MoreKnig.org

Слухи, образы, эмоции. Массовые настроения россиян в годы войны и революции, 1914–1918: читать начало книги онлайн

Автор: Аксенов Владислав



Шрифт:

Апрель: Слухи о новом готовящемся погроме в Москве.

Май — август: Новых сюжетов не выявлено.

Сентябрь: Слух о том, что Николай II собирается стать патриархом.

Октябрь: Слух о том, что полицию вооружают пулеметами для подавления возможных в скором времени возмущений; Слух о новом наборе новобранцев; Слух о том, что Протопопов сумасшедший.

Ноябрь: Слух о разводе царя с царицей; Слух о том, что царь будет советоваться с народом, продолжать ли войну; Слухи о дерзкой речи П. Н. Милюкова, оскорбившего царя и царицу; Слухи о наркотической зависимости Николая II; Слух о передаче Николаем командования армией А. А. Брусилову или М. В. Алексееву.

Декабрь: Слух, что Распутин жив.

Январь: Слух о покушении офицера на Александру Федоровну; Слухи о приближении голода; Слух о том, что правительство советуется с духом Распутина.

Февраль: Слухи о рабочих выступлениях 14 февраля; Слухи о расставленных на крышах «протопоповских пулеметах»; Слухи, что хлеб не привозят по приказу Протопопова, планирующего спровоцировать беспорядки; Слух о введении в Петрограде карточек и ограничениях продажи хлеба; Слух о том, что П. Н. Милюков ходит по заводам и раздает рабочим оружие.

Мистификация общественного сознания: от оккультизма к слухам о «спиритическом министерстве» и рождению лжепророков

Время Первой мировой войны характеризовалось иррационализацией массового сознания, повышением роли слухов, которые провоцировали бурные эмоции. Наступала новая эпоха масс, чувственное начало подчиняло себе начало рациональное. Впрочем, как заметили В. В. Шелохаев и К. А. Соловьев, подобные опасения высказывала русская либеральная интеллигенция с самого начала ХX в., предчувствуя «конец той эпохи, которая безусловно верила в торжество человеческого разума»[1352]. Одним из признаков иррационализации массового сознания оказывалось увлечение мистикой.

Начавшаяся война ожидаемо повысила религиозность общества. В городе это проявилось в возросшем внимании к восточным мистическим учениям. Особенным успехом пользовались различные формы оккультизма, спиритуализма, обыватели увлеклись гаданиями, включая хиромантию, нумерологию и пр. Вероятно, не последнюю роль в этом сыграло августовское солнечное затмение 1914 г., заставившее некоторых представителей общества интерпретировать войну в эсхатологическом ключе, а также появление «кометы войны» той же осенью. «На небе к удовольствию суеверных людей появилась комета», — иронизировал 2 сентября В. А. Городцов, а через год сам увлекшийся чтением «Первоначальных сведений по оккультизму» Папюса[1353]. Вместе с тем следует отметить, что проявившийся интерес к мистицизму имел более глубокие корни. Кризис официальной православной церкви выражался, в частности, в развитии мистических сект — скопцов, хлыстов, малёванцев, к которым проявляли интерес и представители высшего света.

Определенный этап популяризации мистического спиритуализма в Европе и России связан с именем известной путешественницы, литератора-философа, а также практикующей мистификаторши Е. П. Блаватской, которая, совершив кругосветное путешествие, вернулась в 1858 г. в Россию, чтобы, по мнению некоторых исследователей, заразить увлечением спиритуалистическими сеансами петербургское общество[1354]. Слава первой женщины, проникшей в Тибет, создавала вокруг Блаватской ореол таинственности, способствовала ее успешной практике гипнотизера и распространению соответствующих увлечений. Впрочем, помимо Блаватской слава хранительниц тайных, оккультных знаний еще ранее принадлежала баронессе Варваре фон Крюденер, под чье влияние попал Александр I, Екатерине Татариновой, организовавшей в Михайловском замке мистический кружок. Все они пытались соединить оккультные науки с христианством, интересовались русским сектантством.

