Там я познакомилась с Пабло Пикассо. Он произвел на меня странное впечатление. Дымил безумно. А потом написал мой портрет. Но мне не подарил, оставил себе на память.
Сказал только:
«Сегодня вы идете по тротуару, и никто вас не знает. А завтра вы звезда и едете на звездной машине в звездный город».
На Каннском кинофестивале Самойлову как бы короновали. А как иначе расценить тот факт, что жюри отдало главный женский приз юной советской актрисе? Ведь его прочили Софи Лорен за картину «Любовь под вязами».
На следующем кинофестивале в Париже Самойлова вновь обскакала эту диву. Представители Голливуда пригласили Татьяну сниматься в США в фильме «Анна Каренина», где ее партнером должен был стать Жерар Филипп.
Самойлова согласилась, но руководитель советской делегации, находившейся в Париже, запретил ей даже думать об Америке.
«Вы советское достояние, поэтому ваше место в нашем кино», – сказал он Татьяне.
Увы, но о «советском достоянии» все вскорости забыли. Сама актриса нисколько не сомневалась в том, что ее заставили вернуться в Советский Союз, чтобы наказать за невероятный, никем не ожидаемый триумф. Самойлова ошибалась, хотя ее карьера действительно на несколько лет приостановилась.
Потом, в 1961 году, руководство отечественного кинематографа разрешило актрисе сняться в венгерском фильме «Альба-Регия». Работа так себе, из разряда проходных, зато денежная. Татьяна Евгеньевна вернулась в Москву с роскошными дорогими нарядам и на собственном «Опеле».
Следующая существенная веха в творческой биографии актрисы – роль Анны Карениной в одноименной кинокартине режиссера Александра Зархи. Там Самойлова первый и последний раз работала бок о бок с бывшим мужем Василием Лановым. Эта лента оказалась шестнадцатой экранизацией романа Льва Толстого.
Выбор Зархи с Анной многих удивил, но и точным оказался на удивление. Критика весьма одобрительно приняла Каренину-Самойлову, была более чем удовлетворена великолепной игрой Ланового. Ну а массовый зритель, конечно же, не подозревавший, что любовники из фильма – бывшие супруги, оказался просто в неописуемом восторге. За всю историю советского кино «Анна Каренина» по посещаемости уступила лишь «Войне и миру» Сергея Бондарчука.
Справедливости ради следует упомянуть и о другой версии, почему на роль Карениной попала именно Самойлова. После Каннского фестиваля в СССР приехал знаменитый французский писатель Луи Арагон, которого наши власти всегда привечали. Его жена – Эльза Триоле, родная сестра Лили Брик, которую любил Маяковский. А сама Лиля Юрьевна была замужем за соавтором сценария Василием Катаняном.
Когда министр культуры СССР Екатерина Фурцева спросила высокого гостя, нет ли у него каких-либо пожеланий, тот выдал тщательно заготовленный ответ: «Мы слышали, что прекрасная актриса Самойлова очень хотела бы сыграть Каренину. Нельзя ли ей помочь? Французские коммунисты были бы очень признательны».
Советские коммунисты не смогли отказать французским…
Впрочем, Лановому Вронский тоже достался не сразу. На эту роль пробовались Михаил Козаков и Олег Стриженов. Первый показался худсовету слишком суетливым. Договор подписали со Стриженовым, к слову, партнером Самойловой по ее первому фильму «Мексиканец». Олег Александрович уже начал сниматься, но спустя какое-то время Зархи его заменил без объяснения причин.
На самом же деле Александр Григорьевич понял, что именно Лановой как никто другой сумеет воплотить на экране и все то, что Толстой вложил в этого героя, и то, что сам режиссер хотел показать в своем фильме. Просто потому, что Василий Семенович знал творчество Толстого лучше любого другого актера. Не больше, но и не меньше. Для Ланового творчество Толстого как Библия.
Существовала вполне себе закономерная интрига насчет того, как же встретятся на съемочной площадке и поведут себя бывшие супруги, которые все эти годы – без малого десять лет! – ни разу не общались друг с другом.
Самойлова, к ее чести, первой же и расставила все точки над «i»:
– Мы уже чужие. После нашего развода прошло много лет. Поженились мы совсем молодыми людьми, а теперь нам обоим – за тридцать. Нас единит только профессия, и ничто более.
Василий Семенович продолжил:
– Наша прежняя житейская связь даже помогала в работе. А потрудиться нам с Таней пришлось изрядно. Не скажу за нее, но мне лично легче было разобраться в отношениях героев Льва Николаевича именно через призму нашей судьбы. У Анны Карениной есть неоспоримое преимущество перед Вронским: она гениально умела любить. А мой герой, увы, любовник рядовой: красивый, но достаточно прохладный, все на свете анализирующий, существенно обремененный общественными предрассудками. Тем не менее именно столкновение Анны с ее талантом любить и заурядного по этой части Вронского высекало между ними необходимую искру, а пережитое мной и Татьяной в реальности придавало этой ситуации, простите, даже определенную пикантность. Истинные ценители Толстого и нашего фильма по достоинству оценили совпадение наших судеб с судьбами наших экранных героев.
«Анна Каренина» триумфально прошла не только в СССР, но и за рубежом. Наибольший успех картина имела в Стране восходящего солнца – Японии. Василий Семенович рассказывал, что был натурально поражен, когда увидел на прилавках токийских магазинов подтяжки Вронского и шляпки Карениной.
Французская газета «Уик-энд» писала:
«После перерыва Татьяна Самойлова вновь появилась на экране. Прекрасно сложенная, с поступью королевы, с теплым и лучистым взглядом карих глаз – это пленительная во всех отношениях Анна Каренина».
По-своему вторила ей финская газета «Кансан Уитисет»:
«Можно спорить о том, насколько созданный актрисой образ отвечает той Анне, которая была дочерью великого Пушкина, – Марией Гартунг, портрет которой послужил писателю образцом Анны. Во всяком случае, созданная Самойловой героиня на многие годы останется Карениной экрана».
На гребне своей популярности Татьяна Евгеньевна вновь выходит замуж за писателя Валерия Осипова, неисправимого романтика, умеющего ухаживать именно так, как она и хотела, рисовала в своем воображении. Этот завзятый путешественник из любого уголка мира посылал любимой пространные телеграммы, в которых дарил ей бескрайнюю Сибирь, дымящуюся Камчатку, знойный Египет, дряхлый и вечно молодой Париж».
Все вроде было прекрасно, только вот Самойлова никак не могла от него нормально забеременеть.
Она откровенно делилась с прессой своими воспоминаниями:
«У меня случилось два кровавейших выкидыша. Из меня врачи вынимали просто печенки живые. После этого я надолго ушла в работу. Но желание стать матерью было огромным.