«Голубки Марка, вечер осиян…». – Печ. по: Лопатто Михаил. Стихи. Paris, 1959. С. 59–61.
Кампана (итал.) – колокол. Аббат-атей – по мнению Стефано Гардзонио, в названии вина abate ateo содержится намек на Казанову: abbé athée, аббат-атеист.
Байрон в Венеции («Кто так надменно, так покорно…»). – Печ. по: Лопатто Михаил. Стихи. Paris, 1959. С. 62.
Тереза – графиня Тереза Гвиччиоли (1800–1873), возлюбленная Байрона, которая написала книжку о его жизни в Италии. Автор массивной монографии, посвященной их роману, признавал: «Слишком много было сказано в других местах о его венецианском периоде, чтобы снова повторять это. Его собственные письма и рассказы его друзей описывают состояние горького отчаяния, в котором он прибыл туда, и моментальную очарованность городом – „самым зеленым островом моего воображения“. В них описаны огромные пустые помещения палаццо Мочениго и длинные процессии прекрасных дам, странных животных и любопытствующих британских визитеров, прошедших через них. <…> О каждом эпизоде также было сказано-пересказано: полуночные заплывы в Большом канале, конные выезды на Лидо, часы занятий в библиотеке армянского монастыря» (Iris Origo. The Last Attachment: The Story of Byron and Teresa Guiccioli as Told in Their Unpublished Letters and Other Family Papers. London, 1949. P. 30).
Мушку – «Еще одной женской микромаской была искусственная родинка. Ее называли мушкой, москетой [moscheta]. Она не то чтобы не скрывала, а, наоборот, выделяла точку на лице или декольте, как будто кожа обуглилась под пристальными взглядами, обращенными на женщину сквозь увеличительное стекло желания» (Скарпа Т. Венеция – это рыба / Пер. Г. Киселева. М., 2011. C. 83–85).
«Густое черное вино…» – Печ. по: Лопатто Михаил. Стихи. Paris, 1959. С. 63.
Яков Лурье
<Пародия> на Гумилева («Меж двух каналов венецианских…»). – Печ. по: Аполлон Гугня. 1913–1920. Творения / Редакция, комментарии и вступ. статьи д-ра Б. О. Изверга <Н. М. Конге>, проф. Вик. Ослова <Я. С. Лурье> и акад. Чичера <Гальковский>. 2029. Бухтырки-на-Амазонке // Новое литературное обозрение. 1995. № 11. С. 12–13 (публикация и послесловие М. Кралина). Воспользовавшись случаем, отметим, что третий, оставшийся неопознанным в публикации 1995 года, соавтор коллективного «Аполлона Гугни» (перу которого принадлежит, в частности, напечатанная там же пародия на Мандельштама) – Василий Михайлович Гальковский (1907–1975), однокурсник Лурье по Институту истории искусств, впоследствии – драматург, работавший для эстрады. Предварительный очерк его биографии: Писатели Ленинграда. Биобиблиографический справочник. 1934–1981. Л., 1982. С. 77.
Павел Лыжин
Закат Казановы. Октавы («Претит мне этот край и целый свет не мил!…»). – Печ. по: Нечаев В. П. В поисках минувшего. Из жизни Русского зарубежья. Очерки. Беседы. Документы. М., 2011. С. 206–209. Ср.: Лыжин П. Последнее приключение кавалера де-Сенгальта. Из альбома «Пражские тени». 1919 // Россия и Славянство. 1929. № 30. 22 июня. С. 7.
Константин Льдов
«И мне сверкали вы бывало…» – Печ. по: Огонек. 1912. № 18. С. [9].
Сергей Маковский
Венецианские ночи (сонеты). 1. «Всю ночь – о, бред! – в серебролунных залах…»; 2. «Ленивый плеск, серебряная тишь…»; 3. «Ленивый плеск, серебряная гладь…». – Печ. по: Ковчег. Сборник союза русских писателей в Чехословакии. Под редакцией Вал. Булгакова, С. В. Завадского, Марины Цветаевой. Вып. 1. Прага, 1926. С. 1–2.