На рубеже XIX–XX вв. в российской семиосфере отчетливо проявляются мотивы мистической мифологии, причем, если в произведениях Н. В. Гоголя («Вечера на хуторе близ Диканьки», «Вий»), А. К. Толстого («Упырь», «Семья вурдалака») заметно влияние славянского фольклора, в творчестве В. Ф. Одоевского обнаруживается связь с западной демонологией и алхимией (не помешавшей ему, впрочем, в романе «4338‐й год» предсказать появление интернета в 1837 г.), то в ряде произведений Серебряного века мистицизм обнаруживает восточные корни: например, в одном из самых известных оккультных романов рубежа XIX–XX вв. «Жар — цвет» А. В. Амфитеатрова или в скандально известных произведениях писательницы Анны Мар, один лишь псевдоним которой, взятый из буддистской канонической поэзии (злое божество Мара — враг Будды), указывал на восточно-мистические корни.

А. Эткинд проводит мысль о том, что в семиосфере Серебряного века и психологии российских революционеров обнаруживаются общие традиции хлыстовства и скопчества. Так, например, в 1905 г. В. Розанов, В. Иванов и Н. Минский проводили «собрания», на которых устраивали мистерические кровопускания и коллективные испития крови, характерные для русского сектантства[1355]. Некоторое время жил в хлыстовской общине поэт Николай Клюев, но сбежал перед угрозой оскопления, однако хлыстовские мотивы сохранил в своем творчестве. Клюев впоследствии признавался: «Лучшие мои произведения всегда вызывали у разных ученых, у людей недоумение и непонимание. Во всем Питере и Москве мои хлыстовские распевцы слушал один Виктор Сергеевич Миролюбов. Зато в народе они живы за их красоту, глубину и подлинность»[1356]. Клюев явно скромничал, ибо его народная мифология оказала определенное влияние на С. Есенина, В. Брюсова, А. Блока. По воспоминаниям современников, А. Блок как-то сказал о Клюеве: «Христос среди нас» (христос — одно из названий хлыстов). Эткинд обнаруживает хлыстовские идеи в образах героев-революционеров из поэтических произведений Блока, Мандельштама. В апреле 1918 г. Блок написал эссе «Катилина», в котором назвал римского заговорщика «большевиком», а его бунт представил через сопоставление с сюжетом стихотворения Катулла «Аттис», где юноша оскопляет себя в порыве ненависти к Венере. Акт оскопления Блок посчитал революционным актом. А. Эткинд дает следующую характеристику философским исканиям Серебряного века: «Стремление смешать полы и полярности вообще характерно для Серебряного века. Новое религиозное сознание пыталось соединить мужское и женское, природное и культурное, земное и небесное в единых мистико-эротических образах»[1357]. Действительно, поиски новых духовных опор ввиду краха официальной православно-патерналистской государственной доктрины были характерны практически для всей российской интеллигенции: от крайне правых до левых. Любопытно, что Эткинд в этих поисках, соединяющих оппозиционные начала, усматривает признаки амбивалентности, т. е. алогизма, характерные для устной народной культуры. Д. С. Мережковский, которого также не обошли поиски мистических идеалов Модерна, писал об амбивалентности религиозно-мистического атеизма русских революционеров: «Вера и сознание веры не одно и то же. Не все, кто думает верить, — верит; и не все, кто думает не верить, — не верит. У русской интеллигенции нет еще религиозного сознания, исповедания, но есть уже великая и все возрастающая религиозная жажда… Иногда кажется, что атеизм русской интеллигенции — какой-то особенный, мистический атеизм»[1358].

