MoreKnig.org

Сундучок, полный любви. История о хрупкости жизни и силе бескрайней любви: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Кингстон Женевьева



Шрифт:

Я терзалась угрызениями совести, бросая Джейми одного на весь день, когда уходила на занятия, хотя он и заверил меня, что ничего не имеет против.

– Ты вообще представляешь, как я рад, что могу читать и смотреть телевизор, и при этом никто не просит меня покормить детей или убрать какашки?!

Так что я уходила, а он оставался в комнате.

Я была благодарна преподавателям за то, что нарушали ход мыслей, крутившихся одной непрерывной петлей в моей голове. Снова и снова я представляла веревку, дерево, ноги, болтавшиеся в воздухе.

По вечерам мы с Джейми смотрели сериал «Светлячок».

– Это про космических ковбоев, – говорил он, убалтывая меня на первую серию. – Что здесь может не понравиться?

Брат пробыл у меня бо́льшую часть недели, а потом вернулся к семье в Северную Каролину.

– Знаешь, – сказал он, укладывая рюкзак, перед тем как отправиться в аэропорт, – ты всегда можешь приехать жить к нам. В смысле, если захочешь.

Говоря это, он на меня не смотрел. Он не делал великодушных жестов, просто констатировал факт. Я крепко обхватила его руками вместо ответа. Разумеется, это бессмысленное предложение: в их доме они четверо помещались с трудом. Однако я любила Джейми за то, что он сказал это, за то, что дал мне понять: где-то я все еще своя, не чужая.

Наконец, на несколько недель позже всех остальных я присоединилась к репетициям пьесы. Режиссер предлагал заменить меня, но я была благодарна за возможность проводить вечера среди людей. Моя роль требовала британского акцента, и продюсеры постановки наняли специалиста-репетитора, женщину, которая встречалась со мной каждые несколько дней под жужжащими флуоресцентными светильниками в подвале Зеллербах-холла. Я всю жизнь слушала, как говорят англичане, но репетитору был нужен от меня определенный исторический диалект, нечто более снобское и гнусавое, чем манера речи отца. Каждый раз, пробуя произнести реплику, я слышала его акцент, и каждый раз ей приходилось уводить меня от него. Она часами мягко уговаривала отвлечься от воспоминаний и повернуться к новому.

Пьеса была самым свежим произведением Филипа Кана Готанды о жизни Чанга и Энга Банкеров, знаменитых сиамских близнецов. Я играла эксцентричную аристократку, которая заводит дружбу с близнецами в Лондоне и вводит их в высшее британское общество. Пьеса была в процессе написания, и драматург время от времени останавливал нас, чтобы спросить: «Как думаете, что бы вы здесь сказали? Как вам кажется, что бы вы сейчас сделали?» Каждый вечер я надевала корсет и турнюр и переносилась во времени в Лондон 1830-х годов, туда, где о моем появлении на свет еще не было и речи.

В 1874 году Чанг Банкер умер – первым из близнецов. Энг Банкер оставался связан с покойным братом несколько часов, прежде чем умер сам. «Да, – думала я вечер за вечером, смотря последние минуты пьесы из темных кулис, – вот такая она, скорбь. Будто лишился другого себя, но продолжаешь повсюду носить его с собой».

После отъезда Джейми мне начало сниться, что отец все еще жив. Я натыкалась на него в книжном магазине, в супермаркете. Поначалу меня охватывала радость, а потом ужасное чувство вины.

– О боже мой! – говорила я, закинув руки ему на шею. – Я же всем говорила, что ты умер. Можешь в это поверить?! Я так виновата! Надо же было сморозить такую безумную чушь!

Потом начало сниться, что мы с отцом на заднем дворе. Я брала его за руку и говорила, что понимаю, как ему больно. Когда не удавалось отговорить его от решения свести счеты с жизнью, я помогала воплотить это решение, иногда с помощью веревки, иногда ножа. Потому что не хотела, чтобы он был один.

Антуанетта приехала в Беркли и повела меня ужинать.

– Это так странно, – сказала я, тыкая вилкой в свекольный салат, – думать о том, что он покончил с собой после всего того, что сделала мама, чтобы выжить. Она так отчаянно боролась!

– И, – заметила она, накалывая на свою вилку один из кусочков моей свеклы, – нет никаких причин полагать, будто он сражался менее мужественно, чем она.

Десятая годовщина смерти матери пришлась на день, наступивший через три недели после смерти отца. Я никак не могла представить, как отметить этот день. Ей не исполнилось бы и шестидесяти.

