, реденький такой перелесочек. Мой Чарли выпрыгнул из автомобиля, в несколько прыжков домчался до небольшого холмика, остановился, присел и долго выл. А я заплакал».
Однако Василий Семенович вновь нашел в себе силы жить. Таких людей даже судьбе ломать трудно, хотя она и великая мастерица по этой части.
Ирина Купченко
Спустя некоторое время в жизни тридцатисемилетнего Ланового появилась главная женщина его жизни – Ирина Купченко. Он снова ощутил себя счастливым, обрел наконец так долго ожидаемый надежный тыл. Этот законченный трудоголик всегда был уверен в том, что творчество не может помешать людям быть счастливыми, если они вместе стремятся к этому. Ирина оказалась и прекрасной актрисой, и идеальной женой.
Важно, что они оба к тому времени уже знали цену потерям и компромиссам. Им по себе было известно, сколько сил съедает актерская работа и как важно, чтобы тебя ждали дома.
Уже когда они жили вместе, Купченко сыграла героиню, вовсе не характерную для советского кино, в фильме «Странная женщина». У ее Жени есть все, о чем только можно мечтать. Квартира, работа, муж, положительный во всех отношениях, и только одно не так. У него нет на нее времени. А она такая странная, хочет быть необходимой, любимой и любить сама. В конце концов оставляет семью, уезжает и находит настоящую любовь.
В самом начале этих заметок я уже говорил о том, что написал о творчестве народного артиста СССР Василия Семеновича Ланового несколько десятков очерков, статей, интервью. Ни одного из тех материалов, которые худо-бедно охватывают более четырех десятилетий нашего знакомства, нет в этой книге. Не хочу объяснять почему. Просто нет, да и все. За этот же период я написал о народной артистке РСФСР Ирине Петровне Купченко всего один раз. Этот материал аккурат в день юбилея актрисы опубликовала главная интернет-газета России «Столетие». Ниже я привожу его большую часть. А почему, надеюсь, читатель поймет из содержания.
Скромное обаяние Купченко
Ирина Петровна Купченко – любимая моя актриса. Мне поэтому все в ней нравится: особенная стать; лицо с филигранными чертами; взгляд неповторимых и глубоких очей, описать которые невозможно – утонуть в них легче; изысканная, тонкая, я бы даже сказал в высшей степени аристократическая манера поведения на сцене, на съемочной площадке, в быту. Но особенно меня всегда покоряла ее нравственная строгость, несуетность поступков в профессии, в окружающей действительности. Вы можете, читатель, представить себе Ирину Петровну в каком-нибудь телевизионном рекламном ролике… кому-то что-то доказывающую с пеной у рта; играющую крик и негодование?..
Пять лет назад в семье Ланового и Купченко случилась страшное, непоправимое горе: умер от сердечной недостаточности тридцатисемилетний сын Сергей.
Мой приятель Виктор Б., бывший тогда в обойме штатных телевизионных крикунов, пригласил меня сопроводить его на запись «Прямого эфира» тогда еще с Корчевниковым.
– Обсудим смерть Сергея Ланового, суициды других детей известных личностей. Может быть, придут Василий Семенович или Ирина Петровна.
Конец ознакомительного фрагмента.