Мистико-садомазохистская тематика проявлялась в разных формах в произведениях Серебряного века. В романе «Женщина на кресте» А. Мар соединила садомазохизм декаданса с актуальными проблемами равноправия женщин. В работах А. Эткинда, М. Могильнер, Л. Энгельштейн и других авторов, исследовавших семиотическое пространство начала ХX в., прослеживается связь революционной психологии и сексуальной революции в контексте мифологем Серебряного века[1359]. Л. Энгельштейн связала социально-психологические особенности городской повседневности с нереализованными революционными ожиданиями российской интеллигенции, что вылилось в сексуальную революцию начала ХX в., проявившуюся не только в семиотическом пространстве (главным образом в литературе символизма), но и в общественной жизни молодежи[1360]. Даже усвоившие социал-демократическую риторику, но зараженные сектантскими идеями представители интеллигенции умудрялись сочетать эти мировоззренческие системы. Ярче всего подобное сочетание, вероятно, проявилось в поэзии Н. А. Клюева, сочувствовавшего левым эсерам, писавшего стихи о Ленине, но вместе с тем рассуждавшего и о Христе: «Мой Христос не похож на Христа Андрея Белого. Если Христос только монада, гиацинт, преломляющий мир и тем самым творящий его в прозрачности, только лилия, самодовлеющая в белизне, и если жизнь — то жизнь пляшущего кристалла, то для меня Христос — вечная неиссякаемая удойная сила, член, рассекающий миры во влагалище, и в нашем мире прорезавшийся залупкой — вещественным солнцем, золотым семенем непрерывно оплодотворяющий корову и бабу, пихту и пчелу, мир воздушный и преисподний — огненный»[1361]. Подобные хлыстовские интерпретации сущности Христа гармонично сочетались с утопическими представлениями о природе революции как огне, порождающем новую жизнь. Так, Е. Замятин в статье «О литературе, революции, энтропии и о прочем» записал: «Багров, огнен, смертелен закон революции, но эта смерть — для зачатия новой жизни, звезды»[1362]. Даже находившийся в вынужденной эмиграции А. Аверченко в предисловии к сборнику своих «антиреволюционных» рассказов «Дюжина ножей в спину революции» писал: «Революция — сверкающая прекрасная молния, революция — божественно красивое лицо озаренного гневом Рока, революция — ослепительно яркая ракета, взлетевшая радугой среди сырого мрака!»[1363] Таким образом, в семиосфере начала века происходило скрещивание божественного начала в образе Христа с другим созидательным началом в образе революции. Это неизбежно приводило к ревизии религиозных представлений россиян, чей Христос освобождался от православных одежд и облачался в хлыстовские одеяния. Один из самых популярных в молодежной среде литературных героев арцыбашевский Санин артикулировал модный религиозно-философский нигилизм, сводившийся к формуле «Христос был прекрасен, христиане — ничтожны»[1364]. Распространявшиеся революционная идеология и религиозное сектантство являлись, таким образом, звеньями одной цепи.

Гремучая смесь восточно-мистических, русско-сектантских, западно-декадентских мотивов культуры Серебряного века, опыты использования наркотических веществ заставляют современных авторов пересматривать известные стереотипы об этой эпохе. Эткинд приходит к выводу, что «культура Серебряного века насыщена то явными, то смутными, то скрытыми отсылками к опыту русских сектантов. Секты по-своему решали те же проблемы русской жизни, на которых сосредотачивались интеллигентские салоны и политические партии»[1365]. В. П. Булдаков и Т. Г. Леонтьева отмечают, что в семиосфере Серебряного века явственно проступали краски приближающегося заката: «Часто предвестьем конца бывает пышный закат. Психическое и интеллектуальное пространство обреченной империи достигает невиданного напряжения. Отсюда и российский Серебряный век — эта лебединая песнь старой культуры, обычно принимаемая за ее естественное цветение»[1366].

Мистические мотивы обнаруживаются в творчестве пролетариев. М. Стейнберг, изучив лексику рабочих поэтов, писателей начала ХX в., обратил внимание на присущую их произведениям трансгрессивность: попытку выйти за границы известной им материальной реальности. По мнению исследователя, «рабочие писатели были вдохновлены ярко выраженной пролетарской эпистемологией, которая, исходя из повседневного опыта, признавала, что мир невозможно понять только рационально, а требует эмоциональной интуиции и знаний»[1367].

В 1914 г. известный в прошлом московский спирит В. П. Быков, руководитель кружка «Спиритуалистов-догматиков», издатель соответствующих журналов, выпустил пятисотстраничную книгу «Спиритизм перед судом науки, общества и религии», в которой с позиции христианской церкви описал историю, дал философскую и научную оценку этого явления. Он отмечал огромное распространение оккультных идей в обществе и на примере подписчиков своих журналов приводил социальный срез увлекающихся спиритуализмом: эти идеи пользовались популярностью у 27 % крестьян, у 53 %, чиновников, служащих, у 12 % лиц свободных профессий, у 8 % представителей духовенства[1368]. Быков, разочаровавшийся в оккультизме и вернувшийся в Церковь, предпринял в книге попытку разоблачения сеансов магии, с которыми был знаком, однако признавал при этом, что в некоторых случаях спиритуалистам удается вызвать настоящих духов, но это он объяснял проделками Сатаны[1369].

