— Ты шутишь? — альвийка изумленно подняла брови. — На тебя такие истории не похожи.
— Ну, яд в вино мне не призрак подсыпал. А значит, очевидно, что, как минимум, какая-то часть происходящего имеет вполне материальное объяснение. Я описал Галхару служанку, которая подала мне яд. У него хорошая память, но он не вспомнил никого конкретного. Он поговорил со стюардом, Латием, и со многими другими слугами, но никто не смог сказать ничего определенного. Вроде, видели такую иногда, даже имя называют, то ли Сирена, то ли Марта, то ли Мэгги, но ничего не могут сказать.
— Странно, — удивилась Миэльори, — уж служанки-то своих всех должны знать. Они разве все не здесь живут?
— Примерно половина приходит из города. Слуг много, и меняются они довольно часто. Стюард Латий строгий, и выгоняет слуг за малейшую провинность. А недостатка в желающих служить в замке нет.
— Нужно следить за ними пристальнее.
— Согласен. Меня больше другое удивило. Уж стражники у ворот точно должны были узнать отравительницу. Она должна была как-то прийти, и как-то уйти. Но никто похожий не уходил, и не приходил. Откуда она взялась и куда исчезла? Значит, она живет в замке — но где она тогда прячется?
— Или в замке есть потайные входы и выходы, — подхватила альвийка. — Но в любом случае, нужно искать связь этой сучки со смертями жен герцога.
— Верно, принцесса, молодец, — похвалил ее Гленард. — Еще, конечно, возможно, что убийство не связано с герцогом Максисом и с нашим расследованием. Она могла быть, скажем, кадирским агентом, посланным специально, чтобы меня устранить. Или агентом герцога Стеррена. Перелезла через стену, а потом также выбралась обратно. Но это уже совсем маловероятно.
— Хотя и исключать нельзя.
— Нельзя. Мне пришло в голову, что всё было относительно тихо, не считая попыток припугнуть меня, до того момента, как я спросил у герцога про потайные ходы в замке. Я как раз собирался их поискать, когда меня попытались убить. Возможно, это означает, что я на правильном пути. Мне самому сейчас до библиотеки не добраться, я слишком слаб еще, даже руку поднять не могу, но вы сходите, поищите, посмотрите. Если что-то найдете, завтра обсудим, что делать дальше. А сейчас, прошу прощения, я бы немного поспал.
— Конечно, Гленард, — Миэльори поднялась. — Мы поищем.
— Поправляйся! — улыбнулся Крейган.
— Спасибо! До завтра! — Гленард тяжело откинул голову на подушку.
Он ждал. Прикрыв глаза, стараясь не шевелиться, выглядеть глубоко спящим, он чутко следил за каждым шорохом и ждал. Стемнело. За окном завели песни цикады. Вдалеке ухали совы, лаяли собаки, громко выясняли отношения коты — весна ж всё-таки. Внутри комнаты было тихо. Но он ждал, терпеливо, минуту за минутой. И он, наконец, дождался.
Негромкий щелчок. Одна из деревянных панелей, которыми были отделаны стены спальни, почти неслышно отъехала в сторону. Сквозь сеть прикрытых ресниц он увидел две белые фигуры, появившиеся из стены. Две женские фигуры в длинных белых платьях. Неслышно они приблизились к его кровати.
— Он спит? — еле слышный испуганный шепот. Согласный кивок.
Одна из фигур, та, что повыше, подошла совсем близко к нему. Наклонилась, вслушиваясь в его дыхание. Блеснула сталь, молнией ударившая сверху вниз.
Гленард перехватил руку с кинжалом. Она была быстра, но Гленард был быстрее. Левой рукой схватив руку нападавшей, он вывернул ее и вскочил с саблей в правой руке. Вторая девушка вскрикнула и отшатнулась.
Высокая темноволосая девушка вывернулась и отскочила от Гленарда, высоко подняв кинжал. Ее глаза горели безумной злобой и яростью. Гленард узнал ее. Та самая призрачная фигура в коридоре — высокая, в белом платье, с темными волосами. Но она вполне материальна, и кинжал в ее руке тоже. Лицо серое — вероятно, измазанное золой.
Вторая девушка чуть ниже, с такими же темными волосами, но в ее глазах нет той злобы, которой горела нападавшая. Гленард узнал во второй девушке ту самую служанку, которая принесла ему отравленное вино.
— Аррр! — девушка с кинжалом зарычала и кинулась на Гленарда, он взмахнул саблей, она отшатнулась.
Еще взмах сабли, еще и еще. Гленард не хотел убивать нападавшую, только оттеснить ее в угол, а затем обезоружить. Но вторая девушка этого не поняла. Резко вскрикнув, она бросилась вперед, между девушкой и Гленардом, и попала под удар клинка.
Гленард успел остановиться. Сталь не нанесла существенных повреждений, лишь скользнула по ребрам, разрезав ткань платья и кожу. Но девушка этого не поняла. Она лишь почувствовала боль, схватилась за бок, ощутила тепло и влагу крови и с криком завалилась на пол, явно считая, что она умирает.
Девушка с кинжалом отпрыгнула в сторону, дико взвизгнув, несколько секунд стояла без движения, переводя бешенный взгляд с Гленарда на свою подругу и обратно, а потом бросилась бежать, скрывшись в той же дыре в стене, откуда они появились несколько минут назад.
Дверь распахнулась, на пороге появились Крейган, Миэльори и Галхар, все с оружием в руках. Гленард указал рукой на проход в стене, остановив Галхара — нужно было заняться раненой.
Крейган, а за ним и Миэльори кинулись в тайный проход. Гулкий звук их шагов по ступеням быстро удалялся куда-то вниз.
— Вот так всё и произошло, Леонис, — Гленард развел руками и налил себе в бокал еще «королевской крови» из кувшина. — Ребята догнали девушку внизу, она попыталась перерезать себе горло, но Миэльори быстро это пресекла. Они ее обезоружили, связали. Выяснилось, что, как я и предполагал, в замке полно и тайных ходов с выходом почти в каждую комнату, и слуховых отверстий, и труб, через которые можно и подслушивать разговоры, и передавать голоса и смех, изображая привидений. Да там целый большой тайный подвал был, где они и жили.
— И кто же это был?
— Риджена и Сабрина, конечно же.
— Дочери герцога? Но они же…