— Нет. Все думали, что они погибли, но нет. Когда погибла Мэделина, Риджене было двенадцать лет, а Сабрине десять. Можно давать разную оценку тем трагическим обстоятельствам, но они запомнили лишь то, что их отец убил их мать. И прекрасно запомнили ее предсмертное проклятие. Через пару лет герцог Максис решает жениться на Эдите. И женится, вопреки просьбам дочек. Девочки и Эдита сразу друг друга невзлюбили. Она хотела, чтобы наследником стал ее ребенок, они, естественно, этого не хотели. И не могли простить отцу ни убийства матери, ни новую мачеху. Но тогда ещё всё было довольно мирно. Ровно до тех пор, пока Эдита, доведенная девочками-подростками, не решает от них избавиться. И как достойная наследница зведжинских кровей, решает это сделать во вполне зведжинской манере. Она подговаривает егеря завести девочек в лес в горах и убить их там, инсценировав несчастный случай. В качестве подтверждения он должен был принести Эдите сердца девочек. Но Риджене удалось переманить егеря на свою сторону, пообещав ему то ли себя, то ли золото, то ли всё сразу. Возникает вопрос, что делать, чтобы убедить Эдиту? Этот вопрос Риджена решает легко. Они идут в деревню, выманивают двух девочек-крестьянок примерно похожих на них, а потом Риджена их убивает, изрезав их так сильно, что опознать их можно будет только по одежде. Всё сваливается на медведя. Сердца, естественно, достаются Эдите.
— Ужасно…
— И это только начало. У девочек возникает вопрос — что им делать. Бежать на край света они не хотят, всё-таки они здесь хозяйки. Искать, как в сказке, в лесу избушку с семью бьергмесами тоже представляется глупым. Но Риджена умна, как демон. Она была девочкой очень начитанной, всё время проводила в библиотеке. И там она еще совсем ребенком наткнулась на схемы и чертежи тайных ходов в замке. Они с Сабриной там играли постоянно, пугая слуг ради смеха. Еще одним развлечением Риджены были яды, которые она научилась варить сама и активно испытывала на животных из герцогских стад. Мы нашли сообщения о таинственных болезнях, поражавших скот, относящиеся как раз к тому времени. Итак, Риджена и Сабрина тайно возвращаются в замок.
— А что стало с егерем?
— Герцог Максис его хотел тут же казнить, но Эдита не позволила. Должен был состояться суд, но через три дня егеря нашли повешенным в его же комнате. Самоубийство на почве душевных страданий из-за гибели герцогских дочерей — так все решили. На самом деле, Риджена подлила ему яд, который оставил его в живых, но парализовал. А потом они вдвоем с сестрой подвесили его. Надо полагать, было непросто, но они справились. Кстати, почти такой же фокус они провернули через несколько лет и с самой Эдитой. Она любила принимать ванны в одиночестве и пила вино. Яд в вине лишил ее возможности сопротивляться, и она могла лишь с ужасом наблюдать, как появившиеся из стены падчерицы, которых она считала мертвыми, режут ее руки и с улыбками ждут ее смерти.
— Ну, Эдита ясно — это была месть. Но зачем убивать остальных?
— Они решили отомстить своему отцу. Они считали его виновником гибели матери и соучастником попытки их убийства. Они вспомнили проклятие Мэделины и решили воплотить его в жизнь. Нужно учитывать, Леонис, что Риджена полностью сумасшедшая, а Сабрина слаба и всегда следовала за сестрой, выполняя ее указания и во всем ей помогая. Им нужно было не только убить всех новых жен отца, но и свести с ума самого герцога Максиса. Что у них почти получилось, кстати.
— Следующая была Паулина?
— Да. К убийству Паулины они подготовились хорошо. Организовали подобие ритуала, убили кроликов и ворон, нарисовали знаки и символы, разбросали ветки. В остальном, то же самое, что и с Эдитой. Опоили Паулину и слугу, притащили слугу к ней в комнату через тайные проходы. Раздели обоих, зарезали, вложили кинжалы в руки жертв.
— А за что убили слугу?
— Он приставал к Риджене. Они обе временами появлялись в замке, играя роль служанок, а этот несчастный дурак не нашел ничего лучшего, как попытаться залезть к ней под юбку. Она запомнила.
— Неужели в замке их никто не узнал?