Столкновения модернистских и традиционных основ проявлялись не только в сфере литературных изысков интеллигенции. Они захватывали сознание всех образованных слоев общества, включая императорскую чету. Ю. Н. Данилов упоминает особую роль при дворе доктора тибетской медицины П. Бадмаева, которого генерал считал авантюристом[1370]. Вместе с тем Бадмаев был крестником Александра III, пользовался большим доверием Николая II и Александры Федоровны, лечил цесаревича Алексея. У тибетского врача лечился также Иоанн Кронштадтский, впоследствии к его услугам прибегал и Г. Распутин. Не меньшими почестями при дворе пользовался французский маг-медиум, экстрасенс Мастер Филипп (Филипп Антельм Ницье), который предсказал рождение у императрицы наследника престола, а также начало Русско-японской войны и революции. В период Первой мировой войны императрица часто припоминала супругу сказанные Филиппом слова о том, что конституция гибельна для России, министров нужно крепко держать в руках и пр. 16 июня 1915 г. Александра Федоровна в письме Николаю II вспоминала Филиппа, называя его «первым Другом» («вторым Другом» был Распутин, с которым императорская семья познакомилась сразу после смерти Филиппа в 1905 г., вовремя подыскав, таким образом, ему замену): «Наш первый Друг дал мне икону с колокольчиком, которая предостерегает меня от злых людей и препятствует им приближаться ко мне. Я это чувствую и таким образом могу и тебя оберегать от них…»[1371]

Многие современники отмечали веру императрицы в сверхъестественное, выходящую далеко за рамки православия, в сферы языческого фетишизма. По их словам, двери дворцов были открыты для всевозможных юродивых странников и в разное время определенным влиянием пользовались такие юродивые, как Митя Коляба и Дарья Осипова. В высшем свете знали эти имена, и даже М. Палеолог считал, что Митя Коляба является наиболее вероятным преемником на место Распутина, если с последним что-то случится. В мае 1915 г. французский посол посвятил биографии этого юродивого несколько страниц своего дневника: «Митя Коляба — простак, безвредный слабоумный, юродивый, похожий на того юродивого, который произносит вещие слова в „Борисе Годунове“. Рожденный примерно в 1865 году в окрестностях Калуги, он глухонемой, полуслепой, кривоногий, с деформированным телосложением и с двумя обрубками. Его мозг, столь же атрофированный, как и все его тело, способен понимать крайне ограниченное количество мыслей, которые он выражает гортанными возгласами, с заиканием, неразборчивым бормотанием, рычанием, писком и беспорядочной жестикуляцией своими обрубками. В течение нескольких лет его принимали, проявляя милосердие, в монастыре Оптиной пустыни близ Козельска. Однажды его увидели находившимся в состоянии сильнейшего возбуждения, время от времени прерывавшегося полнейшим оцепенением. Это его состояние напоминало приступ экстаза. Все в монастыре сразу же решили, что через его недоразвитое сознание о себе дает знать божественное воздействие; но, что именно, никто понять не мог. Пока все терялись в догадках, одного монаха озарило. Когда он преклонил колени в темной часовне, чтобы помолиться, ему явился святой Николай и открыл ему значение выкриков и судорог юродивого: монах записал под диктовку самого святого Николая точный смысл поведения калеки. Монастырская община была поражена глубоким смыслом информации и предвидением, выраженными в бессвязных восклицаниях слабоумного: ему было известно все — прошлое, настоящее, будущее. В 1901 году Митю Колябу привезли в Петербург, где император и императрица высоко оценили пророческую прозорливость калеки, хотя в то время они всецело находились в руках чародея Филиппа. Казалось, что в губительные годы японской войны Мите Колябе предназначено сыграть огромную роль, но его неумелые друзья втянули его в крупную ссору между Распутиным и епископом Гермогеном. Калека был вынужден исчезнуть на некоторое время, чтобы избежать мести своего грозного соперника. В настоящее время Митя живет в кругу небольшой тайной, но ревностной секты и ждет своего последнего часа»[1372].

