Несчастная полукровка Линосу являлась невинной жертвой нетерпимой политики Храма, из-за чего вынуждена была постоянно скрывать уши. С раннего детства она оказалась презираемым изгоем. Так и прибилась к команде авантюристов-чужаков. Было удивительно, что она до сих пор не попыталась радикально решить проблему, как-то подрезать и подвернуть уши, чтобы не выделяться среди людей. Но, похоже, это было связано не с её нерешительностью, а полным отсутствием в этом мире косметической хирургии, способной быстро и качественно скрыть родительские шалости.
На смотре её выдали за стрелка-разведчика, а сейчас на ней не было ни вчерашнего кожаного доспеха, ни лука с колчаном. Одежда на Линосу была самой старой и рваной. Видимо, её истинное положение в команде было самым низким. Еда перепадала, но деньги на бесполезную нахлебницу тратили в последнюю очередь. Вскоре мои мысли о забитом изгое невольно переключились на более приземленный уровень. Меня поверг в шок сильный, тошнотворный запах, исходивший от уже расположившегося в кузове дворфа и я уверенно повернул лошадей к опушке леса.
Не зря эльфы недолюбливают этих коротышек. Воняло от него просто невыносимо. Бомжи, питающиеся объедками на помойке и спящие в мусорных баках, наверное, пахли бы куда лучше, чем он. Удивительно, что я не заметил этой вони на вчерашней встрече. Наверняка, сам коротышка мылся не так уж давно, но вот его пропахшая резким запахом пота одежда и сам доспех требовали замены или хотя бы стирки. К сожалению, не только он, но и все его спутники, даже выглядящая намного чище и свежее всех Шиванши, источала неприятный, специфический запах, исходивший от её грязной одежды.
Не желая мириться с отвратительным запахом новых спутников, я потратил два часа, чтобы заставить их заново выкупаться и выбрать себе подходящую и сменную одежду, предложенную на выбор из моего безразмерного хранилища. Некоторую сменную одежду пришлось также простирнуть из-за явных и очень заметных пятен крови, но предложенные наряды были куда чище, лучше и качественней тех жутких лохмотьев, что имелись в распоряжении членов «Когтистой лапы».
Чтобы заставить упертого коротышку расстаться с его потными доспехами, я предложил ему доспехи одного похожего по габаритам дворфа из подгорного форта. Доспехи подошли идеально. Старик даже прослезился, любуясь щедрым подарком. Такие у мастеров-оружейников стоили не одну сотню серебряных монет. За всю свою долгую жизнь авантюриста он не мог позволить себе ничего столь дорого и качественного.
Нашлись легкие кожаные доспехи по специфическим габаритам и тёплый, удобный плащ для лидера Шиванши. Она задрала хвост вверх трубой от радостного волнения и возбужденно пританцовывала, виляя бедрами, подбирая себе новую одежду. Уродливая гримаса орчихи расплылась в довольной улыбке, выражая радость по своему, она также заскулила от радости, получив тёплую и чистую обновку. Но больше всех смене грязных и рваных лохмотьев на достойную одежду радовалась забитая Линосу. Я услышал, как звучит её искренний смех.
Найдя среди большой стопки подходящую вещь, она постоянно оборачивалась, словно спрашивая: «Я действительно могу это взять?» Вопрос не озвучивался. Он просто проглядывался во взгляде, а получив утвердительный кивок, девушка с благодарностью прижимала её к себе и относила на свою кучку.
Проще всего оказалось полноценно снабдить всем необходимым дворфа, которого звали Торбин. На него у меня нашелся широкий выбор доспехов, оружия и одежды. Тяжелее всего отыскать что-то подходящее было орчихе. Её карликовых размеров среди кучи предоставленных мной вещей не оказалось совсем, но она была не привередлива, а любую длинную рубаху или плащ можно подвернуть или обрезать. Излишек, как говорится, не проблема. Куда сложнее компенсировать недостаток.
