MoreKnig.org

Сундучок, полный любви. История о хрупкости жизни и силе бескрайней любви: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Кингстон Женевьева



Шрифт:

Я вспомнила, как мать позвала меня в спальню однажды днем, вскоре после того, как они продали компанию по производству соков. Отец сидел на краю ее больничной койки, обвивая мать руками.

– Что такое? – спросила я с порога.

– Мы просто хотели, чтобы ты увидела нас такими, – сообщил он, прижимаясь щекой к макушке матери. Они льнули друг к другу, словно позируя для фотографии. Я послушно щелкнула мысленным затвором, запечатлев их.

Вспомнились и другие моменты нежности между ними в последние годы. И я впервые задумалась, как долго отец жил без настоящих отношений.

– Вы сказали, что она дала ему разрешение… но он им так и не воспользовался?

– Как я понимаю – нет.

К тому времени, как отец снова начал встречаться с женщиной, его брак был завершен не месяцы назад, а годы. Моя скорбь из-за потери матери началась в тот день, когда она умерла, а его к тому времени была застарелой: скорее шрам, чем рана. Я ощутила мощный приток печали и любви к отцу. Почему он никогда об этом не рассказывал? И если мама хотела, чтобы я знала, почему не сказала сама? Или, если ей казалось, что я слишком мала, почему не попросила доктора Белл связаться со мной в определенное время? Но как только эти вопросы сформировались в сознании, там же появился и ответ: я должна была захотеть получить эту информацию. Я должна была быть той, кто задаст вопросы.

Спускаясь по лестнице от двери кабинета, я ощущала, как в самых старых уголках памяти разворачиваются новые пространства. Я научилась так крепко держаться за собственное понимание прошлого, боясь, что время и перемены вырвут его у меня. А если прошлое было не настолько познаваемым, каким всегда казалось? За что я держалась?

Я не сразу рассказала Джейми о том, что узнала в этом тихом, со вкусом обставленном кабинете. Полагала, что ему, недавно самому ставшему отцом, и без того довольно хлопот. С отцом я тоже не стала ничего обсуждать. Новое понимание и привязанность, которую я ощутила к нему, были слишком свежи и хрупки, чтобы проверять их на прочность трудными разговорами. Я знала: один из нас непременно скажет что-то такое, что запятнает нежный образ семьи, который появился у меня теперь, семьи, которая делала все, что могла, в невозможной ситуации. Я не хотела знать, принял ли он предложение мамы поискать другую спутницу; мне была слишком дорога та версия отца, которая крепко держалась за нашу семью, даже когда мы тонули.

Хотя формально моя учеба в Тафтсе была лишь отсрочена, я знала, что никогда не вернусь туда. Зимой своего «года странствий» я подала заявление в Калифорнийский университет на театральное отделение и к весне получила место в отделении университета в Беркли. До кампуса был час езды от дома, если без пробок. Я ощутила новое чувство жизнестойкости за те месяцы, что прошли после моей беседы с доктором Белл. Но с приближением осеннего семестра почувствовала, как внутри нарастает знакомая тревожность. К сентябрю я лишь чуточку меньше тряслась от страха, чем когда должна была ехать в Бостон.

Отец помог мне вселиться в комнату в общежитии, рассчитанную на троих, в Стерн-Холле, здании, которое называли «женским монастырем», поскольку в нем жили одни девушки. Я почти ничего не запомнила о двух приятных молодых соседках, с которыми мне предстояло делить комнату. Я была в таком густом тумане от постоянной тошноты и страха, что перемолвилась с ними едва ли парой десятков слов. Единственное, чего мне хотелось, – это спать. Я проспала все ознакомительные мероприятия, все завтраки для вновь поступивших с целью перезнакомиться, все встречи, на которых девушки из Стерн-Холла общались с парнями из Боулса – общежития, стоявшего по другую сторону Греческого театра. Я просыпалась раз в сутки, чтобы сходить в столовую, где брала то, что можно было унести с собой – пакет молока, сэндвич в обертке, – и возвращалась в спальню, чтобы съесть в одиночестве в постели. Быть одной было ужасно, а с другими людьми – еще хуже. Среди всех этих незнакомых лиц то и дело казалось, будто я вижу своих пятерых отсутствующих друзей. «Сенсационная шестерка» снова собралась летом в пляжном домике, и я снова написала рассказ об уикенде и добавила его к первому, лежавшему в банке из-под соуса к пасте. И сердце вновь разбилось, когда осенью мы разлетелись по разным университетам.