«Неверия и веры слепота…» – Печ. по: Маковский С. Год в усадьбе. Стихи. Париж, 1949. С. 79 (входит в венок сонетов «Костел»).
«На веницейском кладбище когда-то…» – Печ. по: Маковский С. Год в усадьбе. Париж, 1949. С. 91 (первый сонет из цикла «Amor omnia»).
Варвара Малахиева-Мирович
«На мраморную балюстраду…» – Печ. по: Малахиева-Мирович В. Хризалида. М., 2013. С. 124–125 (публ. Т. Нешумовой). В примечаниях приводится помета автора: «О Ростове» (Там же. С. 524).
«Цикламена бабочки застыли на столе…» – Печ. по: Малахиева-Мирович В. Хризалида. М., 2013. С. 140–141 (публ. Т. Нешумовой). Адресат посвящения – Тарасова Алла Константиновна (1898–1973) – актриса, близкая подруга Малахиевой-Мирович. Сюжет стихотворения связан с ее возвращением в Советскую Россию в 1924 году. Кузьмина – ее фамилия по первому мужу, морскому офицеру Александру Петровичу Кузьмину (1891–1974).
Сергей Мамонтов
Жемчужина морей («Солнце льет потоком пламень…»). – Впервые: Мамонтов С. Стихотворения. М., 1896. С. 20–22. Печ. по: Женское дело. 1912. № 17. С. 13.
Осип Мандельштам
«Веницейской жизни мрачной и бесплодной…» – Впервые: Альманах Цеха поэтов. Книга вторая. Пг., 1921. С. 27. Печ. по: Мандельштам О. Стихотворения. М.; Л., 1928. С. 129–130.
Ср.: «И о каком другом городе возможно было бы написать:
При всех различиях не только эти четыре стиха, но и все стихотворения 1920 года, откуда они взяты, все-таки ближе к венецианским стихотворениям Гумилева и Ахматовой, чем Блока, который даже и в первом из трех, самом „венецианском“, не столько Венецию, пусть и свою, почувствовать нам дает, сколько себя в Венеции» (Вейдле В. Петербургская поэтика // Гумилев Н. С. Собрание сочинений: В 4 т. Т. 4 / Под ред. проф. Г. П. Струве и Б. А. Филиппова. Вашингтон, 1968. С. XII). Разборы стихотворения: Сегал Д. М. Литература как охранная грамота. М., 2006. С. 355–376; Иваск Ю. «Венеция» Блока и Мандельштама // НЖ. 1976. № 122. С. 113–126; Anna Lisa Crone. Blok’s «Venecija» and Molnii iskusstva as Inspiration to Mandel’shtam: Parallels in the Italian Materials // Aleksandr Blok Centennial Conference / Editors Walter N. Vickery, Bogdan B. Sagatov. Columbus, Ohio, 1984. P. 73–88; Сегал Д. Осип Мандельштам: история и поэтика. Jerusalem; Berkeley, 1998. Ч. 1. Кн. 2. С. 607–610; Гаспаров М. Л., Ронен О. О «Веницейской жизни…» О. Мандельштама: Опыт комментария // Звезда. 2002. № 2. С. 193–202; Кузьмина С. Ф. «Tristia» О. Мандельштама: традиция – текст – поэтика // Научные труды кафедры русской литературы БГУ. Вып. 1. Минск, 2002. С. 96–97; Кулик А. «Значение светло»: ключ к «Веницейской жизни» Осипа Мандельштама // Wiener Slavistisches Jahrbuch (Neue Folge). Vol. 3. 2015. P. 103–134; перечень других немалочисленных опытов анализа: Мандельштам О. Собрание стихотворений / Cост. О. А. Лекманова, М. А. Амелина, предисл. О. А. Лекманова, коммент. и библиогр. О. А. Лекманова, Е. А. Глуховской, А. А. Чабан. М., 2017. С. 384.