Когда мы рылись в пыльных коробках на чердаке, я нашла старый номер журнала People за 1975 год, бережно упакованный в плотный конверт. Там была опубликована трехстраничная статья о моей матери и некоммерческой организации, соосновательницей которой она стала в Санта-Крусе, когда ей было двадцать три года. Эта организация обеспечивала бесплатными органическими овощами и фруктами пожилых горожан, живших в бедности. Большая черно-белая фотография изображала ее в кружевном белом топе-тунике и с низким «конским хвостом», разговаривающей по старому телефону с дисковым набором. Всего на год старше меня, подумала я, касаясь снимка. Я знала, что мама занималась некоммерческой деятельностью и адвокатской работой до того, как перебралась в округ Колумбия, но не догадывалась о ее масштабах вплоть до этого момента. Мне-то представлялась небольшая местная организация, ничего такого, что могло бы привлечь внимание национальной прессы. Глядя на фотографию, я вновь ощутила общую тяжесть упущенных мной возможностей расспросить ее саму. Ее жизнь на печатных страницах казалась такой целеустремленной! Я задумалась: было ли правдой то, что говорили отец и Джон, когда я была в Бостоне? Действительно ли мне передалась ее решительность?

В том же конверте лежал экземпляр одного из номеров журнала Mademoiselle за 1977 год, посвятивший несколько страниц ближе к концу списку «Двенадцати потрясающих женщин». Фотография мамы сопровождалась подписью «Кристина Майард, активистка» и соседствовала с «Мерил Стрип, актрисой» и «Нтозаке Шанге, драматургом». Глянцевые страницы внутри были как записи в ее ежедневниках – закрепляли ее во времени, доказывали существование. Жаль, думала я, что не каждый год ее жизни документирован в таких точных и официальных подробностях.

Смерть отца лишь углубила мою жажду к изучению истории матери. Потеря второго родителя словно рассекла что-то, и я чувствовала себя лишенной корней, плывущей по течению. Я жаждала чего угодно, что могло вписать меня в контекст. После возвращения из странствий по Европе мама поступила в колледж в Санта-Крусе, где провела бо́льшую часть следующего десятилетия. Там же она и ее тогдашний бойфренд основали ту самую некоммерческую организацию, которую назвали «Серые медведи».

На второй странице статьи в People фотография меньшего размера изображала ее во время поцелуя с высоким мужчиной лет тридцати с небольшим, с волосами длиной до подбородка, усатым, в полувоенных шортах с ремнем. В пояснении к снимку было написано, что она и ее коллега-сооснователь «совещаются» в штаб-квартире. Я узнала мужчину на фотографии. Однажды в рождественский сезон он приезжал к нам домой, когда мама была очень больна. Мы с ним играли в баскетбол на подъездной дорожке. Он чем-то отличался от многих других, кто непрерывным потоком проходили через наш дом. Тогда я почуяла то, что стало яснее сейчас: бывший возлюбленный всегда оставляет за собой след из альтернативной реальности, – призрак неизбранной жизни.

За годы после разрыва с Заком у меня дважды были серьезные отношения. Несмотря на опасение, которое мать выражала в письме по случаю моих первых месячных, что я не буду чувствовать себя достойной любви, оба мужчины были добры и ласковы. Однако она оказалась права, предсказывая, что меня будет тянуть к партнерам постарше, как и ее саму. Я любила ощущение надежности – встречаться с человеком, у которого есть свое жилье, книги, мебель и гараж. Но, пусть и жаждая безопасности и стабильности этих привязанностей, я твердо знала, что не заинтересована в браке, и оба раза отношения в конечном счете иссякали, поскольку им было некуда двигаться. Я выбирала мужчин, желавших обязательств, а потом обнаруживала, что сама не способна их дать. В обоих случаях казалось, что я могу увидеть жизнь, которая будет у нас вместе, жизнь, тянущуюся в будущее, но это будущее неизменно меня пугало. Глядя на страницу журнала, я думала о той другой жизни, которая могла бы быть у мамы. Она могла выйти замуж за мужчину с фотографии и остаться в Санте-Крусе, и я бы никогда не появилась на свет.

Через десять дней после годовщины мне исполнилось двадцать два года.

Из сундучка я достала два ожерелья из ракушек в стиле Юго-Восточной Азии. Потом листала альбом, пока не нашла то место, куда мать вклеила их фотографии, но пространство под ними было пустым. Записи почему-то не оказалось. Для этого года, десятого без матери и первого без отца, слов не нашлось.

Чтобы отметить мое 22-летие, кузина матери, Сэнди, и ее подруга Энни привезли меня на один вечер и ночь в чудесный пентхаус в Сан-Франциско. Огромное роскошное многоквартирное здание стояло в верхней точке Грин-стрит, в районе Рашен-Хилл. Владельцы пентхауса, друзья семьи, уехали на уикенд. Мы приготовили незатейливую еду в великолепной, ресторанного уровня кухне и сели ужинать в маленькой нише для завтрака. Засиделись за полночь, пили розовое шампанское и смотрели в огромные окна с круговой панорамой простиравшегося под нами большого города.