Занятия, когда начались, были единственным, что заставляло меня собраться. Что-то в жестком диске мозга не позволяло проспать небольшие временные отрезки, отмеченные в моем курсовом расписании. Я вставала со своей экстрадлинной полуторной кровати, как помесь зомби и автомата, и спускалась с холма на лекции. Когда лекции заканчивались, я собирала конспекты, поднималась назад по холму и снова ложилась в постель.

В эти первые несколько мрачных недель подруга матери, которая жила неподалеку, в Милл-Вэлли, пригласила меня на ужин, и мы встретились на полпути между ее домом и университетом, в бистро в Ричмонде. Я доехала на своем «вольво» до последнего съезда перед мостом. Поначалу отец отказывал мне в разрешении взять машину в кампус, боясь, что я воспользуюсь ею, чтобы сбежать домой. На что я ответила, что без машины вряд ли вообще куда-то поеду.

Мы с Энни сидели друг напротив друга в тускло освещенном ресторане, передо мной лежал огромный бургер в блестящей румяной булочке-бриоши. Я не могла заставить себя съесть ни кусочка.

– Ох, конфетка моя, – вздохнула она. Энни всегда так меня называла. Это было мое прозвище, когда мы вместе играли в классики на нашей подъездной дорожке, гоняя камешек или жестянку от сушеных семечек по пронумерованным квадратам, прыгая между меловыми линиями. Когда Энни ночевала у мамы, поутру, проснувшись, она разрешала мне расчесать и уложить ее короткие рыжие волосы, называя это «салон красоты Гвенни».

Ее сочувствие сокрушило меня окончательно. Так много людей любили меня и хотели помочь, а я не могла увидеть путь сквозь тьму! Не могла представить для себя будущее. Все, чего я хотела, – снова стать девочкой, играющей в классики, девочкой, играющей в салон красоты. (Когда потом, много лет спустя, я напомнила Энни о том вечере, она торжественно кивнула. «Это был самый печальный бургер на свете», – сообщила она.)

Через пару дней я позвонила Джейми, сидя на залитой солнцем скамейке на Спраул-Плаза в Беркли. Это был невероятно прекрасный день, и загорелые сокурсники повсюду вокруг меня буквально упивались им. Я же воображала мультяшную грозовую тучку над головой.

– Почему я не могу это сделать? – спросила я брата, находившегося в тысячах километров от меня. – Почему это так трудно?

– Не знаю.

Из трубки слышался плач младенцев. Я почувствовала себя жалкой: Джейми надо было справляться с настоящими трудностями, в то время как мои целиком и полностью созданы мной самой. Что со мной не так? Я получила место в прекрасном университете, впереди все мое будущее. Почему же я чувствую себя засунутой в крохотную темную коробку? Что мне нужно, чтобы перестать цепляться за ту версию дома и семьи, которая давным-давно превратилась в прах? Я хотела уснуть на этой скамейке и не просыпаться до самого вручения дипломов.

– Может, – проговорил в трубку Джейми, и тон был такой, будто он крутит в голове совершенно новую мысль, – может, колледж вовсе не должен быть чем-то вроде испытания огнем. Я не думаю, что это настолько тяжко.

Через пару недель после начала первого семестра в Беркли я собрала книги, сумочку с принадлежностями для душа и постельное белье и погрузила все это в машину. Я солгала соседкам, сказав, что уезжаю по семейным обстоятельствам. А потом поехала домой.

Когда я в первый раз не смогла уехать из дома в колледж, отец гневался; во второй раз ему, кажется, стало страшно. Я сказала, что буду ездить в университет и продолжать посещать занятия.

– Ты не должна так себя изолировать, – настаивал он, – для тебя это неполезно.

– Я знаю, – ответила я, – но не знаю, что еще делать.

У меня не было сил спорить, при этом я точно знала, что больше не вернусь в общежитие. Я с разбегу врезалась в некую внутреннюю границу. Казалось, эмоциональные силки, привязавшие меня к дому в детстве, не исчезли, а просто удлинились, и теперь я достигла предела натяжения.

За тот семестр я накатала сперва сотни, а потом и тысячи километров на машине. Я выучила протяженность улиц и дорог, которые соединяли мой дом с парковочным гаражом на Юниверсити-авеню, где я оплачивала месячный пропуск, как мелодию в музыкальной партитуре. Ее можно было ускорить или замедлить, однако ноты оставались прежними, и я знала каждую наизусть.

В кампусе я чувствовала себя самозванкой, каким-то странным полузверем, химерой: и не студентка, и не понятно кто, серединка на половинку. Я не хотела заводить друзей. Я чувствовала, что любое предложение близости дестабилизирует меня, срывая бумажные полоски и резинки, которые удерживали меня в форме функционирующего человека.

