Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я у них сдувал все, что было связано с грамматикой и орфографией русского языка: всякие диктанты, изложения, но все равно из-за рассеянности и последующих сомнений в правильности даже списанного умудрялся лепить ошибки на ровном месте. У меня есть такая врожденная способность – одно и то же слово я могу три раза по-разному написать. И это не только русского касается, такая же проблема потом возникла у меня и с французским. Мои преподавательницы по языку только удивлялись, как это мне удается. Зато все остальные предметы Наталья и Ирка у меня сдували. Вот такой был симбиоз. К тому же, зрение мое начало быстро портиться. Я уже совсем плохо видел написанное на доске, а в очках ходить стеснялся. Поэтому все что учителя на ней писали, тоже подсматривал у них. И еще время от времени новенькие книжечки, в том числе поэзию, подруги мне подтаскивали. Не знаю, откуда добывали, хотя тогда вроде и особых проблем и не было. Но это как посмотреть, как сейчас помню, Наташка принесла мне (почитать) первую опубликованную повесть Василия Аксенова «Коллеги», а Ирка вообще подарила первые тоненькие сборники стихов Новеллы Матвеевой.

Вот она же меня этим котенком и наградила, проведя предварительно рекламную кампанию. Сказала, что пушистость у него, может быть, и подкачает, зато умница будет точно. Родители уже в трех поколениях этим славятся, поскольку охотники знаменитые и на мышей, и на крыс. Их котята только по предварительным заказам расходятся, да еще и в очередь надо вставать. А мне вот повезло – получу от нее по блату!

Это случилось уже после окончания школы и отъезда родителей в Камбоджу. Наталья куда-то делась, а Ирка так в нашей компании и осталась. А так как обзаведение котенком я с родителями заранее обговорил как непременное условие того, что я остаюсь в Ярославле и всех знакомых об этом оповестил, вот мне счастье и привалило. Причем совершенно искренне это пишу.

Ему было чуть больше месяца: считайте, он стал моим персональным воспитанником с самого младенчества. Ну и бабушка тоже руку приложила. Котенок и в самом деле был умницей с самого раннего детства. Ему достаточно было один раз показать, как ходить в унитаз, и этого хватило. Положили туда бумажки из его кошачьего туалета, помогли запрыгнуть, он понюхал и тут же лужицу пустил. Бабушка была просто потрясена и очень рада.

Ну и вопрос возник, как его назвать. Я хотел сначала Збышеком в честь Збигнева Цибульского и своего якобы польского происхождения. Однако моя любовь к футболу победила, и он стал Эдиком – естественно, в честь Эдуарда Стрельцова. Но бабушка упорно звала его Котей, поэтому в итоге пришлось согласиться на компромисс и оставить двойное имя Котя-Эдик.

(Кстати, о двойных именах. Когда родился сын, я тоже захотел дать ему двойное имя Ян-Ярослав. Но сотрудницы ЗАГС уперлись насмерть, нельзя двойное имя иметь и все. Я им говорю:

– Хорошо, именно это нельзя, а БАМ-КамАЗ можно? Ну-ка попробуйте мне сказать, что нельзя и запретить его так назвать.

В чем в чем, а в демагогии я уже был подкован.

– Записывайте: БАМ-КамАЗ. А то сейчас позвоню куда надо, и будете потом объясняться, почему это у вас патриотизм не в чести.

А сам испугался, вдруг, думаю, возьмут и сдуру напишут? Как потом задний ход давать и к первому варианту возвращаться? Но они впали в транс и вызвали начальницу. Та в демагогии тоже была неплохо подкована и к вопросу подошла с другой стороны:

– В принципе, мы не против. БАМ-КамАЗ мы, конечно, записать можем, но умоляю, уважаемые родители, вы же люди умные, не портите жизнь ребенка! Его же дразнить станут.

И сама ловко перескочила на мой вариант:

– Вот вы сами подумайте, такое прекрасное русское имя Ярослав. Ну зачем вам еще и Ян? Или может он еврей?

Это был неожиданный поворот. Я еще и про поляков не начал выступать с контраргументами, как моя супруга, которую назвали умной родительницей, до сих пор молча хранившая нейтралитет, вдруг однозначно заявила:

– Да, вы правы, а мы согласны на Ярослава. Так и запишите).

Но это было совсем потом. А в тот период моей студенческой ярославской жизни я впервые получил возможность существовать в одиночестве, в комнате родителей. А так как не сильно был озабочен регулярным посещением лекций, то часами валялся на диване и читал. И меня никто не трогал, жизни не учил. Просто лепота!