Сэнди подарила мне один из офортов бабушки Лиз, которая много лет была у нее, под названием «Молодые коровы на холме». Черно-белые коровы были расположены так, что казалось, будто они втекают друг в друга, и трудно рассмотреть, где заканчивается одно животное и начинается другое. Стадо женщин, подумала я.

Под конец вечера мы втроем улеглись на одну королевского размера кровать. Лежа между ними, я снова чувствовала себя ребенком, забравшимся в постель к родителям после ночного кошмара. Но спустя пару часов проснулась одна. Охваченная паникой, крикнула в темноту. В комнате стояла чудовищная жара. В коридоре за дверью я обнаружила термостат, однако он был покрыт таким количеством кнопок и цифровых колесиков, что я никак не могла разобраться. Пройдя дальше по коридору, я нашла Сэнди и Энни, которые крепко спали, свесившись с элегантной мебели, словно чародей взмахнул волшебной палочкой и заставил их замертво упасть там, где стояли. Уже утром я узнала, что каждая из них, как и я, проснулась от жары, безуспешно попыталась разобраться с термостатом и устремилась в гостиную в поисках прохлады. Я выбрала двойное кресло и свернулась в нем калачиком рядом с ними.

Летом после третьего курса театральное отделение Калифорнийского университета в Беркли предлагало учебную программу за границей, в дублинском Тринити-колледже в Ирландии. Когда нам объявили об этой программе во время осеннего семестра, я с легкой завистью воображала, каково быть таким человеком, который не задумываясь прыгает в самолет с компанией едва знакомых людей, чтобы провести несколько месяцев на другом континенте. Через неделю после возвращения с панихиды по отцу я подошла к доске объявлений у маленького деревянного домика, где ютился факультет театра, танца и исполнительского мастерства, и внесла свое имя в список желающих.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Наша родина как она есть
Наша родина как она есть
[Социальная фантастика]
«Наша родина как она есть» – это подробное и правдивое описание ряда событий из жизни небольшой среднеевропейской страны, которая после долгого периода забвения желает в полный голос заявить о себе и
0
Роза Фалви и волшебник в саду
Роза Фалви и волшебник в саду
[Сказка / Детская фантастика / Детская литература: прочее]
Знакомьтесь! Это самый невоспитанный волшебник в мире Мердин Дикий, самая обычная 12-летняя девочка Роза и лучшая морская свинка по кличке Бублик. Однажды с этой троицей случается уморительное
0
Ленин. Личная жизнь гения
Ленин. Личная жизнь гения
[Биографии и Мемуары / Государство и право / Документалистика]
Владимир Ильич Ленин – вечная загадка истории. О нем написаны сотни книг, от научных до желтых. В представленном исследовании немецкого профессора Ханны Беккер особое внимание уделяется
0
Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца
Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца
[Музыка / Биографии и Мемуары / Документалистика]
Сергей Сергеевич Прокофьев (1891–1953) стал символом музыкальной культуры ХХ века. Именно его нервный гений точнее других выразил напряжение эпохи великих потрясений и не менее великих открытий. Он –
0
Смейся!
Смейся!
[Социальная фантастика]
Каждый из нас, особенно в юности, мечтает быть особенным, обрести сверхспособности, из тысячи дорог выбрать правильную и пройти ее достойно. У тебя появился дар эмпатии, теперь путь к твоей мечте,
0
Преддверие I
Преддверие I
[Социальная фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
Цикл про золотых львов из созвездия Малого Льва открывают две истории, случившиеся на Земле, где ещё остались потомки вымершей расы белых тигров. Первую историю поведал музыкант, на чей голос
0
Преддверие II
Преддверие II
[Социальная фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
Цикл про золотых львов из созвездия Малый Лев предваряют отдельные истории, случившиеся на Земле, где ещё остались потомки вымершей расы белых тигров. В этой книге представлены две женские судьбы,
0
Железная Агнесс
Железная Агнесс
[Боевое фэнтези / Героическая фантастика]
В Новом Риме элита живет на верхних ярусах города и не ступает на землю, а для бедняков внизу, в трущобах, солнечный свет – недоступная роскошь. Суровая охотница за головами Железная Агнесс
0
Молчаливый мальчик
Молчаливый мальчик
[Исторический детектив / Детективы / Триллер]
Эндрю Тейлор – один из лучших современных авторов в жанре исторического детектива (The Times). Он удостоен многих литературных наград, таких как высшая премия Ассоциации писателей-криминалистов
0
100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле
100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле
[Биографии и Мемуары / Прочее]
Книга рассказывает о жизни и деятельности ее автора в космонавтике, о многих событиях, с которыми он, его товарищи и коллеги оказались связанными. B. C. Сыромятников — известный в мире конструктор
0
Пустыня Каракумы. Природа и человек
Пустыня Каракумы. Природа и человек
[Природа и животные]
Книга посвящена описанию уникальной природы пустыни Каракумы, взаимосвязям, существующим между различными элементами этой природы, и роли человека в системе этих взаимосвязей. В заключительной части
0
Следующая станция – Малаховка
Следующая станция – Малаховка
[Современная проза]
Добро пожаловать в Малаховку! Замечательный, остроумный рассказчик, Татьяна Хохрина с неповторимой интонацией делится историями своих немного нелепых, но неизменно трогательных персонажей. А
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
9
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38
Хорошая, плохая, грешная 2
Хорошая, плохая, грешная 2
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
Новый Свет полон самых разных неожиданностей, как приятных, так и не очень. Новый Свет полон шикарных возможностей, только успевай их реализовывать. Новый Свет полон сильных мужчин и
11

