АУЕ: криминализация молодежи и моральная паника: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Издания, лояльные действующей власти, рассматривают «движение АУЕ» как одну из проблем современного российского общества, они сознательно или спонтанно осуществляют информационную поддержку решений власти, связанных с борьбой против криминала.

И в «оппозиционных», и в «провластных» СМИ встречаются алармистские настроения, но оппозиционные издания могут высказывать и скептическую точку зрения, обычно она вложена в уста одного из приглашенных экспертов; рассмотрение темы при этом построено на столкновении разных, порой противоположных мнений[558]. В провластных же изданиях скептическая точка зрения не высказывается почти никогда; они четко ориентированы на поддержание официальной конъюнктуры, основанной на положении, что «АУЕ — это угроза национальной безопасности нашей страны»[559].

Изложение событий во многом зависит от личности журналиста и установок, с которыми он готовит публикацию. Интерпретирующая роль журналиста видна, например, при сопоставлении двух интервью, взятых у одного человека. Две сотрудничающие газеты — читинская «Вечорка» и московская «Комсомольская правда», имеющая филиал в Чите, с разницей в три месяца взяли интервью у молодого мужчины Михаила Лимона, имевшего богатый и длительный (с конца 1990-х годов) опыт вымогательства в читинских учебных заведениях. В изложении «Вечорки» вымогательство в школах Читы заметно идет на спад; влияние централизованной преступности уменьшается. Вообще, было сказано, что «последние лет пять-семь (…) грев в Чите не собирают. Может быть, в деревнях это сохранилось, в каком-нибудь Маккавеево, но в Чите точно нет, только вымогательство. Сейчас молодежь не гонится за уголовной романтикой и надо думать, как выманивать деньги. Ну и опаснее стало. Молодые увлекаются ЗОЖ, спортом занимаются. (…) Лоха сложнее найти»[560]. Иначе расставлены акценты в статье «Комсомольской правды», она в большей степени направлена на нагнетание тревожности: здесь подчеркивается, что криминальная карьера информанта успешно развивалась, и только конфликт с подельниками ее разрушил: «Он вышел из дела только четыре года назад: из „шишки“ — смотрящего за классом — стал старшим по нескольким школам: „Подъезжал, забирал, что малые мои собирали“»[561]. Видимо, такие расхождения в описании обусловлены различием установок журналистов. Автор «Вечорки» в принципе настроен на объективный пересказ (редакция заранее подчеркивает, что не отвечает за правдивость информанта); представленная информация соответствует объективной реальности: да, проблемы с преступностью в городе есть, но за последнее время она значительно снизилась, в целом же ситуация в городе спокойна [см. параграф VII.3]. Напротив, журналистка «Комсомольской правды» стремится подобрать информацию, подтверждающую алармистский посыл статьи, выраженный заголовком «Цель АУЕ: уголовники хотят, чтобы мы жили по их законам».

В качестве примера манипуляции информацией и активного раздувания моральной паники приведем начало сюжета программы «Чрезвычайное происшествие» телеканала НТВ за 22 марта 2019 года[562] (табл. 3).

Приведенный фрагмент, как и весь последующий сюжет, составляющий 26 минут, построен на манипуляции зрителями, некоторые приемы этой манипуляции будут рассмотрены далее.

В главе I уже подробно рассказывалось о том, как при появлении в медийном пространстве слова АУЕ самые разные, мало связанные друг с другом события стали подверстываться под это слово, выстраивая единую фантомную «историю» «движения АУЕ». С тематикой АУЕ связывали разнообразные преступления, если их участники были в подростковом возрасте; если у одного или нескольких участников преступления есть судимости или же в ситуации оказывается замешан опытный уголовник; если тюремно-уголовные формы самоорганизации умышленно копировались на некриминальную среду; если производился сбор средств «на общак» и для «грева» находящихся в исправительных учреждениях; если в аккаунтах участников преступления в социальных сетях обнаруживались ссылки на криминализированные ресурсы; если в ходе инцидента звучали выкрики «АУЕ!» и использовался тюремно-уголовный жаргон; если делались личные заявления о принадлежности к АУЕ; если преступление имело групповой характер, что позволяет рассматривать группу как банду [параграф I.3].

