«По понятным причинам я не читаю такие вещи в газетах, но комиссар читает. Он видел объявление и упомянул о нем мне. Кстати, он посылает свои поздравления».
«Благодарю вас, сэр».
«Это все, что ты можешь сказать?»
«Да», — сказал Колбек, пораженный тем, что ему удалось избежать нотации и осуждения, которых он боялся. Охваченный облегчением, он потянулся к трутнице на столе. «Позвольте мне прикурить вашу сигару, сэр».
«Это не моя сигара, чувак, она для тебя».
Колбек взял его у него. «Это очень мило с вашей стороны».
«Это вместо поздравлений, которые я не могу выразить. Нет нужды объяснять, почему», — сказал Таллис, доставая из коробки вторую сигару. «Для такого человека, как вы, брак станет настоящей катастрофой. Он ослабит вашу решимость, замедлит реакцию, помешает вашей готовности работать вдали от Лондона, разделит вашу преданность и будет постоянно отвлекать. Что ж, вам достаточно оглянуться на последнюю неделю, чтобы понять, какой ущерб наносится, когда вы берете женщину в свою жизнь. Не то чтобы мои ограничения имели эффект», — продолжил он, высекая искру, чтобы зажечь свою сигару. «Брак — это безумие». Он сильно затянулся, пока на конце сигары не появилось свечение, а затем он улыбнулся Колбеку.
«Я хочу, чтобы вы оказали мне услугу, инспектор».
«Что это, сэр?»
«Докажите, что я неправ».
Прошло много времени с тех пор, как Мадлен могла провести целый вечер в компании Колбека, и она была полна решимости извлечь из этого максимум пользы. Поскольку он вез ее в театр, она провела гораздо больше времени, чем обычно, перед зеркалом на туалетном столике. Он приехал на такси, чтобы забрать ее, и был поражен ее внешностью. Только одно было на уме у Мадлен. Как только они устроились в такси, она повернулась к Колбеку.
«Ты сказал ему, Роберт?» — спросила она.
«Сказать кому?»
«Это серьезно. Вы сегодня говорили с суперинтендантом?»
«Я разговаривал с ним несколько раз».
«Не дразни меня», — сказала она. «Ты ему сказала или нет?»
«Я полагаю, что верный ответ — нет», — сказал Колбек.
«Роберт... ты обещал!»
«Я знаю, и я сделал все возможное, но это было совершенно не нужно. Он уже знал. Г-ну Таллису сообщил комиссар».
Она была в гневе. «Неужели я страдала все это время без всякой на то необходимости?» — спросила она. «Почему суперинтендант не сказал вам, что он уже знал о помолвке?»
«Вот такой он человек, Мадлен».
«Вы хотите сказать, что он намеренно не стал ничего комментировать?»
«Я имею в виду, что такое поведение свойственно зверю».
«Это один из способов описать его», — сказала она со смехом. «Мы собираемся пригласить его на свадьбу?» Она увидела взгляд абсолютного ужаса, который он бросил на нее. «Я так и думала».
«Мистер Таллис знает и не одобряет, но он все равно подарил мне одну из своих сигар в знак празднования. Это все, что нам нужно сказать по этому поводу», — постановил Колбек. «Мы собираемся полностью выбросить мою работу из головы и насладиться вечером в театре. Согласны?»
«Да, Роберт. Что мы увидим?»
«Это пьеса под названием «Деньги» Эдварда Бульвера-Литтона. Я видел ее раньше и думаю, она вам покажется очень забавной».
«О чем идет речь?»
«Это то, что мы оба одобрим», — сказал он, прижимая ее к себе. «Речь идет о том, чтобы вступать в брак по правильным причинам».
Оглавление