Я закрыла глаза и попросила сестру:
– Расскажи мне сказку.
– Какую это еще? – сердито спросила она. Ее обида росла с каждой секундой.
– Про 777 островов, – заканючила я тоном маленького ребенка, который клянчит сказку на ночь. Не потому что притворялась, а потому что действительно была в этот миг как малое дитя.
Ханна тоже это почувствовала, и мы поменялись ролями: теперь она сделалась старшей сестрой… мамой… как ни назови… и продолжила свой рассказ про 777 островов.
На покачивающейся палубе перед детьми стоял волк-оборотень и скалил зубы. Он хотел разорвать Бена и Ханну на куски, но капитан Морковка крикнул:
– Не смей их есть!
Дети горячо поддержали его.
– Закон моря требует швырнуть их за борт, чтобы они позорнейшим образом утонули.
Это предложение встретило у детей гораздо меньше одобрения.
– Если, конечно, горескаты не сожрут их раньше.
Дети понятия не имели, что это за животные такие – горескаты, – но, очевидно, в море, омывающем 777 островов, водились какие-то особые хищные рыбы, и лучше с ними не встречаться.
Оборотень был не очень-то рад лишиться обеда, хоть и пробурчал себе под нос:
– Ну и пусть, все равно тут только кожа да кости!
Он принес доску, закрепил ее на борту в виде трамплина и загнал на нее детей. Доска слегка прогнулась под их весом. Внизу катили мягкие волны, а под водой подстерегали горескаты и смерть от утопления, так как плавать ни Ханна, ни Бен не умели. Где им в гетто научиться?
Они обнялись, вложив в это объятие всю нежность, сказали друг другу:
– Я тебя люблю.
И:
– Я т… теб… бя т… т…
И:
– Я поняла.
И слились в поцелуе, страстном, как никогда раньше.
В этот миг мне захотелось открыть глаза и в очередной раз высказаться в том духе, что Ханна еще мала с парнями лобызаться, – но я слишком устала.
Капитан Морковка хотел было саблей столкнуть детей с доски, но тут волк крикнул:
– Капитан, смотрите! – и, взволнованный, поднял передними лапами книгу. – Они попали к нам из мира большой суши! А вдруг девочка и есть Избранная?
– Нашел Избранную, тоже мне! – разъярился капитан. – Вот эта вот девчонка всех нас спасет? Победит Зеркальщика?
Капитан Морковка снова повернулся было к Бену и Ханне, но тут Ханна крикнула:
– Да, я Избранная!
Все изумились, включая Бена, а капитан, преисполнившись почтения, опустил саблю.
– Вот хитрюга, – пробормотала я себе под нос, проваливаясь в сон.