Бросить вызов Коко Шанель: читать начало книги онлайн

– Кто? Кто смешные? – спросила я.

– Дай-ка посчитать. – Скиап села на один из своих скандальных розовых стульев и подняла руку. – Во-первых. Американцы. Ты же знаешь, я была коммунисткой в юности, когда жила в Нью-Йорке с… – Она сделала паузу. Скиап никогда не упоминала имени своего бывшего мужа. – Американцы такого не забывают. Во-вторых. Французские коммунисты, потому что они думают, что я недостаточно коммунистка. – Беттина поморщилась. Ее муж был одним из ведущих коммунистов в Париже. – Итальянцы, потому что я живу во Франции, и французы, потому что я родилась в Италии. Далее. Коко Шанель и ее люди, потому что журнал «Таймс» сказал, что я популярнее.

– Не забывай про фон Динклаге, – пробормотала Беттина.

– А что насчет фон Динклаге? – спросила я.

– Однажды он пришел в салон с одной из своих женщин, и Скиап отнеслась к нему с пренебрежением.

– Он нацист. Почему я должна притворяться его подругой? – Скиап замахала своим маникюром, как будто ее беспокоили налетевшие мухи.

– Иногда нужно проявить немного дипломатии, – заметила Беттина.

– Иногда нужно придерживаться своих убеждений, – возразила Скиап. – Тебе разве нечем заняться? Пойди проверь швейную, убедись, что девушки там шьют, а не просто болтают. А ты, пойдем со мной. – Скиап поманила меня указательным пальцем. Ее лицо выражало решимость, между темными бровями появилась небольшая морщинка. – Поговорим. Теперь ты работаешь на меня.

9

– Я? Шпионить? – запротестовала я, когда мы со Скиап оказались за закрытой дверью ее кабинета.

Она стояла у окна, глядя на колоннаду и статую Наполеона на вершине.

– Не совсем шпионить, – сказала она, поворачиваясь и устремляя на меня свой пристальный взгляд темных глаз, взгляд, от которого продавщицы разбегались в стороны, а покупатели покорно вскакивали со своих мест. – Просто слушай. Смотри. Обращай на все внимание. Время от времени навещай эту Шанель. Ради мадам Бушар, равно как и ради меня. И ради Гого. Она должна скоро вернуться в Париж; она не может отсутствовать вечно. И мне нужно обеспечить ее безопасность.

В голосе Скиап слышалась обида, материнская боль от осознания, что ее дочь предпочитает находиться где угодно, только не с ней. За время, пока Гого училась в школе, где работали мы с Алленом, я запомнила ее как очень скромную, замкнутую и подавленную. Скиап явно могла иметь большое влияние на других людей.

– И как мое наблюдение за Коко и фон Динклаге поможет тебе и Гого?

Скиап посмотрела на меня как на слабоумную.

– Фон Динклаге – глава пропаганды. Он знает все о действиях немецкой армии, как только Гитлер что-то запланирует. Было бы неплохо быть в курсе планов Германии в отношении Парижа, не так ли? Поговаривают, что фон Динклаге станет новым любовником Шанель. А ты уже дружна с его водителем.

– Не совсем, – запротестовала я.

– Да, совсем, я уверена.

Скиап изучала свой неровный ноготь, который обломала днем и не нашла времени восстановить.

– Ты… – Она снова окинула меня оценивающим взглядом. – Ты наденешь мою спортивную одежду. Брюки-кюлоты, длинную юбку с разрезом и облегающий жакет. И шляпку. Ты всегда должна носить шляпку с приколотой к ней брошью или пером. Это добавит небольшую изюминку. Вроде этой. – Она порылась в корзинке с образцами, стоящей рядом с эбонитовой ширмой, и достала темно-алую вязаную шапочку, наподобие той, которую бабушка надевала на ребенка для длительных игр в снегу, но эта была связана из хлопчатобумажной нити, предназначенной для теплой погоды, с воткнутым коричневатым пером фазана. Когда Скиап натянула ее мне на голову, очень низко надвинув на один глаз, это придало шика, причудливости и небольшой загадочности. Что происходит с женским лицом, когда виден только один глаз?

– Я закажу тебе точно такую же в темно-зеленом цвете, с синими блестками и небольшим букетиком из перьев с одной стороны. Для вечерних выходов. А эту, – она легонько постучала по алой шапочке, – эту ты должна будешь надевать каждый раз, когда идешь к Коко Шанель. Она поймет, что это из моей коллекции, и это сведет ее с ума.

Скиап радостно засмеялась.

– Ну так что? – спросила она.

Я все еще изучала свое отражение в зеркале. Короткая стрижка, игривая шляпка, красная помада, использовать которую меня убедила Аня. Я не знала, что бы сейчас подумал Джеральд и школьницы о своей учительнице рисования. Или Аллен. Это был еще один шаг в сторону от него в этом долгом, вечном расставании.

– Хорошо, – согласилась я.

– И возможно, тебе стоит чуть выщипать брови. Выгнуть их немного дугой, – посоветовала Скиап. – Это сделает глаза больше.

В тот же день я поднялась по гламурной и пугающей зеркальной лестнице в салоне Шанель. Солнце стояло в зените, на улице было так жарко, словно открылись все печи Парижа. Июльский зной, мерцающие тротуары и листья каштанов, сворачивающиеся по краям в целях самозащиты. Я шагала крайне медленно из-за вялости и терзавших меня сомнений.

Когда женщина приходила в салон Шанель, она не могла избежать того, чтобы не увидеть себя, поднимающуюся по лестнице, и не заметить все изъяны. Возможно, Коко воспользовалась советом дельфийского оракула – «познай самого себя» – и взяла его в качестве девиза своего бизнеса, заставляя клиентов долго разглядывать себя, прежде чем войти в салон.

– Вечернее платье, – сказала я продавщице, которая стала с опаской разглядывать меня, когда я поднялась в сверкающий хрусталем и позолотой салон. – Что-нибудь атласное, с глубоким вырезом. Может, коктейльное?

– Несомненно.