У нас с отцом происходили ожесточеннейшие споры по поводу моей жизни в те месяцы, когда я ездила на занятия. Мы ссорились чаще и энергичнее, чем когда он начал встречаться с Ширли. Я никогда не видела, чтобы он так злился. Его бесило, сколько времени я проводила в постели. Он снова грозил забрать у меня машину, чтобы пришлось остаться в общежитии. Я сказала, что, если он это сделает, я останусь дома и найду работу. Я искренне верила, что, не имея утешения в виде возвращения домой, не смогу выжить. Я думала, что действительно умру от тоски по дому.

Во сне я до сих пор продолжаю ездить из Санта-Розы в Беркли. Длинный непрерывный отрезок шоссе до Марин, разворот на Ричмондский мост, такой чудовищный в одну сторону, такой красивый в другую. Солнце, играющее на воде залива. Грязные витрины магазинчиков вдоль Юниверсити-авеню и огромный, наполненный эхом гараж, где я оставляла машину и откуда двадцать минут шла пешком до кампуса. За несколько кварталов я чуяла въедливый запах эвкалипта, который рос широкими полосами вдоль Строберри-Крик. В кампусе я проводила едва ли больше времени, чем в дороге туда и обратно. Свернув на нашу подъездную дорожку, я поднималась в свою комнату, ложилась в постель и засыпала, не дожидаясь вечерних сумерек.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Наша родина как она есть
Наша родина как она есть
[Социальная фантастика]
«Наша родина как она есть» – это подробное и правдивое описание ряда событий из жизни небольшой среднеевропейской страны, которая после долгого периода забвения желает в полный голос заявить о себе и
0
Роза Фалви и волшебник в саду
Роза Фалви и волшебник в саду
[Сказка / Детская фантастика / Детская литература: прочее]
Знакомьтесь! Это самый невоспитанный волшебник в мире Мердин Дикий, самая обычная 12-летняя девочка Роза и лучшая морская свинка по кличке Бублик. Однажды с этой троицей случается уморительное
0
Ленин. Личная жизнь гения
Ленин. Личная жизнь гения
[Биографии и Мемуары / Государство и право / Документалистика]
Владимир Ильич Ленин – вечная загадка истории. О нем написаны сотни книг, от научных до желтых. В представленном исследовании немецкого профессора Ханны Беккер особое внимание уделяется
0
Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца
Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца
[Музыка / Биографии и Мемуары / Документалистика]
Сергей Сергеевич Прокофьев (1891–1953) стал символом музыкальной культуры ХХ века. Именно его нервный гений точнее других выразил напряжение эпохи великих потрясений и не менее великих открытий. Он –
0
Смейся!
Смейся!
[Социальная фантастика]
Каждый из нас, особенно в юности, мечтает быть особенным, обрести сверхспособности, из тысячи дорог выбрать правильную и пройти ее достойно. У тебя появился дар эмпатии, теперь путь к твоей мечте,
0
Преддверие I
Преддверие I
[Социальная фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
Цикл про золотых львов из созвездия Малого Льва открывают две истории, случившиеся на Земле, где ещё остались потомки вымершей расы белых тигров. Первую историю поведал музыкант, на чей голос
0
Преддверие II
Преддверие II
[Социальная фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
Цикл про золотых львов из созвездия Малый Лев предваряют отдельные истории, случившиеся на Земле, где ещё остались потомки вымершей расы белых тигров. В этой книге представлены две женские судьбы,
0
Железная Агнесс
Железная Агнесс
[Боевое фэнтези / Героическая фантастика]
В Новом Риме элита живет на верхних ярусах города и не ступает на землю, а для бедняков внизу, в трущобах, солнечный свет – недоступная роскошь. Суровая охотница за головами Железная Агнесс
0
Молчаливый мальчик
Молчаливый мальчик
[Исторический детектив / Детективы / Триллер]
Эндрю Тейлор – один из лучших современных авторов в жанре исторического детектива (The Times). Он удостоен многих литературных наград, таких как высшая премия Ассоциации писателей-криминалистов
0
100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле
100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле
[Биографии и Мемуары / Прочее]
Книга рассказывает о жизни и деятельности ее автора в космонавтике, о многих событиях, с которыми он, его товарищи и коллеги оказались связанными. B. C. Сыромятников — известный в мире конструктор
0
Пустыня Каракумы. Природа и человек
Пустыня Каракумы. Природа и человек
[Природа и животные]
Книга посвящена описанию уникальной природы пустыни Каракумы, взаимосвязям, существующим между различными элементами этой природы, и роли человека в системе этих взаимосвязей. В заключительной части
0
Следующая станция – Малаховка
Следующая станция – Малаховка
[Современная проза]
Добро пожаловать в Малаховку! Замечательный, остроумный рассказчик, Татьяна Хохрина с неповторимой интонацией делится историями своих немного нелепых, но неизменно трогательных персонажей. А
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
9
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38
Хорошая, плохая, грешная 2
Хорошая, плохая, грешная 2
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
Новый Свет полон самых разных неожиданностей, как приятных, так и не очень. Новый Свет полон шикарных возможностей, только успевай их реализовывать. Новый Свет полон сильных мужчин и
11