После купания и примерки мы, наконец, выехали на север. Испытывая восторг от одного факта, что на задание она будет ехать, а не идти, с наслаждением нежась в приятном на ощупь, тёплом плаще с капюшоном, Линосу с готовностью заняла место возничего. Другие члены команды прямо на ходу, занялись подгонкой нового снаряжения и одежды. Из ботинок большего размера, дворф принялся мастерить отличающуюся по форме стопы обувь для зверолюдки Шиванши. Та же продемонстрировала свои навыки рукоделия, из обрезков укороченного под рост орчихи кожаного плаща и куска шкуры, довольно быстро сшила миниатюрные, тёплые сапожки для Нчи-Хи.
Та в свою очередь разложила вокруг себя мясо, местные овощи, корни, какие-то сушеные грибы и специи, и принялась готовить чистить и нарезать их в казанок, извлеченный из большого походного мешка дворфа. От него, кстати, тоже немного пованивало, но в основном въевшимся дымом и потом, который мешок впитал, прижимаясь к спине коротышки. Судя по тому, что руки у Шиванши и Торбина росли откуда надо, его замена на новый тоже не станет большой проблемой.
Я наслаждался приятной, семейной атмосферой, царившей в повозке несколько часов. Мы планировали вскоре встать на обед, где Нчи-Ха обещала меня угостить её вкуснейшим, самым лучшим из лучших блюдом, как вдруг, мой навык «Болотный охотник», обнаружил засевших в укрытии незнакомцев. Покрутив головой, я быстро определил, что они прятались за небольшим, холмиком впереди справа. Всего десять человек. Толкнув рукой в плечо, я предупредил об этом Шиванши. Она мигом перескочила на место возничего, приказав Торбину прикрывать её справа, а остальным лечь на дно повозки и не высовываться.
Я увидел, как без единого лишнего звука Линосу перескочила в кузов и незамедлительно выполнила приказ лидера. Старая орчиха, охая и скалясь плюхнулась на живот и нырнула под правый борт, впрочем, не стала прижиматься к нему вплотную, чтобы не пострадать от попадания в доски борта арбалетных болтов. Дворф вскинул на плечо недавно полученный от меня, новенький, блестящий, оббитый железом и украшенный резьбой ростовой щит и надвинув на лицо забрало шлема, уверенно двинулся к лидеру. Она пригнулась, чтобы скрыть голову за щитом и серией резких шлепков по бокам взбодрила ускоряющих бег лошадей.
Все действовали четко, слаженно, беспрекословно выполняя распоряжения своего уважаемого лидера, и я увидел, что это не просто сборище нищих неумех, а настоящая команда профессионалов с железной дисциплиной, где каждый точно знает свою роль и место. Они уже сплотились, вместе преодолевая многочисленные трудности и лишения. Единственный, кто был пока никак не вписан в эту монолитную структуру, это я сам. Но своей щедростью я уже, похоже, завоевал уважение Линосу. Нарушая приказ, она потянулась ко мне и, схватив руками за бока, как маленького ребенка, притянула и прижала к себе.
И очень вовремя. В борт над лавкой, где я только что сидел, вонзилась стрела. Несколько ударилось в щит и доспехи Торбина, но самое неприятное, что парочка угодила в хрипло вскрикнувшую от боли правую лошадь. Скрывавшиеся за холмом бандиты активизировались, засыпая проезжающую мимо повозку градом стрел. Испуганные, очередной раз получившие ранения лошади понесли галопом. Мы спешно удалялись от места засады, но радоваться было рано.
Вскоре я ощутил, что впереди, по обе стороны дороги нас ожидает новая засада, уже намного многочисленнее, чем первая. Примерно тридцать противников или около того. От них уже не закроешься одним щитом. Зверолюдка была в опасности. Предупредив о двухсторонней засаде Шиванши, я сказал, что возьму на себя тех, что слева, и рывком вырвавшись из слабых объятий Линосу, выскочил из повозки, планируя удивить не ожидающего нападения противника, но и он удивил меня.
