— Что значит — предстартовая? — с подозрением спросила Карина. — Нас в ракету запихнут, что ли? Как Белку и Стрелку?
— Земля в иллюминаторе… — вывел Федя прочувствованно, но невыносимо фальшиво. — Да, девчонки, готовьтесь. Сначала дадут скафандры, тюбики с хавчиком…
— А потом?
— ЦУП с котом, — сказал Федя.
— Не дурите девушкам головы, уважаемый Фёдор, — укорил Анатолий, вернувшись к ним. — А вы, девушки, не волнуйтесь. Никаких скафандров и тюбиков. Переход — это переход в прямом смысле. Шагов двадцать пройти — и всё.
— А кто его изобрёл? — поинтересовался Андрей. — Это их технология или наша?
— Насколько я в курсе, его не изобретали. Это такой природный феномен. Просто надо его усилить, чтобы он проявился в удобной конфигурации. Ну и стабилизировать. Процедура отработана многократно — я ведь рассказывал, что даже наш генеральный уже ходил туда на переговоры. Правда, через другой переход, который ближе к Москве.
— А сколько их всего?
— Пока три. Первый нашли случайно, а дальше уже наш профильный НИИ начал целенаправленный поиск. Стабильный проход впервые открыли именно из нашего мира в тот. Хотя это и логично — у них там нет подходящей аппаратуры. Соответственно, сначала мы к ним с визитами, а уже потом — они к нам.
Пока шёл этот разговор, одну из фур открыли сзади, с торца. Что спрятано внутри, Андрей увидеть не мог — ракурс не позволял. Но именно эта фура стала теперь центром всей суеты — техники носились вокруг неё, как наскипидаренные. В её недрах что-то затарахтело, словно там заводился трактор. А через несколько секунд тарахтение сменилось тяжёлым гулом.
— Как-то очень зловеще, — пожаловалась Карина и придвинулась ближе к Феде.
— Всё нормально, — заверил Анатолий, — так и должно быть. Техника выводится на нужную мощность. Переход откроется ровно в полдень, так мы условились с принимающей стороной.
Андрей машинально посмотрел на часы. До полудня осталась совсем немного — минутная стрелка и часовая почти сошлись. Но вот секундная как будто противилась предстоящему действу — торопливо двигалась в обратную сторону, перескакивая с деления на деление.
— Блин, — пробормотал Андрей, — чё за на…
— Чего злишься? — спросила Юля, стоявшая ближе всех.
— Опять с часами какая-то ерунда…
— Да забудь ты уже о них. Начинается.
Усиленный голос распорядился через динамик:
— Контактная группа — на позицию. Готовность — минута.
— Идём, — сказал Анатолий.
Он двинулся к фуре, студенты потянулись за ним. Юля держалась рядом с Андреем, Карина — с Федей. Все остальные, наоборот, отошли подальше.
Анатолий остановился и показал жестом, чтобы студенты сделали то же самое. Теперь они впятером стояли чуть сзади и сбоку фуры. И Андрей наконец-то смог рассмотреть, что же в ней размещалось.
А размещался там неведомый агрегат, напоминающий бетономешалку. Бочкообразная ёмкость — примерно метр в диаметре — располагалась горизонтально. Крышка у этой бочки отсутствовала; внутри плескался чернильный мрак.
«Бетономешалка» стала вращаться — сначала медленно, затем всё быстрее. Гудение усилилось, превратилось в протяжный вой.
Внутри бочки возник золотистый проблеск, словно кто-то высек искру. И в тот же миг Андрей краем глаза заметил перемену в ландшафте. Повернулся в ту сторону — и увидел, как открывается переход.
Дыра протаяла прямо в воздухе — шагах в двадцати от фуры, напротив жерла «бетономешалки».
Почти сразу дыра расширилась, приобрела глубину. Теперь это выглядело как вход в неосвещённый тоннель, не очень широкий. Легковая машина проехала бы свободно, а вот грузовик уже вряд ли. В дальнем конце тоннеля виднелся выход.
— Ну, — сказал Анатолий, — вам туда, товарищи контактёры.
3
Теперь, когда вход открылся, завывания заметно ослабли. Анатолию не приходилось орать, чтобы его услышали.