«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Легкий ветерок лениво шевелил плотные темно-зеленые листья апельсиновых деревьев. Поздним утром сидеть в маленьком садике во дворе замка Аркентар было чрезвычайно приятно.

Журчала вода, текущая из небольших фонтанов между деревьями по желобкам в каменных плитах пола, покрытых разноцветной керамической плиткой с изощренными геометрическими узорами. Журчание помогало отгородиться от шума города за стенами замка и сосредоточиться на своих мыслях. Солнце пригревало, но плотно высаженные деревья давали достаточно тени. Сейчас это было просто приятно, а летом станет настоящим спасением от жары и палящих лучей.

Гленард размышлял, неторопливо потягивая сладкое белое вино из большого бокала из зеленоватого стекла. За прошедшие дни он не узнал почти ничего нового. Крейган с Миэльори были по-прежнему на юге, в предгорьях. Галхар помог Гленарду опросить всех обитателей замка, но ничего действительно интересного им не рассказали. Те или иные странные звуки слышали почти все, некоторые видели и призраков, и таинственные огоньки. Порой что-то пропадало, что-то оказывалось не на своих местах.

Слуг в замке было много, и через какое-то время Гленард окончательно запутался в именах и лицах. Даже его отличная натренированная память начала давать сбои — одни показания накладывались на другие, но какой-то общей картины так и не получалось.

Кое-кто из слуг служил здесь достаточно давно, чтобы вспомнить и Мэделину, и Эдиту, и последующих хозяек. Их Гленард с Галхаром расспрашивали особенно тщательно. Но опять же — ничего существенного, кроме нескольких малозначительных деталей, не выяснили. Про проклятие Мэделины слышали многие, в его реальности, как и в реальности призраков, не сомневались. Впрочем, и не опасались. Народ на юге был суеверный, но не из пугливых. В призраков и в проклятие верили, но также верили и в то, что они угрожают исключительно герцогу и его женам, прошлым и будущим. Хотя в возможности появления будущих жен все обоснованно сомневались. Вряд ли после смерти Иллины во всей Империи найдется хоть одна благородная девушка, настолько безрассудная, чтобы быть готовой связать судьбу с проклятым герцогом.

Гленард, впрочем, не сомневался, что пара сотен тысяч желающих рискнуть нашлась бы в бедных кварталах крупных имперских городов, но, похоже, и сам герцог Максис решил наотрез отказаться от новых матримониальных планов, дабы не подкладывать под топор проклятия Мэделины новых безвинных жертв.

Как бы то ни было, но дальше выяснения мелких деталей они не продвинулись. И это было печально. Гленард ожидал найти хоть какое-то разумное объяснение происходящему или, хотя бы, какие-то подозрения относительно насильственной природы смерти герцогини Иллины месяц назад, но всё было тщетно. Впору было опускать руки и отправлять гонца в Рогтайх с просьбой найти лучших экзорцистов, или как там называются эти охотники за привидениями…

Впрочем, стоило проверить еще одну идею, которая пришла Гленарду в голову прошлым вечером перед сном. Замок был старый, очень старый. Он, конечно, не раз перестраивался, но сам донжон сохранился еще с доимперских времен почти нетронутым. Тогда это был королевский замок, и Гленард смутно припоминал рассказы об огромном количестве интриг и заговоров, бытовавших вокруг королевского трона Хортии.

Возникла мысль — если замок строился в такой сложной обстановке, неужели в нем не сделали каких-то тайных ходов или скрытых убежищ? Он читал у кого-то, что герцогский замок в Магнаде, столице соседнего Глареана, буквально насквозь пронизан такими секретными коридорами и комнатами. Строились Аркентар и Магнада примерно в одно время и при схожих обстоятельствах. Так не стоит ли поискать секреты и здесь?

Можно было бы, конечно, измерить размеры стен и коридоров в поисках несоответствий, но это заняло бы немало времени. Проще было спросить у герцога. Что Гленард и сделал за завтраком.

Герцог Максис, однако, ему помочь не смог. Ночью он снова слышал и видел призраков, а потому с раннего утра уже был серьезно пьян. Заплетающимся языком он смог только сообщить Гленарду, что, дескать, что-то такое слышал в детстве, но подробностей не знает. Выпив еще бокал вина, посоветовал поискать старые описания или чертежи замка в замковой библиотеке. Кажется, там что-то такое было. Туда Гленард и намеревался отправиться после этого часика утреннего безделья и размышлений в тени апельсиновых деревьев.

Бокал почти опустел. Сзади подошла миловидная юная служанка с кувшином. Гленард улыбнулся ей и протянул бокал. Она улыбнулась в ответ и наполнила бокал золотистым белым вином. Гленард поблагодарил ее кивком, и девушка, скромно улыбаясь, тут же ушла.

