«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Откуда взялась кровь? Она человеческая?

— Сержант Галхар утверждает, что, скорее всего, свиная. Он в таких вещах разбирается. Кровь была довольно свежая, но уже остывшая. В замке вчера забивали свинью?

— Латий? — герцог обернулся к стоявшему неподалеку стюарду.

— Да, ваша светлость. Свинью вчера действительно забивали. Кровь собирали, чтобы сделать кровяную колбасу. Я проверю, не пропала ли она или ее часть.

— Интересные призраки, — Гленард отрезал кусок яичницы, — смогли взять кровь, пронести ее через ползамка и разлить на моей кровати.

— Кто знает, на что способны обитатели потустороннего мира? — герцог пожал плечами.

— Вы, как будто, не удивлены, ваша светлость. Вас не удивляют призраки?

— То, что для вас новость, ваша милость, для меня обычное дело вот уже много лет. Чему удивляться…

— Когда появились призраки?

— Я стал слышать шорохи и голоса незадолго до гибели моей второй жены, Эдиты. С каждым годом они появлялись всё чаще, говорили всё больше. В последние годы я стал иногда ее видеть.

— Кого ее?

— Мэделину. Я не вижу ее лица, но узнаю ее фигуру, ее волосы. Она появляется и исчезает. Иногда мелькает во дворе, иногда в коридоре, иногда, когда я совсем напьюсь, появляется даже в моей спальне. Она никогда не подходит, только смотрит на меня, ждет, пока я начну просить прощения и исчезает.

— Просить прощения за что, ваша светлость?

— Ох… — герцог тяжело вздохнул.

Гленард ждал.

— Ладно, — герцог махнул рукой. — Дело давнее… Мне всё равно немного осталось, а вы, ваша милость, и так за мной приехали. Пусть лучше вы от меня узнаете, чем от кого-то еще. Я любил Мэделину. Она была настоящей южанкой: красивая, гордая, горячая до невозможности. Во всём — и в постели, и в ссорах. Любила заставлять меня ревновать, выводить меня из себя. Мы ссорились, ругались, били посуду, хватались за ножи, оба, заметьте, но потом оказывались в постели и всё забывалось после очередной бессонной страстной ночи. У нас подрастали две дочери, и Мэделина забеременела в третий раз. И тут у нее совсем испортился характер. Я любил ее безумно, старался ей во всем помогать, но она меня изводила и изводила по любому поводу. Я не оправдываюсь, ваша милость, но хочу, чтобы вы полностью понимали обстановку и причины.

— И что случилось?

— Я устал, напился. Она снова начала меня изводить, била по самому больному, дошла до того, что заявила, что ее ребенок не мой. Хоть я и точно знал, что она сказала это, лишь чтобы меня позлить, в тот раз я сорвался… В тот раз мы не смогли вовремя остановиться, и кровать не успела нас помирить. Я избил ее. Сильно, жестоко. Прямо на глазах у прибежавших на шум дочерей — они так и не смогли меня простить до самой своей гибели. Я никогда не бил жен, никогда до и никогда после. Раньше мы доходили лишь до криков, разбитой посуды, сломанной мебели и, максимум, легких толчков и хватания за руки. А тогда… Мэделина потеряла ребенка, и сама от этого так и не оправилась. Она умерла в горячке через две недели. Всем сказали, что причиной смерти стала внезапная болезнь. Кто поверил, кто не поверил, слухи ходили… Но постепенно всё сошло на нет. Это юг, ваша милость, здесь такими ссорами и таким их исходом никого не удивишь, ни в крестьянских лачугах, ни в герцогских замках. Формально, по закону, после того, как она сама заявила о своей неверности, пусть и в пылу ссоры, я имел право ее убить. Я не оправдываюсь, мне нет прощения, барон Гленард… Просто хочу, чтобы вы понимали, почему этот случай не привлек ничьего особого внимания тогда. Если бы не это проклятие, никто бы о нем сейчас и не вспоминал…

— Проклятие, ваша светлость?

— Я пришел ее навестить. Она лежала бледная, как мертвец. Черные волосы разметались по белой подушке. Щеки впали, губы посинели, глаза слезились, лоб был покрыт испариной. Я ужаснулся — она была лишь тенью той красавицы, которую я любил. Я упал на колени перед ее кроватью, схватил ее за руку, умолял ее простить меня. Говорил, что она поправится, что всё будет хорошо, что мы еще будем счастливы с ней. И тогда она сказала, я помню дословно, как сейчас: «Никогда ты не будешь счастлив. Ни с одной женщиной тебе не жить. Все умрут, как и я. Не будет у тебя ни детей, ни внуков, ни счастья, ни радости в жизни. Будь ты проклят, Максис». Она закрыла глаза и потеряла сознание. Больше она в себя не приходила, умерла меньше, чем через сутки. Так и получилось, всё, что она говорила. Сначала доченьки мои, Риджена и Сабрина, потом Эдита, Паулина, Дэйна, Лорена, Иллина… Одна за другой. Все до единой. Я думал, прервется это проклятие, каждый раз надеялся, что это всего лишь слова, глупые слова умирающей измученной женщины. Но сами видите, ваша милость… Иллина знала о проклятии, но не верила в него. Смеялась над ним, обещала сделать меня счастливым. Я поверил ей, просто воспрял духом, ожил… И вот, она теперь тоже мертва.