Я ожидал увидеть дорожных бандитов, возможно, отряд уже добравшихся так далеко на юг гоблинов, но никак уже знакомых мне авантюристов, с которыми только вчера виделся на смотре в замке Герцога Вуда. Первому я подправил лицо лидеру одной из удалившихся при моём появлении команды.
На секунду я пришёл в замешательство, не понимая, точно ли эти люди наши враги, которых надо нещадно уничтожать, и чуть не лишился жизни, поймав в бок одну из стрел. Ай-ай-ай! Как больно. В глазах потемнело от резкой боли. Самое ужасное, что через моё хлипкое тельце стрела прошла почти навылет. Она разорвала кишки, поразила жизненно важные органы и показавшись наконечником со спины, крепко застряла внутри. Мамочки, умираю!
От болевого шока, я рухнул, как подкошенный. Вместе с поверженным противником скатился в небольшой ров, где прятались авантюристы-бандиты, и если бы меня не посчитали уже сраженным и добили контрольным ударом меча, на этом бы мои приключения на поприще авантюриста и завершились. Я действительно умирал, перед глазами начали вставать картины тяжелой жизни в гетто, но десять секунд передышки позволили мне немного опомниться и произвести магическое самолечение. Однако, лечение без удаления стрелы из тела принесло лишь ещё большие страдания. Чтобы обломить широкий наконечник, вытащить её, затем нацепить кольцо и экипировать из инвентаря посох, чтобы перезарядить ману и произвести очередное спасительное лечение, у меня ушло ещё примерно с минуту. Сидевшие в засаде воины уже давно оставили свои позиции и кинулись за повозкой.
Я валялся подстреленный на одном месте, пока отставшие сзади стрелки не поравнялись с моей текущей позицией. Тут я опять поймал когнитивный диссонанс. Среди группы, атаковавшей нас из-за холма, двое были из той команды, что собиралась пригласить нас с Вилайлай к себе. Вот уж правду говорят про местных авантюристов, что своих конкурентов они убивают так же охотно, как монстров.
Опять перезарядив ману набором «Мудреца», я сменил посох, подождал, когда враги пройдут мимо, и поднял убитого мной лидера команды в виде зомби. Послал его вслед за уходящими вперед людьми, но зомби был слишком медленным, чтобы их догнать. Действуя из засады, я опять экипировался усиливающими заклинания артефактами и снял ближайшего стрелка уже натренированной скороговоркой из двух «Водных стрел».
Спутники мужчины даже не поняли, почему он вдруг рухнул лицом на дорогу, но насторожились и, наконец, заметили неестественно двигающегося за ними зомби-мечника. Они принялись старательно фаршировать его стрелами. Толку от этого было никакого, но зато концентрация внимания на слуге позволила мне безнаказанно уложить ещё троих, пока мою позицию не обнаружили. Стрелы полетели уже в мою сторону, и мне ничего не оставалось, как временно отступить, скатиться с бровки в небольшой ров. Быстро восстановив ману, я пробежался согнувшись вперед вдоль рва и опять выглянул наружу с посохом мастера-некроманта. Я поднял ещё одного убитого, затем второго и оказавшиеся в непосредственной близости от трёх неуязвимых для стрел зомби, лучники, понимая всю бессмысленность своих атак, кинулись наутек.
Четыре — ноль в мою пользу, а с учетом первого убитого уже пять — ноль. Однако, переключив своё внимание от отступающих дальше на дорогу, я быстро пришёл в уныние. Подонки убили одну из моих лошадей. Потеряв управление, повозка сошла с дороги и завалилась вместе с павшей лошадью на правый бок. Шиванши, хотя и могла, не стала убегать в одиночку. Авантюристы-бандиты, устроившие нам коварную засаду на дороге, добились своего. Убив одну из лошадей, они быстро настигли попытавшуюся сбежать в поле команду и взяли её в кольцо. Дворф рычал и угрожал своим молотом, орчиха свернулась клубком за его спиной. Мужчины мерзко гоготали, сжимая кольцо и приближаясь к женщине-кошке и испуганной полуэльфийке со всех сторон.