Итак, что мы имеем после четырех дней расследования? Практически ничего. Мы не можем сказать, что герцог является убийцей. Ну, кроме Мэделины, но там всё неоднозначно с точки зрения закона. Достоверных улик или свидетельств о его причастности к остальным убийствам нет. Впрочем, мы не можем и исключить его из числа подозреваемых, потому что есть обоснованные подозрения в том, что он, мягко говоря, немного не в себе, и мог быть причастен к убийствам в моменты помутнения. Из всех этих смертей наименее подозрительными, кажется, выглядят только смерти его дочерей. Что там с ними случилось? Несчастный случай на охоте? Надо будет, кстати, не забыть расспросить об этом. Просто для общей картины.

Что еще у нас есть? Призраки, проклятия и, возможно, тайные ходы. Тайные ходы объяснили бы появление призраков, но не объяснили бы ни причин, ни того, кто это делает. Всё очень… Очень… Загадочно?.. Что-то ускользает. Во всей картине что-то… Чего-то… Не хватает?… Что это?…

Гленард почувствовал головокружение. Мысли путались. Какая-то пустота возникла внутри. Он почувствовал холод в руках и ногах — они словно задеревенели. Голова кружилась всё сильнее. Мысли скакали, как бешеные олени. В глазах двоилось, всё вокруг было как будто в прозрачной дымке. Он чувствовал только биение своего сердца — оно билось сильно, громко, словно хотело вырваться из груди. Звуки пропали, остался только какой-то то ли звон, то ли свист, что-то странное…

Вино! — догадался он. Яд. И, кажется, прозрение наступило слишком поздно. В глазах стремительно темнело. Всё тело расслабилось. Бокал выпал из руки и, ударившись о камень, разлетелся на мелкие осколки — звука Гленард не услышал. Он начал сползать с кресла на камень.

Что ж, это была хорошая жизнь… Жаль не успел… Последнее дело не раскрыто. Боги?.. Вселенная?..

В глазах окончательно потемнело. Он понимал, что лежит на плитах, которыми вымощен сад, но не мог ни пошевелиться, ни даже просто что-то увидеть и услышать. Мир стремительно уплывал вдаль. Он почувствовал, что его руки и ноги непроизвольно дергаются — судороги, агония. Из темноты перед ним выплыли три знакомых лица: Лотлайрэ, Миэльори, Артана. Чуть позже дети — Славий и Аэринн. Затем друзья — Славий, Крейган, Галхар, Роллен, Адельхарт, Донрен, Аллеран. И множество врагов, побежденных и поверженных — сколько же их было, неужели так много?

Всё окончательно уплывало в темноту. Сердце перестало рваться на волю и теперь почти не билось. Он пытался дышать, но уже не мог. Он почувствовал, что засыпает. Засыпает навсегда.

Где-то в глубине темноты вдруг появилась искорка. Она разгоралась и приближалась, пока не выросла в огромную спираль, состоящую из миллиардов звезд, похожих на переливающиеся под солнцем бриллианты. Вокруг спирали стояли, взявшись за руки три женщины. Снова они — Лотлайрэ, Миэльори, Артана. Они посмотрели на него и хором тихо и одновременно громогласно попросили — живи!

Он потянулся к спирали. Не рукой, руки давно не двигались, уже целую вечность. Потянулся всем своим существом, всей душой. И спираль потянулась к нему, вытягиваясь, касаясь его.

Гленарда охватил свет, свет бесконечный, свет вечный, свет прекрасный. Он закружился в этом свете, в этой спирали, а свет, огонь звезд, казалось, выжигал его насквозь. Гленард вдруг оказался во тьме, с альвийской саблей в высоко поднятой руке, а весь невероятный вселенский свет звездной спирали, ее огонь — горячий, бесконечный, всепоглощающий, влился в саблю, в клинок Эллеанару, а через него в руку Гленарда.

Вокруг падали звезды, рушились и создавались миры, вздымались горы и падали под натиском морских волн, возникали и высыхали моря, рождались и погибали целые цивилизации. А Гленард стоял в центре всего этого, в центре Вселенной, окруженный тремя взявшимися за руки женщинами, держа обеими руками высоко над головой клинок, на кончике которого крутилась огромная и пылающая звездная спираль.

И так было вечно.

Ослепительный свет ворвался в его мир. Он почувствовал — и это было уже прекрасно. Он почувствовал твердость и холод камня под своей спиной. Почувствовал прикосновения ветра к своим щекам. Почувствовал боль в кисти правой руки, слегка порезанной об осколки бокала при падении. Он не мог еще пошевелиться, в ушах по-прежнему шумело, перед глазами по-прежнему была пелена, но он дышал, чувствовал, и его сердце билось. Он был жив.

Постепенно возвращались слух и зрение. Оставалась непередаваемая слабость во всем теле, но он уже мог пошевелить немного и руками, и ногами. Вокруг испуганно толпились сбежавшиеся слуги.

Подскочивший Галхар присел и положил одну руку на лоб Гленарда, а вторую на его грудь в области сердца. Гленард почувствовал, как от рук варха по его телу разливается тепло, придавая ему сил.

— Ты меня слышишь, Гленард? — испуганно спросил Галхар.

Гленард попытался кивнуть. Язык его не слушался.

— Сейчас станет лучше, — пообещал варх.