Здесь стоит заострить внимание на этой закономерности как важном механизме искажения информации. Вдобавок ко многим материалам, изложенным выше, рассмотрим еще два примера того, как в целом нейтральные события подверстывались моральными предпринимателями под тематику АУЕ.

— В параграфе VI. 4 уже описывался инцидент в селе Байгул Чернышевского района Забайкалья в начале ноября 2019 года. Местные жители пожаловались на терроризирующую их банду. В частности, в СМИ подробно описывалось нападение на дом одного из местных жителей. Из четверых участников банды двоим было меньше 18 лет. Один из лидеров банды заявлял, что собирает деньги на «общак» для тюрьмы. Этот человек не был судим ни разу; по мнению одного из пострадавших, преступник тратил собранные деньги на себя. Иначе говоря, наличествовали два признака, по которым принято применять бренд АУЕ к новостным событиям: половина преступников были несовершеннолетними, и лидер заявлял, что сдает деньги в тюремный общак. Видимо, этого журналистам показалось достаточно, чтобы говорить об «АУЕ-банде»[563]. Последующее расследование привело к взвешенному решению, что речь можно вести о конкретном преступлении, а не о деятельности некоего «движения»: «В итоге — есть побои, проникновение в жилище, вымогательство. А АУЕ — нет»[564].

— 25 ноября 2019 года на Lenta.ru появилось сообщение об инциденте в Сургуте: школьницы избивали сверстницу[565]. Через день новость была переведена на новый уровень — преступление было представлено уже как деятельность АУЕ, что отразилось в заголовке: «Жестоко избившие сверстницу российские школьницы оказались поклонницами АУЕ». Утверждение было сделано, видимо, исключительно на основе того, что «школьницы подписаны на группы в соцсетях, которые пропагандируют АУЕ-движение, а также слушают блатную музыку»[566]. Согласно такой журналистской логике, любой подросток, в аккаунте которого встречаются ссылки на «криминальные» ресурсы и «блатную музыку», является «поклонником АУЕ».

Представление частного как типичного — одна из когнитивных ошибок осмысления социальной реальности. Восприятие наблюдателя (журналиста, чиновника, социального работника) построено так, что он обращает внимание прежде всего на яркие случаи, демонстрирующие некую экзотичность или, если речь идет о социально проблемных явлениях, вызывающие озабоченность. Но эти случаи не всегда отражают общую тенденцию, они могут быть частными явлениями, на основе которых нельзя делать обобщения[567]. В то же время многие публикации построены именно на нагромождении частных случаев, которые волей автора представляются как элементы единого целого и (следующий логический ход) как проявления единого «движения АУЕ»; в качестве показательного примера такого выстраивания аргументации можно привести статью А. Тарасова в «Новой газете»[568], оказавшую большое влияние на формирование представления об АУЕ в средствах массовой информации.

Рассмотрим два инцидента, которые имели наибольший общественный резонанс при обсуждении темы АУЕ [параграф I.3] — конфликт в Челябинске 27 мая 2017 года и хулиганство в Санкт-Петербурге 24 августа 2018 года. Оба этих эпизода интерпретируются журналистами как проявление криминализации молодежи и набирание «движением АУЕ» мощи в ранее благополучных регионах.

— Конфликт в Челябинске явно имел частный характер — подростки проявляли агрессию против полицейской машины, они действовали толпой, спонтанно, какого-либо руководства не было видно. Агрессия была кратковременной и не распространялась за пределы недолгого конфликта. Хулиганствующие подростки были пьяны и раздражены вполне конкретным событием (кстати, вызывает сомнение сопоставимость суровой уголовно-тюремной эстетики и этики с легкомысленным праздником красок Холи). Среди подростков не было «трудных». Особенность ситуации, заострившая на ней внимание и выделившая ее на фоне других подобных инцидентов, в том, что хулиганы зрелищно девять раз проскандировали «АУЕ!». Только это позволило определить ситуацию как связанную с модной темой АУЕ и представить ее как суперзначимую, показательную и типичную.

