— Прости-прости.
Особняк, к которому они подрулили, был выкрашен в белый цвет с примесью салатовой зелени. Он имел два этажа, аккуратный портик и мезонин. Андрей подсознательно ожидал, что к машине бросится дворовая челядь, но нет, ничего такого — граф спокойно припарковался и пригласил в дом.
Его супругой оказалась улыбчивая, чуть полноватая дама лет сорока. У Полины обнаружился также брат-гимназист — вихрастый пацан, который вытаращился на гостя, как на пришельца с Тау Кита. Для поддержания образа Андрей хотел даже выдать что-нибудь вроде: «Да пребудет с тобою сила, падаван юный», как в том голливудском шлягере из видеосалона, но удержался.
После взаимных представлений сели обедать.
Интерьер был вполне тургеневский — стенная обивка с цветными нитями, создающими приятный орнамент, шкаф-горка и напольные часы с маятником. Анахронизмом выглядел разве что радиоприёмник с корпусом из светлого дерева.
Экзотических блюд, к счастью для Андрея, не подавали. На первое был густой наваристый суп, на второе — запечённая говядина с гарниром из овощей. Столовые приборы тоже оказались нормальные, без затейливых комбинаций из пятнадцати вилок. Хотя, может, это был урезанный вариант специально для заезжего пролетария.
За столом прислуживала строгая тётенька в крахмальном переднике. Классовой солидарности с гостем из рабоче-крестьянских далей она явно не испытывала — глядела неодобрительно, с подозрением.
— Вы уж нас простите, Андрей, — сказала мама Полины, — но о вашем визите мы узнали буквально сегодня утром. Даже праздничный обед приготовить не было времени. К тому же господа, курирующие эту затею, почему-то просили обойтись без торжественности.
— Обед очень вкусный, — сказал Андрей, — не переживайте. И да, нам тоже повторяли несколько раз — спонтанность, внезапность и всё такое. Даже предупредили, чтобы мы шли с пустыми руками. Но мы подумали, что хоть что-нибудь прихватить с собой надо. Что-то такое, чего вы точно не видели. Напрашивается тема про космос. Мой напарник подошёл… гм… более творчески, а у меня получается совсем простенько. И всё-таки — вот.
Он передал хозяину дома сувенирный набор открыток, купленный в киоске «Союзпечати». Космические пейзажи, реальные фотографии. Они пошли по рукам, а Андрей комментировал:
— Это Земля, если смотреть с орбиты… Это «Буран», корабль многоразового использования — ну, челнок, проще говоря. Только что пошёл в серию… Это орбитальная станция…
— Любопытно, — заметил граф, — а зачем у станции крылья? Там же воздуха нет, насколько я понимаю?
— Это не крылья, а солнечные батареи развёрнуты. Энергию собирают… Это каньоны Марса, Лабиринт Ночи…
— Неужели люди уже и там побывали?
— Люди — пока что нет, только зонды автоматические. Хотя сейчас готовим с американцами совместную экспедицию… А на фотках дальше — Юпитер, кольца Сатурна…
— Невероятные виды, — сказала графиня-старшая. — Вот уж правда — инопланетные. Но сколько же сил приходится вкладывать, чтобы покорить космос? И денег тоже, наверное, хоть это и звучит меркантильно…
— Ага, — сказал Андрей, — насчёт денег — это актуальный вопрос. Обсуждали даже на съездах. Это ведь и с политикой тесно связано. Наш генсек, когда его утвердили в восемьдесят втором, поехал в Америку на переговоры. Ну и договорился насчёт разрядки. Хотя историки говорят, что Союз и Штаты уже готовы были начать новую гонку вооружений, на более мощном технологическом уровне. С космическими лазерами, ракетами-перехватчиками и всякими такими штуковинами. Экономика надорвалась бы, скорей всего. Ну и вообще, кошмар получился бы. Но, к счастью, пронесло…
Граф удивлённо хмыкнул:
— Вы так буднично рассуждаете об этих вещах, что даже жуть берёт.
— Понимаю, о чём вы, — кивнул Андрей. — Если смотреть из вашего мира, незамыленным взглядом, то всё это и правда выглядит дико. Наш мир в двадцатом веке как будто в горячку постоянно впадал. Или, точнее, в бешенство. Только в последние годы вроде бы полегчало.
— Мне импонирует ваш трезвый подход, Андрей. Вы мне кажетесь весьма эрудированным молодым человеком. Неудивительно, что именно вам доверили эту миссию.
— Не хочу вас разочаровывать, но… Короче, у нас отбирали так. Взяли двух самых красивых девушек, а парней к ним — чисто по росту. Вот так я к вам и попал.
Хозяева рассмеялись. Графиня-мать пригрозила Андрею пальцем:
— Не скромничайте!
— Вот-вот, — поддакнула дочь. — И вообще, я, конечно, рада, что папа с мамой увлеклись вашими рассказами, но всё же именно я — ваша визави, как выразился куратор. Поэтому мы с вами сейчас отправляемся на прогулку. Это я вам заявляю ультимативно и деспотично! Только переоденусь…
Она выбежала из комнаты. Её отец заметил с усмешкой:
— Спорить бесполезно, Андрей, наша Поля от своего не отступит. Впрочем, она права — вам надо посмотреть город, пообщаться на темы, интересные для студентов. Хотя я с удовольствием продолжил бы разговор, узнал бы о вашем мире как можно больше…
— Ну, это не проблема, я думаю. Послезавтра начнут в газетах писать, да и посетители пойдут в обе стороны косяком. Так я понял, по крайней мере.
Полина вернулась быстро — теперь она была в тёмно-синей джинсовой юбке средней длины. Пояснила:
— Раз у Андрея — саржевые штаны, то будем в едином стиле.