— Девочки в этом возрасте меняются быстро. Да и никто не ожидал увидеть их живыми. К тому же они были осторожны — не показывались на глаза тем, кто хорошо знал их раньше. Однажды едва не попались Латию, но обошлось.
— А почему остальные убийства прошли по другой схеме?
— Риджена вдоволь натешилась игрой в убийство Паулины, а для нее это была именно игра. Но оказалось, что такое убийство привлекло слишком много внимания. Она сумасшедшая, но не дура. Напротив, очень умная и хитрая девушка. Она поняла, что если привлекать слишком много внимания, то рано или поздно кто-то этим заинтересуется, и их раскроют. Что и случилось, кстати, в итоге. Поэтому всех остальных, включая Иллину, они тихо и неприметно отравили, имитируя болезнь, и, в то же время, продолжая сводить с ума герцога.
— Не проще ли было бы его убить?
— Он должен был мучиться, Леонис. А они должны были успеть вдоволь насытиться своей местью. Они рассчитывали, что после его смерти они появятся и расскажут какую-нибудь правдоподобную историю своего счастливого спасения, потребовав себе герцогство. Теоретически могло бы получиться, если бы они остановились одну жену назад. Но появилась бесстрашная Иллина, не верящая в пророчество. Она забеременела, и девочкам ничего не оставалось, как ее убить. Они не могли, естественно, предполагать, что это окончательно привлечет внимание Тайной Стражи и самого Императора. Об этом они не подумали. А когда я здесь появился с Галхаром, они запаниковали. Сначала попытались меня запугать, потом решили просто выждать, когда я уеду. Но я заинтересовался тайными ходами замка, и они испугались по-настоящему. Как только я сказал об этом герцогу, а они нас подслушивали, Риджена решила меня отравить. Сама она не пошла, опасаясь, что я ее узнаю, я же видел ее ночью в коридоре, послала Сабрину. У них почти получилось. Если бы не один эпизод в моем недавнем прошлом, я был бы уже мертв. Но я выжил. К тому моменту я понял, как они это делают, но еще не понял, кто они. Я решил сделать вид, что я слаб и беспомощен, рассчитывая на их нападение, пока я сплю. Так и случилось.
— Как им удалось отравить Иллину? Ведь больше никто не пострадал?
— Яд долгого действия. Иллина взяла с собой флягу с вином на прогулку, они ее подменили, а потом подменили обратно. Иллина сначала ничего не почувствовала, а потом, когда действие яда началось, было уже поздно. Иллина вернулась с прогулки уже мертвой, но она об этом еще не знала.
— А где они брали еду? Как жили?
— При всем моем уважении к стюарду Латию, в замке в хозяйственном плане творится бардак. Им ничего не стоило попадать ни на кухню, ни в подвалы. У них, в их тайном убежище, оказались неплохие запасы еды. Одежду они крали у служанок или у жен герцога, понемногу, не привлекая внимания. В общем-то, это вся история.
— А что с ведьмами, похищающими людей, Гленард?
— Ведьм нам найти не удалось. Я подозреваю, что кто-то, я пока не знаю кто, обманом уводил людей, предлагая им хорошую работу.
— И что с ними стало?
— Не знаю, Леонис, — Гленард мрачно покачал головой, — не знаю. И это, честно говоря, меня очень сильно беспокоит. На твоем месте, кстати, я бы присмотрелся к своим подчиненным. Я ничего не утверждаю, но у меня возникло подозрение, что кто-то из них рассказал таинственным похитителям о том, что ты позвал помощь из столицы. Сразу после этого все вербовщики и торговцы, уводившие людей, как испарились.
— Я проверю, Гленард, — Леонис помрачнел.
— Спасибо.
— А что будет с Ридженой и Сабриной?
— Галхар вместе с докторами провел осмотр. Риджена совершенно сумасшедшая, ее нужно будет лечить. Мы отправим ее в специальную тюрьму в Рогтайхе. Сабрина, вроде, мыслит нормально. Она оправдывается тем, что выполняла волю Риджены и не могла ей противостоять. Тем не менее, она соучастник преступлений и, к тому же, пыталась убить меня. Ее рана, которую она получила во время нападения на меня, не серьезная. Как только она чуть поправится, ее пошлют под домашний арест в дом герцога Максиса в Рогтайхе. Что будет с ней дальше — будут решать Император и герцог Максис.
— А что сам герцог?