Прямо сейчас читают

Кулак летящий в богов
Кулак летящий в богов
[Фанфик / Повесть / Юмор: прочее / Попаданцы]
Попадания Сайтамы во вселенную мира молота войны на Катраксис. Планету что Империум оставлял на растерзание тиранид. Примечания автора: Прода раз в неделю. В субботу или воскресенье (Если не
0
Юнга со шхуны «каштан».
Юнга со шхуны «каштан».
[Приключения: прочее / Классическое фэнтези]
Александр Горюнов был обычным моряком из Владивостока. Тридцать восемь лет, двадцать лет стажа, развод, сын, который звонит раз в месяц. Всё шло по плану, пока он не погиб под колёсами, торопясь на
0
Волкодав 2
Волкодав 2
[Альтернативная история / Попаданцы]
Детройт 20-е годы. Золотая пора бутлегеров и всякой прочей дряни. Сотни молодчиков веселясь и распихивая друг друга локтями строят свою личную подпольную империю. Мне с этими ребятами
1
Копия Веры
Копия Веры
[Современная проза / Ужасы]
Новинка от Кати Качур – известной российской журналистки и автора бестселлеров «Любимчик Эпохи», «Ген Рафаила», «Желчный Ангел» и «Энтомология для слабонервных». После аварии Вера Петровна
0
Мой сумасшедший новогодний Роман
Мой сумасшедший новогодний Роман
[Современные любовные романы / Самиздат]
Рома Самохин — самый бесячий тип из всех, что мне доводилось встречать. Он придумал мне дурацкое прозвище и отказывается запоминать мое настоящее имя. Но самое ужасное не это. Самое ужасное, что мне
0
Вернуть жену офицера
Вернуть жену офицера
[Современные любовные романы]
— Эй, тебе жить надоело, чумная?! — слышу грозный рык. — По зеркалам смотреть не учили? Стоп. Да это же он гнал по правому ряду как сумасшедший. Там и вовсе фактически того ряда нет. И теперь он
0
Дом с кошмарами
Дом с кошмарами
[Ужасы / Детская литература: прочее]
Пенни было всего семь лет, когда пришел Творец Страха. Он явился на Хеллоуин, сделал девочку совсем другой Пенни и забрал ту, что не боялась темноты, чудовищ и глубины. С тех пор она начала
0
Сияя синим светом
Сияя синим светом
[Классическое фэнтези]
Родители сказали: главное — войти в клан Гао, а там — неважно: женой главы ветви — или лекаря. Лань И твёрдо решила для себя: борьба — не для неё. Пока другие сражаются, прячут настоящее лицо за
0
Коротковолновое безумие
Коротковолновое безумие
[Научная фантастика]
Фанатичный учёный много лет втайне от всех работал над прибором, который может читать мысли живых существ. Достигнув успеха, он приглашает двух своих бывших студентов собственными глазами лицезреть
0
Шишкин корень
Шишкин корень
[Детективная фантастика / Детская литература: прочее / Исторические приключения]
Спасаясь от хулиганов, налететь на старушку, потерять сознание и очутиться в Нижнем Новгороде 1896 года… Ничего страшного! Если ты собирал материал для краеведческого проекта и подробно изучил
0
Исцеление вечности
Исцеление вечности
[Городское фэнтези / Мистика]
Эдем — последний оплот людей в мире, где правят вампиры и бешеные, — отверг Эллисон Сикимото. Оставив своих спутников в безопасности, она отправляется на поиски Кэнина, который обратил ее и научил
0
Двуликая жена. Доказательство любви
Двуликая жена. Доказательство любви
[Исторические любовные романы / Любовная фантастика]
Я умерла в пламени, обманутая и предавшая единственного человека, любвишего меня по-настоящему. Но вот я открыла глаза – и на мне снова свадебное платье. Теперь я знаю правду. Я знаю, что мой муж,
3