— Инцидент в Санкт-Петербурге тоже имел частный характер: несколько подростков проявляли агрессивность по отношению к прохожим; это были спонтанные действия, подогретые алкоголем; подростками никто не руководил, за ними не стояло никакой организации. Собственно, агрессию проявляли двое, один из которых ранее привлекался за кражу. Насколько можно судить по сообщениям СМИ, к деятельности «движения АУЕ» происходившее было отнесено только потому, что один из хулиганов постил в своем аккаунте какие-то предосудительные изображения. К сожалению, были, есть и будут трудные подростки, склонные к криминалу; в 2018 году в Санкт-Петербурге было выявлено 517 несовершеннолетних, совершивших преступления, в том числе тяжкие — 113 чел., особо тяжкие — 47 чел.[569] Но почему-то именно хулиганство 24 августа оказалось в центре общественного внимания и вызвало алармистские суждения о росте подростковой преступности. В Санкт-Петербурге ежедневно совершается множество преступлений, и не потому, что это криминальный город, а потому, что это город большой. Но эти преступления не попадают в новостную повестку и не вызывают повышенного ажиотажа, поскольку они не привязаны к скандальной теме АУЕ. Здесь же частный случай хулиганства оказался поводом для обобщения, что «движение АУЕ» якобы достигло в своем распространении северной столицы.

Таким же образом можно рассмотреть и большинство других случаев, которые чиновники и журналисты представляют как примеры деятельности «движения АУЕ». Как правило, все это частные случаи, каждый из которых обусловлен набором объективных причин и никак не связан с каким-либо «движением».

Как уже неоднократно говорилось выше [параграфы VII.1, VII.2], одним из признаков моральных паник является значительное количественное завышение показателей опасности. В случае «движения АУЕ» таковое тоже присутствует — об опасности этого «движения» говорят даже на фоне небывалого снижения преступности [параграф VII.3]. Трудно сказать, насколько точно ощущают численность «ауешников» рядовые граждане, но можно оценить, какими цифрами манипулируют моральные предприниматели, высказывающиеся на эту тему.

17 августа 2020 года журналисты со ссылкой на «источник в правоохранительных органах» сообщали, что «движение АУЕ» имеет «34 тыс. активных приверженцев в 40 регионах, из них до 40 % — подростки в возрасте 13–17 лет»[570]. Эти неофициальные цифры впоследствии воспроизводились в многочисленных публикациях по теме. Но кто входит в число «активных приверженцев»? Малолетние преступники, систематически занимающиеся криминальной деятельностью? Или несовершеннолетние, состоящие на учете в правоохранительных органах? Или сдатчики «грева»? Совершено непонятно, какова методика подсчета, давшего цифру, озвученную «источником в правоохранительных органах», тем более что есть данные об отсутствии какой-либо статистики еще в 2017 году[571].

Возникает подозрение, что подсчет был осуществлен методом наименьшего сопротивления — через сеть «ВКонтакте». Косвенно на это указывают, например, данные по Саратовской области. 25 марта 2020 года на заседании Саратовской областной думы начальник регионального ГУ МВД Н. И. Трифонов сообщил, что «по сведениям полиции, в Саратовской области насчитывается 574 человека, в том числе 296 несовершеннолетних, вовлеченных в деструктивную деятельность неформального прокриминального движения „АУЕ“»[572]. Также он сообщил, что «полиция выявила 201 ссылку на интернет-ресурсы, пропагандирующие эту субкультуру». 11 августа того же года пресс-служба прокуратуры Саратовской области заявила, что «среди участников сообществ [АУЕ] выявлено 570 лиц, проживающих на территории Саратовской области, из них 388 несовершеннолетних являлись подписчиками интернет-сообществ, пропагандирующих криминальные субкультуры»[573]. Обращает на себя внимание сходство цифр в первом и втором заявлениях (574 и 570), что позволяет предположить, что «вовлеченные в деструктивную деятельность неформального прокриминального движения „АУЕ“» и пользователи, подключенные к нежелательным интернет-сообществам, — это одна и та же группа лиц. К слову, последующий рассказ о деятельности правоохранительных органов Саратовской области позволяет предположить, что вся деятельность по борьбе с «субкультурой АУЕ» сводится к знакомству с соцсетями и ограничением доступа к нежелательным сообществам.