Белый снег – один из мотивов венецианской городской мифологии, от пьесы Гольдони «Перекресток» (Il Campiello) до короткометражного документального фильма 1932 года «Венеция под снегом» (Venezia sotto la neve). В 1864 году его наблюдал П. А. Вяземский и писал в стихах Ф. И. Тютчеву: «Метет метелица на Пьяце, / Как на Царицыном лугу». Заснеженные каналы изображены на ведутах Гварди и Каналетто. Этому явлению посвящено стихотворение Петра Вегина «Снег над Венецией» (НМ. 1976. № 7. С. 3) – разбор этого стихотворения см.: Franz, Norbert. Zur zeitgenössischen russisch-sowjetischen Italiendichtung // Russische Lyrik heute. Interpretationen – Übersetzungen – Bibliographien Herausgegeben von Eberhard Reißner. Mainz, 1983. S. 45–48.
Сусанна и старцы – сюжет полотен нескольких венецианских живописцев XVI века: Якопо Бассано (дважды), Пальмы Младшего (его работа – в галерее Академии в Венеции), Паоло Веронезе (дважды), Якопо Тинторетто (четырежды). К последней из Сусанн (к той, что в Лувре, с ее алебастровым телом) свои претензии («слоеный жир на пышном животе, а сквозь бедро просвечивает сало», «весь этот зельц перетопить на свечи») изложил Илья Сельвинский в стихотворении «Тинторетто. Сюзанна в бане» (Сельвинский И. Избранные произведения. Л., 1972. С. 173). Генрих Тоде, на курс которого по венецианской живописи в Гейдельбергском университете Мандельштам записывался, писал о луврской Сусанне: «…с потрясающей наивностью и естественностью он представляет нам красавицу, сидящую на фоне кустов на берегу полного живности водоема и взирающую на нас тициановским взглядом. Одна из служанок расчесывает ее волосы, другая обстригает ногти на ногах. Насыщенной красочности этой картины художник создает гениальное противопоставление в виде находящейся ныне в Вене версии того же сюжета. На венской картине светлое мерцание почти белого дневного света придает пышной фигуре Сусанны, вытирающейся после купания и рассматривающей себя в зеркало, неземную прозрачность белого облака, одновременно пробуждая трепещущую жизнь в кустах, деревьях и цветах задумчивого сада. При таком свете даже образы обоих старцев, с лукавством и изобретательностью спрятанные художником за поросшей розами изгородью, кажутся естественной деталью пейзажа» (Henry Thode. Tintoretto. Leipzig, 1901. S. 88).
История Сусанны изображена на мозаике в Сан-Марко: «Как и везде в Италии, я увидел и здесь богатство библейских сюжетов, любящую разработку идиллического быта почти еще пастушеского народа. Вот, напр., история Сусанны, переданная в четырех рядом стоящих картинах: тут и муж ее Хелкия, и ее опечаленные родители, и отрок Даниил, и обвиняющие чистую жену старцы. Главу Даниила читаем в картинах. Судьи израилевы, первосвященники, герои, цари – все в живом изображении, все взято в быте, а не портретно и мертво; все это не торчит перед вами немым идолом, которому поклонился, ничего не почувствовал и отошел» (Розанов В. Итальянские впечатления. СПб., 1909. С. 229).
Нина Манухина
L’heure mauve à Venise («Мы встретились с тобой в лиловый час…»). – Печ. по: Манухина Нина. Не то… Лирика. <Кашин,> 1920. С. 54. Название («Лиловый час в Венеции»; фр.) восходит, вероятно, к одноименной картине художника Л. де Жонсьера (Leonce De Joncières; 1871–1947), выставлявшейся на Парижском салоне и воспроизводившейся на открытках.