— Кто еще был там, когда Мэделина вас прокляла, ваша светлость?

— Только дочки и пара слуг. Никто никому ничего не сказал, если вы об этом, я позаботился. Слухи о проклятии стали ходить уже сильно позже, после Лорены. Да я уже и не скрывал ничего к тому моменту…

— Но, как я понимаю, Эдита и Паулина погибли не от болезни? Они покончили с собой.

— А какая разница, ваша милость? Если моя жена внезапно и без каких-либо причин решает лишить себя жизни, разве это не укладывается в проклятие? Ни Эдиту, ни Паулину я не бил. Даже голос не повышал на них, научен горьким опытом, уж поверьте мне. Они любили меня, я любил их. Мы даже не ссорились почти. И тут одна вскрывает себе вены, а вторую убивает ее любовник во время какого-то странного жуткого ритуала. Да чертовщина какая-то! Никто никогда даже не видел их с этим пацаном вместе. Ничто не обличало ни в нем, ни в Паулине любовь к тайным обрядам — никаких странных книг, никаких символов, татуировок, ничего. Но ведь случилось же…

— Вы не думаете, ваша светлость, что их могли убить?

— Я мог бы заподозрить это с Паулиной, ваша милость. Но все остальные умерли сами. Даже Эдита сама перерезала себе вены в закрытой изнутри комнате. Я понимаю, вы ищете причину, на то вы и Великий Инквизитор. Но вот она вам причина, на поверхности. Проклятие Мэделины, в нем вся история берет начало. Если бы я был посильнее духом, так давно уже последовал бы по пути Эдиты. Но я слаб, поэтому просто упиваюсь вином, чтобы забыться. Надеюсь, вскоре оно меня-таки убьет. Или Его Величество меня казнит раньше. Я всё-таки виновен в гибели этих несчастных женщин. Причиной их гибели является проклятие Мэделины, а причиной проклятия являюсь я. Везите меня в Рогтайх, барон. Заприте меня в самое глубокое подземелье и рубите мою голову. Вы в своем праве, я отдаю себя в ваши руки.

— Давайте подождем с этим пока, ваша милость, — Гленард задумчиво покачал головой и сделал глоток вина. — Сомневаюсь, что убийство путем создания причин для проклятия может стать причиной вашей казни. Возможно, у Его Величества были бы вопросы к наложившему проклятие, но ее светлость уже невозможно привлечь к суду. По крайней мере, в нашем мире. Если позволите, мне хотелось бы во всем получше разобраться. Вы не возражаете, если мы с моим коллегой поживем в вашем замке несколько дней, осмотримся, поговорим со слугами? Какой бы ни была причина этих событий, нужно что-то делать и с призраками, и с проклятиями. Даже если мы с Галхаром сами ничего не сделаем, собранная нами информация может потребоваться тому, кто придет после нас. Я честно скажу, ваша светлость, что у нас нет опыта изгнания призраков и снятия проклятий. Однако если мы придем к выводу, что призраки в замке реальны, и они вызваны проклятием Мэделины, то, клянусь вам, мы найдем лучших специалистов по борьбе с такими явлениями во всей многомиллионной Империи и привезем их к вам. Ваше спокойствие — это спокойствие Хортии. А спокойствие Хортии — это спокойствие Юга и, в конечном счете, спокойствие всей Империи. Поэтому для меня чрезвычайно важно раскрыть причины этих событий.

— Конечно, ваша милость, чувствуйте себя, как дома. Живите, сколько хотите, если вас не смущает соседство моих мертвых жен и меня, старого пьяного дурака. Мой замок, моя еда, мое вино и все мои слуги в вашем распоряжении. Латий, распорядись, чтобы все слуги и стражники искренне отвечали на вопросы наших гостей, сколько бы они здесь ни пробыли. Барон, я не уверен, что вы нам поможете, но я искренне и от всей души благодарен вам за желание помочь. Об одном только прошу вас, будьте осторожны. Похоже, наши призраки вас невзлюбили. Вся эта жуткая история с кровью в постели… Будьте осторожны.

— Конечно, ваша светлость. Спасибо вам. Мы будем предельно осторожны. Посмотрим, что мы сможем сделать.

Глава XXIX