Несомненно, отождествление «активных приверженцев» «движения АУЕ» и участников ВК-сообществ, посвященных околокриминальной тематике (если такое отождествление есть), — крайне некорректный способ подсчета. Если пользователь Интернета заглядывает в сообщество со словом АУЕ в названии, это совершенно не значит, что он склонен к криминалу и проявляет активность как участник «движения АУЕ». Как уже говорилось в главе V, в настоящее время интернет-пользователи состоят во множестве интернет-сообществ и необязательно внимательно их читают — такое поверхностное восприятие информации свойственно современным людям, особенно подросткам. Эстетическое потребление контента совершенно не стимулирует тяги к преступной деятельности, тем более что, как уже неоднократно говорилось [глава IV], по своему содержанию подобные сообщества минимально связаны с криминалом и являются скорее «мужскими» пабликами. Кроме того, подростки, действительно ориентированные на криминальную карьеру, как раз и не будут проявлять лишнюю активность в социальных сетях — они юридически подкованы, осторожны и при возникновении опасности скорее выйдут из нежелательных сообществ.

Не исключено, что моральными предпринимателями завышается количество интернет-ресурсов, несущих, по их мнению, угрозу криминализации. Конечно, этот показатель оценивать трудно — неизвестно, по каким признакам определяется опасность того или иного ресурса, каковы критерии включения в этот список.

О количестве таких АУЕ-сообществ журналисты писали 17 августа 2020 года со ссылкой, опять же, на анонимный «источник в правоохранительных органах». Сообщалось, что «в одной из крупнейших российских соцсетей [видимо, „ВКонтакте“. — Д. Г.] сегодня насчитываются 39 тысяч групп АУЕ, в которых состоит более 6,5 миллиона пользователей»[574]. В других изданиях появилась следующая оценка (источник информации неясен): «В соцсетях идет активное распространение идеологии движения. Так, во „ВКонтакте“ выявлено 30 000 таких групп, на которые подписаны до 6,5 млн человек, в „Одноклассниках“ — 14 000 групп и 500 000 подписчиков, в Instagram — 22 страницы и 108 000 подписчиков, в Facebook — 12 страниц и 600 000 подписчиков. На видеохостинге YouTube порядка 2 млн каналов, которые размещают видео, вызывающие симпатию молодых людей к тюремным понятиям»[575].

Как уже говорилось в параграфе IV.1, по моим подсчетам, количество ВК-сообществ со словом АУЕ в названии составляло всего 329 (правда, подсчет велся на год раньше приведенных данных, в сентябре 2019 года). Возможно, учитывались не только ВК-сообщества, имеющие в названии интересующее нас слово из трех букв? Но, наблюдая за тематическим пространством с осени 2016 года, я вижу множество «пацанских» сообществ, которые спокойно пережили и блокировки 2017 — начала 2018 года, когда был закрыт доступ к 7 тысячам сайтов[576], и более поздние блокировки. В приведенных статистических данных неясно еще многое: как подсчитывается количество участников сообществ при условии, что многие пользователи наверняка входили в несколько сообществ одновременно? Как получено такое большое количество ютьюб-каналов, «вызывающих симпатию молодых людей к тюремным понятиям», если российский сегмент этого видеохостинга на тот момент составлял не более 1 млн каналов (2 % общемирового объема)? Учитываются ли «пустые» сообщества, существующие чисто номинально? И проч., и проч. Так или иначе, можно заключить следующее: количественные оценки, которые делаются моральными предпринимателями, явно стремятся к завышению, причем значительному.

Одним из способов манипуляции информацией в СМИ является тенденциозный подбор экспертов. Есть исходная концепция, которая должна быть поддержана подтверждающими высказываниями — соответственно, подбираются эксперты, которые готовы выразить именно ту точку зрения, которая нужна журналистам. Они своим авторитетом призваны легитимировать сказанное в передаче или статье. Так, для участия в алармистских публикациях, посвященных «движению АУЕ», охотно приглашаются «моральные предприниматели», озабоченные данной проблемой.

