Полные, красиво вычерченные губы молча сжимались и разжимались, пока она слушала.
«Да, такая издаст!..» — подумал я. И решил не распинаться. Из узкого окна на нее падал удивительный свет. И комната, и она как-то мягко, почти живописно освещались, словно монашеские кельи на фламандских полотнах.
— Когда вы уезжаете? — не дослушав, спросила монашка, озаренная светом.
— Через несколько дней.
— За это время я ничего не смогу прочитать, я слишком занята.
— Может, не стоит оставлять?..
— Нет, книги мне оставьте, — безразлично сказала она. — Я посмотрю их и позвоню вам в Нью-Йорк.
Еще пока никто не звонил мне в Нью-Йорк отсюда — слишком скупы. И в эти басни я совсем не верил. Как и в то, что она прочтет.
Она продолжала неприязненно смотреть на меня. Что ей-то я сделал?
— У вас есть какие-то вопросы?
— Самый простой: мои шансы и ваши сроки?
— Я начала издавать серию «Зарубежная русская литература», уже вышли три книги, ищу еще — хочу успеть до конца года. Но, естественно, пока я не прочитаю, нам не о чем с вами говорить.
— Что вам оставить? — я кивнул на разложенный веер книг.
— А все оставьте. Я люблю читать разное.
— Все мои книги вы вряд ли издадите!
— Но выбор я должна иметь?
— Безусловно.
Я спустился в раздумьях к Литвиновой.
— Как прошла встреча?
— На высшем уровне. Я хотел поблагодарить вас за внимание и рекомендации.
Я понимал, что здесь своя команда, давно спевшаяся, и против нее, как и с ней, мне ничего не светило. Я был уверен, что это наша первая и последняя встреча. (Забыв библейскую заповедь: не суди опрометчиво.)
С таким «бульдогом» главным редактором…
— А вы сами рукописи не читаете? — спросил я ее на всякий случай. Я не привык легко сдаваться…
— Только на немецком языке.
На немецком я пока не писал и писать не собирался. Оказалось, что они публикуют книги только иноязычных авторов. И ни одного местного.
— Рада была познакомиться. — Крупная, но рельефная издательница встала из-за стола. — Держите связь с Натальей Владленовной. Она мне все сообщит.
Я поклонился и вышел. Потерянное время и полдня жизни.
В пять часов на машине я подъехал к издательству «Вести», которое находилось в довольно странном месте. Десятиэтажное здание по большей части из стекла и по меньшей части из металла совсем не походило на издательство.
— Господин Сирин? — на проходной меня уже ждала женщина. — Я провожу вас, здесь строгая пропускная система. — И она показала охранникам свои охранные грамоты. На меня зыркнули, как на врага народа. Может, я и был им. Хотя народ всегда любил.
Мы поднялись в лифте на четвертый этаж. Неужели на всех десяти издают книги?