Прямо сейчас читают

Кулак летящий в богов
Кулак летящий в богов
[Фанфик / Повесть / Юмор: прочее / Попаданцы]
Попадания Сайтамы во вселенную мира молота войны на Катраксис. Планету что Империум оставлял на растерзание тиранид. Примечания автора: Прода раз в неделю. В субботу или воскресенье (Если не
0
Юнга со шхуны «каштан».
Юнга со шхуны «каштан».
[Приключения: прочее / Классическое фэнтези]
Александр Горюнов был обычным моряком из Владивостока. Тридцать восемь лет, двадцать лет стажа, развод, сын, который звонит раз в месяц. Всё шло по плану, пока он не погиб под колёсами, торопясь на
0
Волкодав 2
Волкодав 2
[Альтернативная история / Попаданцы]
Детройт 20-е годы. Золотая пора бутлегеров и всякой прочей дряни. Сотни молодчиков веселясь и распихивая друг друга локтями строят свою личную подпольную империю. Мне с этими ребятами
1
Копия Веры
Копия Веры
[Современная проза / Ужасы]
Новинка от Кати Качур – известной российской журналистки и автора бестселлеров «Любимчик Эпохи», «Ген Рафаила», «Желчный Ангел» и «Энтомология для слабонервных». После аварии Вера Петровна
0
Мой сумасшедший новогодний Роман
Мой сумасшедший новогодний Роман
[Современные любовные романы / Самиздат]
Рома Самохин — самый бесячий тип из всех, что мне доводилось встречать. Он придумал мне дурацкое прозвище и отказывается запоминать мое настоящее имя. Но самое ужасное не это. Самое ужасное, что мне
0
Вернуть жену офицера
Вернуть жену офицера
[Современные любовные романы]
— Эй, тебе жить надоело, чумная?! — слышу грозный рык. — По зеркалам смотреть не учили? Стоп. Да это же он гнал по правому ряду как сумасшедший. Там и вовсе фактически того ряда нет. И теперь он
0
Дом с кошмарами
Дом с кошмарами
[Ужасы / Детская литература: прочее]
Пенни было всего семь лет, когда пришел Творец Страха. Он явился на Хеллоуин, сделал девочку совсем другой Пенни и забрал ту, что не боялась темноты, чудовищ и глубины. С тех пор она начала
0
Сияя синим светом
Сияя синим светом
[Классическое фэнтези]
Родители сказали: главное — войти в клан Гао, а там — неважно: женой главы ветви — или лекаря. Лань И твёрдо решила для себя: борьба — не для неё. Пока другие сражаются, прячут настоящее лицо за
0
Коротковолновое безумие
Коротковолновое безумие
[Научная фантастика]
Фанатичный учёный много лет втайне от всех работал над прибором, который может читать мысли живых существ. Достигнув успеха, он приглашает двух своих бывших студентов собственными глазами лицезреть
0
Шишкин корень
Шишкин корень
[Детективная фантастика / Детская литература: прочее / Исторические приключения]
Спасаясь от хулиганов, налететь на старушку, потерять сознание и очутиться в Нижнем Новгороде 1896 года… Ничего страшного! Если ты собирал материал для краеведческого проекта и подробно изучил
0
Исцеление вечности
Исцеление вечности
[Городское фэнтези / Мистика]
Эдем — последний оплот людей в мире, где правят вампиры и бешеные, — отверг Эллисон Сикимото. Оставив своих спутников в безопасности, она отправляется на поиски Кэнина, который обратил ее и научил
0
Двуликая жена. Доказательство любви
Двуликая жена. Доказательство любви
[Исторические любовные романы / Любовная фантастика]
Я умерла в пламени, обманутая и предавшая единственного человека, любвишего меня по-настоящему. Но вот я открыла глаза – и на мне снова свадебное платье. Теперь я знаю правду. Я знаю, что мой муж,
3