Мнение эксперта может и не совпадать с мнением журналистов, но из их высказываний можно вырезать отдельные места — из длительного интервью в итоговую публикацию может попасть всего одна фраза, соответствующая замыслу журналиста. Особенно заметна манипуляция с экспертными высказываниями на телевидении: если в печатной периодике текст обычно присылается на вычитку экспертам, то на телевидении такой практики нет. Лично я сталкивался с манипуляцией со стороны журналистов много раз; например, в феврале 2021 года телеканал «Россия 24» предложил мне высказаться по поводу одного из текущих новостных событий, связанных с темой АУЕ. Журналист Евгений Нипот взял у меня почти получасовое интервью, но в итоговый сюжет[577] вошло всего несколько секунд, в ходе которых я благодаря нарезке высказываю мнение, диаметрально противоположное моему.

Манипулятивное воздействие может осуществляться через подборку визуального ряда. Эффектные изображения, сопровождающие новость, позволяют, в частности, воздействовать на эмоции читателя или зрителя. В качестве примера можно привести описанный К. Томпсоном случай моральной паники, связанный со смертью юной девушки от наркотика-экстази. Ранее произошло около шестидесяти таких случаев, но только эта смерть всколыхнула общество, поскольку новостное сообщение впервые сопровождалось фотографией умирающей[578].

Активная манипуляция визуальными образами происходит и в связи с угрозой «движения АУЕ» особенно она заметна на телевидении. Для создания нужного информационного посыла тележурналисты подбирают изобразительный материал, стимулирующий эмоциональную реакцию читателя или зрителя. Происходит манипуляция ассоциациями, причем для этого могут привлекаться образы, не имеющие отношения к теме, вырванные из смыслового контекста, искаженные. Приведем несколько примеров того, как производилась манипуляция визуальным рядом в публикациях о «движении АУЕ».

— В приведенном выше алармистском сюжете телеканала НТВ[579] информация о «движении АУЕ» проговаривается на фоне видеозаписей драк, избиений и противоправных действий подростков. Предполагается, что все эти видеозаписи и отражают деятельность «движения АУЕ», о которых пойдет речь. Но в действительности в видеозаписях можно увидеть молодежь самую разную и не связанную с уголовно-тюремной средой: здесь школьный буллинг, драки футбольных фанатов, хулиганство разных видов, но это совершенно не говорит о какой-либо связи участников происходящего с «движением АУЕ».

— В том же упомянутом выше сюжете массовость «движения АУЕ» в восточных регионах России подчеркивается анимацией так, что эти регионы закрашиваются в черный цвет и на них ложатся «воровские звезды» (ил. 4б)[580]. Любой человек, заглядывавший в учебники истории, знает, что таким образом изображаются территории, оккупированные в ходе военных действий. Таким образом, происходящее подается как захватническая (и, судя по количеству потерянных территорий, почти проигранная) война. Эта творческая находка используется не только на НТВ: раньше такая инфографика была представлена, например, в сюжете украинского телеканала ICTV[581], причем опасность выражалась более последовательно — «армия» «движения АУЕ» не только захватила восток страны до Урала, но и направила острие своего удара на столицу (ил. 4а)[582].

— Как отмечалось в главе V, параграфе VII.2, наибольшую обеспокоенность у «моральных предпринимателей» вызывают случаи, когда «народные дьяволы» вторгаются в социальную среду, которая изначально максимально далека от тюремно-уголовной жизни. Соответственно, большое эмоциональное воздействие на зрителя оказывают фотографии и видеозаписи, предполагающие соотнесение тематики АУЕ и детей, особенно девочек. Например, во многих алармистских публикациях используется фотография: маленькая девочка мелом рисует на школьной доске «воровские звезды» и надпись АУЕ[583], этой фотографией проиллюстрировано не менее семидесяти публикаций в интернет-СМИ. Очевиден манипулятивный характер фотографии: если даже такое чистое дитя попало под влияние криминального движения — значит, последнее проникло везде; на самом же деле, фото, видимо, постановочное. Теми же причинами обусловлена популярность короткого видео, которое воспроизводится во многих видеосюжетах[584]: школьный класс (дети 10–11 лет) хором выкрикивает: «АУЕ! Жизнь ворам!» Дети, в том числе девочки, выступают как коллектив адептов «движения АУЕ». В то же время, как отмечалось в параграфе VI.4, и выкрики, и рисование звезд были игровыми практиками на пике популярности мема АУЕ в 2017 году.