Естественно, кот все время проводил со мной, и я его сразу же начал тренировать в прыжках в высоту. Сам еще совсем недавно ими занимался. Прилеплял маленькие кусочки мяса на стенку, а он за ним прыгал, сбивал их лапой и съедал. А я расстояние до приманки все увеличивал, увеличивал и постепенно дошел до выключателя. И когда он готовился к прыжку, говорил:

– Ап! Эдичка, туши свет!

В итоге я добился такого супер эффекта – хоть в театре Куклачева показывай. Скажем, приходят ко мне какие-нибудь нудные гости и сидят допоздна. Вот, например, Титыч с Усовым взяли такую моду – зайдут, вроде случайно, и усаживаются за шахматы. Им, видите ли, тут было удобно в них играть. Уже поздно, а они все сидят и сидят, шахматисты хреновы. Я в таких случаях дверь приоткрывал и кричал:

– Котенька! Эдик! Ты где?

Он немедленно являлся. И в этот момент я говорил:

– Эдя, красавец, иди сюда. Ап!

Он прыгал и лапой лупил по выключателю. Какие после этого могли быть шахматы? Я их выпроваживал и, конечно, кошенятина получал свою порцию мяса. Народ из группы часто меня навещал и просто обалдевал от такого номера. Не кот, цирковой артист. Как только девицы его ни тискали, но он героически все терпел.

Были и другие ситуации, когда я его целенаправленно просил свет потушить. Прекрасный был отвлекающий момент. Щелк И вдруг наступал романтический полумрак. А я вроде и ни при чем.

Котенок был настолько ко мне привязан, что я его нутром чувствовал. Мне казалось, я понимал, чего он хочет и про что рассказывает. Особенно когда он в знак одобрения наших бесед начинал об меня лбом тереться. По ночам забирался ко мне под одеяло, растягивался и дрых. Не сворачивался клубочком в ногах, а действительно растягивался вдоль тела сбоку. Приходилось быть осторожным, сильно не ворочаться. Когда я уходил из квартиры, он выбегал в прихожую прощаться. А уж как радовался при встрече.

Я боялся его выпускать на улицу, но в конце февраля начались проблемы, углы он не метил, но проситься наружу стал энергично и громко. И рановато вроде – ему только 6 месяцев сравнялось, да и снег еще лежал. А у меня руки не поднимались самому его во двор вынести – в неизвестность. Но держать кота по другим правилам тогда просто не представлялось возможным: все считали, что у кошачьих должна быть и своя самостоятельная жизнь. Про кастрацию вообще не говорю, понятия такого не было. И пока я так дергался в нерешительности, он однажды просто прыгнул со стола на форточку, с форточки – на балкон и… привет! Все мои призывные крики ничего не дали. Я выскочил, обежал дом, но куда там… Заметил только, как он лихо с крыши дальнего от меня киоска спрыгнул вниз и растворился в вечерней полутьме. А перед этим, значит, с козырька гастронома сиганул на киоск, прямо каскадер какой-то. Хорошо, что магазин был уже закрыт, и людей на улице почти не было.

Ох, долго я заснуть не мог, ворочаться по привычке боялся, а под боком никого и не было. Лежал и все прикидывал варианты: хорошо, если во дворы заскочит, а если, не дай Бог, через проспект его понесет? А как же он опять сможет на балкон попасть? Третий этаж как-никак – это ж не спрыгивать, а запрыгивать надо.

(Кстати, я и потом долго не понимал, как он это делает, пока сам не увидел. Оказывается, около балкона какая-то вертикальная деревянная коробка стояла, что-то, видно, закрывала в стене. Так он ей и пользовался для возвращения. Как предпоследним этапом маршрута «Крыша киоска – козырек гастронома – коробка – балкон» (и как потом оказалось, не только наш). Этот же маршрут и для спуска применял. Повезло мне, однако, но такой хитрый путь еще надо было освоить. И чтобы с одного раза – просто удивительно. Далеко не всем такое бы удалось, а Котя, он же умница Эдик, он же первопроходец с двойным именем, сразу маршрут просек и потом пользовался им неоднократно.

Впоследствии его еще более умный последователь так же уходил и возвращался (я сам видел), с примагазинных ящиков заскакивал на крышу киосков (их было два, и они стояли с обеих сторон козырька, так он еще выбирал, где ему удобнее), ну и дальше – смотри выше.

А я в первый его уход только под утро заснул и уже свозь сон почувствовал, как кто-то холодный забирается ко мне под одеяло. Ох, как же я обрадовался несказанно! Понесся на кухню, чтобы разморозить своему умному гуляке кусочки мяса.