Если их хотели убить, у меня не было и шанса их спасти, но я очень надеялся, что женщин захотят использовать для удовлетворения похоти. Так у меня возникал шанс их спасти. Была надежда, что дворфа тоже не смогут быстро сломить. Забывая о собственной безопасности, я высунулся и поднял ещё одного зомби, после чего послал созданный отряд за стрелками, а сам рванул к кольцу из трёх десятков подонков, среди которых были и маги. К сожалению, безопасно подкрасться к многократно превосходящему меня врагу, причем незаметно и безопасно, в голом поле и средь бела дня было невозможно.
Я бежал вперед, рискуя умереть с одного вражеского заклинания, одной меткой или шальной стрелы, сам толком не зная, смогу ли я справиться один, против сразу нескольких, привыкших слаженно действовать команд. Это не какие-то тупые и неповоротливые солдафоны Свордарской армии, от которых было достаточно прикрыться стеной зомби в доспехах. Многое в предстоящей схватке будет зависеть от удачи, а она девица капризная, но я точно сделаю всё, что в моих силах для бывших совсем недавно мне совершенно безразличными чужаков.
Почему я так отчаянно хотел их спасти? Я и сам не мог до конца понять движущие мной, истинные мотивы. Но если не углубляться, взять первые мысли и эмоции бурлящие прямо на поверхности, то эти чужаки были единственными, если не считать мою прекрасную Вилайлай, кто в этом враждебном и бессмысленно жестоком мире, отнесся ко мне, несмотря на гоблинскую внешность, нормально и вызвал искреннее уважение.
Часть 18 Тайна Звездного Храма
Второе столкновение с отрядом авантюристов показало, что я их сильно переоценил. Полученное ранее ранение сильно напугало меня, заставило относиться к противнику с опаской. Однако, увлеченные издевательствами над сбитым с ног дворфом, уже вовсю предвкушая веселье с попавшимися в плен женщинами, авантюристы-бандиты слишком расслабились, и даже не заметили стремительно несущегося к ним по полю зеленокожего карлика. Я избавился на бегу от развевающегося тёмного плаща, замедляющих бег ботинок и перчаток, чтобы ускориться и не выделяться на фоне зеленой травы. Бликующие в лучах светила кинжалы спрятал за спину.
Хоть и возник большой соблазн обезопасить себя и не вступать в опасный, ближний бой, я не рискнул воспользоваться заклинаниями когда цели были в непосредственной близости от пленников, и сделал ставку на молниеносную и малозаметную атаку кинжалами в спину. Так я мог создать неразбериху, посеять панику и в кратчайшие сроки поразить максимальное количество противников без организованной ответной атаки.
Ставка на подвижность и ловкость сработала сполна. Стремительно сблизившись со стоящими ко мне спиной воинами, быстро сломившими сопротивление женщин, смертоносным вихрем я описал внешний периметр плотного кольца нападающих. Нанёс всем, кого смог в спешке зацепить бритвами «мясника» небольшие, но с учетом их дополнительных свойств, смертельные порезы на задней, незащищенной доспехами стороне бедра.
Видимо, дисциплина и слаженность действий, продемонстрированная «Когтистой лапой», не была знакома большинству напавших на нас молодчиков. Получив ранения, участвовавшие в окружении моей команды воины, решили, что на них напали их же союзники. Хватаясь руками за пораженные места, обнаружив на ладонях кровь, они стали выкрикивать обвинения в предательстве в адрес членов других команд. Обвинения быстро переросли в угрозы. Эта странная реакция на неожиданную, скрытную атаку, была мне очень на руку. Авантюристы-бандиты не стали разбираться, не сплотились в поиске незаметно атаковавшего их противника, а потратили первые драгоценные секунды на разжигание раздора.