Девочка на тонких крыльях[= Девочка][СИ]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ванну пришлось принять, и девочка действительно ощутила лёгкость. Вернувшись в комнату, она надела пижаму, легла на кровать и притворилась спящей, мама пожелала доброй ночи и закрыла дверь. Как всегда, у Натали сложилось впечатление, — иногда это чувствовалось особенно остро, — что мама говорит пожелание с какой-то хорошо скрытой издевкой, словно намекая на ждущие неприятности или мучения нового дня. Возможно, она ошибалась, но ощущение складывалось именно такое. Если бы Натали постаралась сформулировать это в словах, то, возможно, она определила бы его как искренность — само это слово не приходило ей на ум, но именно этой невидимой силы и не хватало в словах матери, они звучали как обман, насмешка. Не всегда, но очень часто. Не желая больше размышлять на эту тему, Натали открыла глаза и прислушалась. Тихий шёпот из телевизора в комнате родителей внушал ей спокойствие.

«Вроде все нормально, все как всегда».

Все было действительно как всегда, но к шуму телевизора снаружи прибавился шум головной боли. Он казался неторопливым, с осторожной мягкой поступью, словно дикий зверь двигался за деревьями, его силуэт можно было уже рассмотреть, но сам он ещё скрывался, не проявляя в открытую всю свою животную силу. От этих вкрадчивых движений боли Натали беспокойно вертелась на кровати, переворачивала подушку, то раскрывала, то накрывала себя одеялом, принимала позу эмбриона, потом наоборот раскидывала руки и ноги в разные стороны, как морская звезда, однако никакое положение не приносило ей успокоения. Промучившись неопределённое время, девочке наконец удалось погрузиться беспокойную дрему, при этом ей опять начали сниться кошмары. Люди с чёрной шерстью на теле пытались затолкнуть её в какую-то странную печь, каменную в основании, сверху напоминающую не то вигвам из досок, не то старый сарай конической формы. Она яростно сопротивлялась, хваталась за круглые края отверстия, в которое её запихивали, пальцы девочки немели в тщетной попытке удержаться, но, казалось, сама печь затягивала ребёнка в свои недра. Через несколько минут безумного сопротивления почти силы иссякли, она держалась буквально с помощью чувства ужаса, не дающего её пальцам разжаться, — люди в шерсти толкали, пихали её, стараясь оторвать судорожно цепляющиеся за края руки, но безуспешно. Пальцы девочки словно вросли в камень и, побелев, сами превратились в него. Тогда один из «чертей» прицелился в неё деревянной палкой, похожей на весло, на конце которой ребёнок с ужасом увидел смолянистую жижу, блестящую, опасную. Натали интуитивно поняла, что это не простая грязь — в ней содержится что-то смертельное, что-то такое, что заставит её тело засохнуть, скрючиться и превратит в маленькую уродливую карлицу. От страха и бессилия она закричала, отпустила руки, и дверь печки перед её лицом захлопнулась, послышался скрежет. Это с другой стороны шерстяные люди подпирали дверь. Потом она услышала голос, который доносился сквозь стены, он объяснял ей, просил не бояться, ласково и настойчиво уговаривал покориться судьбе, говорил, что она всего лишь изменится, станет другой, как они — люди с шерстью, это сделает её жизнь легче, поможет жить счастливо. Вскоре голос умолк, Натали ожидала, что в печи зажжётся огонь, почувствовала боль от ожогов и жуткого пламени, представила дым, пробирающийся в лёгкие, она сжалась, приготовившись к боли, но случилось нечто намного страшнее. Из щелей, через каменистые, но пористые стены начала просачиваться та самая чёрная жижа, зловонно пахнущая отхожим местом. Стекающая, капающая масса, тонкими ручейками собиралась и скапливалась на дне печки. Натали в отчаяньи вскинула руки, зацепилась за балку над головой и попыталась подтянуться, но силы оставили её, жидкость коснулась лакированных школьных туфель…

Резко подскочив в кровати, Натали скинула одеяло, ужас, наполнявший её, заставил в невообразимом ритме колотиться сердце, рот жадно хватал воздух, но девочка никак не могла глубоко вдохнуть, казалось, воздух не проходил дальше горла, она дышала так часто, как только могла, в этой жестокой борьбе за жизнь Натали почувствовала, что слабеет, ещё почувствовала скорое приближение смерти, за которой у неё ничего не останется — там только пустота. Она поняла, что умирает по-настоящему, что никакая таблетка, никакая скорая помощь, никакой иной мир ей не поможет — она просто перестанет быть прямо сейчас. Подленькая и сладкая мысль проникала ей в голову: «Отпусти, отпусти руки, будет покой, как ты всегда и хотела…» Натали с удивлением поняла, что этот голос — ее собственный.

«Может быть, я действительно сама этого хочу?»

Но нет, голос был не её, — обманчивый и льстивый. Лишь на мгновение девочка засомневалась, пытаясь сложить голос и себя саму, и тут же решила его отринуть. Она вынырнула из собственных чувств и размышлений, вернулась наружу к самой себе, и со странной холодностью рассудка поняла, что давно уже не дышит. Её тело лежало где-то внизу на кровати — бледное, неподвижное, неестественно спокойное. Вдруг время вокруг неё побежало намного быстрее, как ветер. Оно стремительно уносило то, что осталось от девочки, все выше и выше. В ускоренной съёмке она увидела вбегающую в комнату мать, потом отца, затем людей в белых халатах, все завертелось, превратившись в единый мазок разноцветных красок. Вскоре и этот штрих неизвестного живописца исчез.