Девочка на тонких крыльях[= Девочка][СИ]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Она сделает что-нибудь страшное, она обязательно сделает, и мне будет плохо. Ай! Ай! Ай!»

Натали чуть не закричала вслух, у неё закружилась голова и заболел живот, и чувство тошноты заткнуло горло горьким комком.

«И все-таки я умираю».

Жизненные силы стали покидать её. Она прикрыла глаза. Внутренности сжались. Она представила, как тянется рукой, нащупывает ручку двери, ждёт мгновение, потом резко открывает — и вываливается из автомобиля.

«Если это произойдёт на скорости, мои мучения закончатся? Если головой вперёд…»

Новый приступ головокружения прервал поток мысли.

«Как же мне плохо. Пожалуйста, пусть хоть что-то произойдёт!»

Она нащупала ручку дверцы. В голове помутилось.

Натали зажмурилась, ожидая, что сейчас её выкинет в какой-нибудь из миров, где не будет боли и печали, где она радостно проживёт хотя бы несколько дней, сможет раскрыть руки, лежа в прохладной реке. Но чуда не произошло, голова продолжала кружиться, тело ломило. И туман перед глазами был злым, он утягивал её мысли, ловил в свою паутину, свернувшись вокруг коконом, продолжал и продолжал давить со всех сторон.

— Мама, меня сейчас вырвет.

Натали покрылась испариной, липкий холодный пот мгновенно образовался на лбу. Рука, прикоснувшаяся к ручке двери, безвольно повисла.

— Мы почти приехали. Сможешь дотерпеть полминутки? — обеспокоенно спросила мать.

Натали выдавила слабое «да», её уже не волновал туман и злые силы, голова кружилась и мысли путались, как обвивающиеся друг вокруг друга змеи. Она сказала «да», и сразу за этим её скрутило и желудок выкинул свое содержимое прямо на спинку переднего сиденья.

— Ну что же ты!.. — первое что вырвалось из уст матери, но она тут же себя сдержала, — сейчас, миленькая, не волнуйся, я тебе помогу. Ты просто переволновалась. Не надо было мне тебя просить читать эти дурацкие правила, я просто хотела тебя отвлечь. Прости меня, моя милая.

В этот момент забота матери была такой трогательной и искренней, а состояние девочки столь ужасным морально и физички, что ребёнок полностью, без задних мыслей отдался на попечение родного существа. Натали смутно помнила, как мама мягко, с отстраненной холодной нежностью, которую всегда включала, если дочери нужна была экстренная помощь, вытерла ей лицо влажной салфеткой, взяла за руку, помогла выйти из машины, довела до комнаты. Пока девочка переодевалась, мама аккуратно сложила её одежду, потом уложила Натали в кровать, погладив по голове, заварила на кухне чай с ромашкой, разбавила его холодной водой, вернувшись, поставила чашку на тумбочку у кровати. Сама же, подвинув одеяло, села рядом с Натали. Несколько секунд она неподвижно смотрела на дочку, в её выражении прослеживалась забота и волнение, и все это на фоне недоумения, но это продолжалось недолго, взгляд вскоре поменялся, перестал быть мамочкиным, и даже поза женщины претерпела тонкую трансформацию, словно внутри неё натянули струну. «Так быстро, — подумала Натали, — она была такая хорошая, и все кончилось, а я ещё не готова терпеть». Ей так хотелось нежности и немного покоя, она схватила руку мамы, прижала к щеке, но было поздно, хоть шлейф доброты и ещё шёл от мамы, но в прикосновениях уже чувствовала строгость. Предчувствие ребёнка оправдались.

— Тебе нужно обязательно больше пить, выпей, пожалуйста, ромашковый чай, он очень полезный.

Натали взяла чашку и отхлебнула. И хоть вкус ромашки всегда казался ей отвратительно-обволакивающим, каким-то жирным и ненастоящим, но на этот раз она прямо накинулась на чашку, поглощая жидкость огромными глотками.

«Всего-то! Выпить какую-то гадость, это даже смешно».

Это все, что от нее требуется? Опорожнив чашку, Натали посмотрела на ее дно. Маленькие жёлтые частички ромашки, прилипшие к белой керамической поверхности, были разбросаны по дну в хаотическом порядке, сверху их покрывала бледно-жёлтая плёнка жидкости, похожей на какую-то слизь.

«Может быть, от улитки или слизняка».

Дыша в чашку и продолжая наблюдать за расположением частичек, девочка подумала, что они образуют какое-то непонятное послание, очень важное, расшифровав которое она поймет, какой эффект будет после того, как человек выпьет эту жидкость, что случится или не случится с ним, какие у него будут сильные или слабые стороны. Может быть он станет понимать язык насекомых, а может — наоборот, станет их панически бояться. Натали попыталась превратить жёлтые точки в созвездие и представить, как она смотрит на них лежа на траве, и как необычные жёлто-зелёные растения с кончиками, напоминающими головы змей, колышутся рядом. Видение на несколько секунд поглотило её сознание, а затем рассеялось. Она пожала плечами. Всё равно уже выпила, ничего не поделаешь, просто гадость, от которой в самом крайнем случае будет понос или заболит живот. Главное чтобы черви внутри не завелись, это конечно неприятно, но сейчас ей все равно. Она протянула руку и ловко и энергично, словно в её теле не было никакой болезни и усталости, поставила ее обратно на тумбочку. Внутри Натали ликовала. Совсем простое задание. Но вспомнив, как опасно проявлять светлые чувства, тут же попыталась их подавить, однако она не успела — энергичное движение выдало её, и радость, как бабочка, вылетела из груди, порхая яркими цветными крыльями у всех на виду. Девочке показалось, что лицо матери аж вытянулось от недоумения и наглости этого чувства. Всем своим выражением оно говорило: «Так ты все-таки играешь со мной? Тебе вовсе не плохо?»

«Надо чем-то её прикрыть, надо спрятать их!»

Как же так! Одно движение, простое бытовое движение выдало её. Она просто забылась и потеряла контроль, но, к сожалению, так с ней бывало очень часто. Надо было что-то придумать, и сделать это немедленно.

— Мама, спасибо, мне намного лучше, — произнесла Натали как можно более тускло и печально, всем своим видом показывая обратное.

Натали хотела переиграть мать, запутать её. Специально сказать о своём хорошем самочувствии, но при этом демонстрировать, что на самом деле ей ужасно плохо и она смертельно устала. Для эффекта она даже как бы невзначай дотронулась тыльной стороной кисти до лба и на секунду прикрыла глаза. Может быть, мама подумает, что то светлое чувство было случайностью, реакцией на ромашковый чай? «Словно умирающий лебедь», — внезапно всплыли в голове слова матери с той самой опасной, не предвещающей ничего хорошего, ироничной интонацией, с которой она зачастую раскрывала попытки её обмануть.

«Нет, нет! Надо притвориться по-настоящему иначе, все будет ещё хуже».

Натали вжалась в кровать, призывая в себя всю боль и немощь окружающего мира. Если ей станет действительно плохо, то играть даже не придётся.

— Что-то мне не нравится как ты выглядишь, я сейчас принесу тебе таблетку обезболивающего, и воды запить, а ты пока полежи, может быть удастся уснуть.

— Да, мама.

Как только мать вышла из комнаты, Натали положила голову на подушку и прикрыла глаза.