Бросить вызов Коко Шанель: читать начало книги онлайн

– Аня не поедет с тобой?

– Нет. Она останется здесь, с ребенком. Муж не позволит ей оформить опеку, если они разведутся.

– Мне очень жаль. – Я взяла его за руку и держала. Его лицо было каменным, каким становятся лица мальчиков, когда они изо всех сил пытаются не заплакать.

Мы сидели так очень долго, глядя на предательскую луну, большую и круглую, подходящую для сказки, но сейчас напоминавшую раскрашенный кусок картона. Костюмированный бал продолжал греметь и кружиться, бабочки с крыльями из марли, короли в позолоченных коронах… Мы больше не питали никаких иллюзий: это просто люди в странных одеждах, слишком усердно пытающиеся повеселиться, разношерстная компания потрепанных, подавленных людей, которые, казалось, едва знали друг друга. Сказочный бал стал местом, где произошла трагедия.

Праздник закончился немногим после рассвета, когда люди выглядят хуже всего: размазанный макияж, круги под глазами и впавшие щеки, помятые костюмы, некоторые даже порванные. Водители выстроились в очередь на «Бентли» и «Мерседесах», чтобы забрать своих хозяев, и именно водители, опрятные, в черно-белой униформе, отдохнувшие, просветленные, выглядели лучше, чем посетители вечеринки.

Весь блеск улетучился. Бриллиантам нужен свет, который они могли бы отражать, а утреннее небо налилось свинцом. Драгоценности дам выглядели как дешевые подделки, свечи и факелы в бальном зале сгорели дотла еще несколько часов назад.

Мы с Чарли отыскали такси в конце длинной очереди сверкающих автомобилей с шоферами и вернулись в Париж одни.

Часть II. Красный

У Гете любимым оттенком красного был чистый кармин, нанесенный на белый фарфор, – страсть и чистота, слитые воедино. В отличие от синего, в красном мало парадоксального. Этот цвет разделяет и определяет, ему нельзя ничего противопоставить. Кармин, блестящий оттенок красного, исходит от самой смерти, из тел насекомых, сваренных до такой степени, чтобы выделилась кислота, это цвет, который одновременно очень красив и мимолетен: кармин недолговечен. Многие художники используют его для отображения сильных эмоций, но потом обнаруживают, что, как и страсть, кармин быстро тускнеет.

Гитлер перевернул теорию Гете, когда приказал дизайнерам своей униформы поместить белый круг на красный фон, а в центре белого круга изобразить черную свастику.

Пламя часто рисуется кармином, и картины, изображающие батальные сцены, полны кармина. Сражения полны кармина.

Красный – цвет любви и цвет смерти.

И конечно, это всегда цвет страсти.

8

Точно так же, как случаются моменты сближения, случаются и моменты расставания. Ухода.

Через четыре часа после прибытия в отель Чарли, часов метаний, тревожных снов и сожалений, мы снова прыгнули в такси и помчались на Северный вокзал. Я стояла на платформе с Чарли в ожидании его поезда, безразличная к взглядам других пассажиров. Я все еще была в своем вечернем платье, этом чудесном творении Скиапарелли, не совсем предназначенном для железнодорожного вокзала, а теперь еще и запачканном пеплом, джином и размазанным макияжем Скиап.

Образ Скиап в огне – по крайней мере, ее костюма – преследовал меня. Эта сцена казалось кульминацией и пророчеством и полностью пробудила меня от того душевного полусна, в котором я пребывала последние два года. Этим утром я впервые сначала подумала не об Аллене. Первые мои мысли были о Скиап и Коко.

Железнодорожный вокзал кишел людьми, все толкались. Чарли закусил губу и продолжал оглядываться через плечо, надеясь на появление Ани с чемоданом в руке, но она не появлялась. Надежда, обреченная обернуться разочарованием, – ужасное зрелище.

– Он передумал в последнюю минуту. Муж, – сетовал Чарли. – Ублюдок. Не дает ей развод и не позволяет забрать ребенка. В самую последнюю минуту. Все это время он просто издевался над нами. Аня должна была уехать со мной сегодня утром.

Его руки дрожали от гнева и разочарования, поэтому он крепче сжал свой чемодан, чтобы унять дрожь.

– Так что теперь? Как ты? Что планируешь делать? – спросил он. – Вернешься обратно в школу?

– Я думаю ненадолго задержаться в Париже. Я еще не готова возвращаться.

Возвращение казалось шагом назад, в то время как Скиап уже начала утягивать меня в будущее. Я хотела увидеться с ней снова, узнать, как у нее дела. Она покинула бал раньше меня, тихо и не попрощавшись. Ускользнула. Что ж, вполне логично в ее ситуации.

– Хорошая идея, – кивнул Чарли. – Пока ты здесь, можешь присмотреть за Аней? Я беспокоюсь за нее.

Поезд Чарли подъехал к станции, и платформа заполнилась людьми, которые выходили из него, звали носильщиков, брали чемоданы и бросались в объятия. Я прижалась к Чарли, положила голову ему на плечо. Прощай, еще раз прощай, мой любимый братец. После смерти Аллена я держалась в стороне даже от Чарли, опасаясь как раз того, что происходило сейчас. Я снова оставалась одна.

– Скоро обстановка здесь накалится, – сказал он. – Будет небезопасно, Лили.

– Если начнется война, Америка в нее не вступит.

Он попробовал другую тактику.

– Знаешь, ты могла бы поехать со мной в Бостон. Займемся вместе домашним хозяйством.

– Боже, Чарли, – отшутилась я. – Блестящий молодой доктор, за хозяйством которого следит его овдовевшая сестра?