[558] См. напр.: Что такое АУЕ и стоит ли его опасаться // Meduza. 20.06.2017. https://meduza.io/feature/2017/06/20/chto-takoe-aue-i-stoit-li-ego-opasatsya.

[559] Забайкальская каморра. Специальный репортаж Алексея Симахина // YouTube.com / Россия 24. 27.03.2016. https://www.youtube.com/watch?v= DzV8JAhb1yc&t=571s. 24:00.

[560] Собиратель «общака»: Это не «грев», а вымогательство у лохов // Вечорка. 30.06.2017. https://gazetavechorka.ru/news/2017/06/30/sobiratel-obschaka-eto-ne-grev-a-vymogatel-stvo-u-lohov.

[561] Скойбеда У. Цель АУЕ: уголовники хотят…

[562] «ЧП. Расследование»: «АУЕвшие детки»…

[563] АУЕ-банда терроризирует целое село в Забайкалье, собирая деньги на «общак» — СМИ // Чита. Ру. 08.11.2019. https://www.chita.ru/news/137675.

[564] В Байгуле все спокойно. Куда пропало АУЕ? // ZabTV. 27.11.2019. https://zab.tv/news/62860.

[565] Российские школьницы жестоко избили сверстницу в туалете и сняли это на видео // Lenta.ru. 26.11.2019. https://lenta.ru/news/2019/11/25/school_cruelty.

[566] Жестоко избившие сверстницу российские школьницы оказались поклонницами АУЕ // Lenta.ru. 26.11.2019. https://lenta.ru/news/2019/11/26/aaauuueee.

[567] Tolboll M. A Dictionary of Thought Distortions. BookBaby, 2014.

[568] См., напр.: Тарасов А. Страна из трех букв… и др.

[569] Выявлено несовершеннолетних лиц, совершивших преступления [2011–2020] // Генеральная прокуратура Российской Федерации. Портал правовой статистики. http://crimestat.ru/offenses_table.

[570] Источник назвал количество приверженцев запрещенного в РФ движения АУЕ // Известия. 17.08.2020. https://iz.ru/1049178/2020-08-17/istochnik-nazval-kolichestvo-priverzhentcev-zapreshchennogo-v-rf-dvizheniia-aue.

[571] «Ребята, вы в своем уме вообще?»…

[572] Начальник ГУ МВД рассказал о численности субкультуры «АУЕ» в Саратовской области // ИА «Свободные новости». 25.03.2020. https://fn-volga.ru/news/view/id/141773.

[573] Прокуратура нашла в Саратовской области сотни подростков из субкультуры «АУЕ» // ИА «Свободные новости». 11.08.2020. https://fn-volga.ru/news/view/id/149254.

[574] В России запретили движение АУЕ // Lenta.ru. 17.08.2020. https://lenta.ru/brief/2020/08/17/aue.

[575] Движение «АУЕ» признано экстремистским // Право. ru. 17.08.2020. https://pravo.ru/news/224823.

[576] Генпрокуратура хочет запретить СМИ рассказывать о преступлениях подростков // NEWSru.com. 23.10.2019. https://www.newsru.com/russia/23oct2019/genproc.html.

[577] В колониях Калмыкии накрыли ячейки запрещенного в РФ движения АУЕ — Россия 24 // Россия 24. 11.02.2021. https://www.youtube.com/watch?v=DVFKrAWQY8c.

[578] Thompson K. Moral panics… Р. 51–52.

[579] «ЧП. Расследование»: «АУЕвшие детки»…

[580] Там же.

[581] Молодежное движение «АУЕ» в России: тюремная романтика и террор — Гражданская оборона, 05.09.2017 // YouTube.com / Телеканал ICTV. 05.09.2017. https://www.youtube.com/watch?v=hxqOH2gTQ1U.

[582] Молодежное движение «АУЕ» в России: тюремная романтика и террор — Гражданская оборона, 05.09.2017 // YouTube.com / Телеканал ICTV. 05.09.2017. https://www.youtube.com/watch?v=hxqOH2gTQ1U.

[583] Откуда берутся дети АУЕ // СоцИнформБюро. 08.12.2016. https://volgasib.ru/virtual/obshestvo/otkuda-berutsya-deti-aue.

[584] См. напр.: «ЧП. Расследование»: «АУЕвшие детки»… 0:55.