Императрица собирала амулеты, подаренные ей различными старцами, и особенно среди них выделяла амулеты Мастера Филиппа и Распутина. Помимо иконы с колокольчиком, в письмах императрицы упоминается палка, подаренная Николаю Распутиным, которую Александра Федоровна заставила мужа взять с собой в Ставку. Причем это была вторая палка — первую палку благословил Филипп, дотронувшись до нее. Вторая палка с изображением рыбы, держащей птицу, была привезена с Афона, Распутин какое-то время пользовался ею сам, но потом отдал царю. В конце концов Николай, очевидно испытывавший определенные неудобства от этой палки, приспособил ее для занятий гимнастикой. Также в письмах упоминается гребенка Распутина, которой, по мнению Александры Федоровны, император должен был каждый раз причесываться перед ответственными мероприятиями. А. Кизеветтер, в прошлом профессор истории Московского университета, покинувший его в 1911 г. по известному «делу Кассо», а также бывший член ЦК партии кадетов, писал в 1922 г.: «Рассматриваемые письма с полною ясностью устанавливают, в чем состояла тайна того психического плена, в котором Распутин держал Александру Федоровну. Легенду о физической связи между ними нужно признать совершенно опрокинутой. Полная и безусловная покорность Александры Распутину проистекала из совершенно иных источников. Прежде всего, здесь сказался тот религиозный фетишизм, который уже владел душою Александры задолго до появления Распутина. Она сама несколько раз вспоминает в письмах 1915 года про доктора Филиппа и уподобляет таинственную силу Распутина над людьми былым чарам Филиппа»[1373].

Практически все слои населения были увлечены гаданиями, как русскими народными, так и оккультными, с помощью хиромантии. Императрица Александра Федоровна во время нечастых разъездов по губерниям всегда старалась посетить известных старцев и стариц, славившихся своими способностями к ясновидению. Особенно эта тяга усилилась в ней в период Первой мировой войны. Превозмогая боль (Александра Федоровна мучилась болезнью ног, которая, по мнению некоторых исследователей, носила психосоматический характер, была следствием сильной неврастении), она часто на носилках посещала кельи. Офицер из Старой Руссы, сопровождавший императрицу в Десятинном монастыре, описал посещение государыней кельи старицы в декабре 1916 г.: «Еще на вокзале нам стало известно, что будет посещен Десятинный монастырь, и никто не мог понять почему. Только когда Она туда поехала и начала спрашивать про какую-то „старицу“, то догадались, что дело идет о некой Марии Михайловне, старухе 107 лет, которая живет в этом монастыре и славится не только некоторым ясновидением, но еще и тем, что никогда не моется. Архиепископ Арсений счел долгом Ее об этом предупредить, на что получил ответ: „Ничего, ничего, дух над плотью“. Войдя в келью М. М., Она подошла к кровати, где лежала старуха. Эта последняя спросила ее: „Ты царица“ — „Да“ — „Это твои дочери“ — „Да“. Она подошла к М. М. ближе и поцеловала ее руку, после чего Ее дочери сделали то же. Затем М. М. сказала: „Не беспокойся, все будет хорошо; война скоро кончится; не плачь (Она заплакала и начала покрывать М. М. поцелуями), но смотри, царица, не серди!“ Заставила наклониться ближе и что то еще тихо говорила. Нужно сказать, что до этого свидания Она по лестнице поднималась на руках санитаров, а после всюду всходила сама и говорила, что давно так хорошо и добро себя не чувствовала»[1374].

Кизеветтер, связавший последующую трагедию России с судьбой Александры Федоровны, характеризовал императрицу как женщину с «душою честолюбивой, порывисто-страстной и бурной и с мыслью, безнадежно затуманенной предрассудками и признаками расстроенного воображения»[1375]. Князь Ф. Юсупов и В. М. Пуришкевич считали, что сознание императрицы с помощью гипноза запутал Г. Распутин (само по себе такое объяснение свидетельствует об определенных взглядах и склонностях Юсупова и Пуришкевича): «Трудно судить о характере этого специфического распутинского воздействия, в котором своеобразный, хотя и в достаточной степени грубоватый привкус мистицизма все же был; ясно одно, что этот мужик внушил Александре Федоровне сознание наличия в нем какого-то Христова начала, Божества, благодаря которому все, чего он касается, получает благодать и освящение»[1376]. Юсупов уверял, что «лицо с такой магнетической силой, как Распутин, появляется раз в тысячу лет»[1377]. По мнению Пуришкевича, в мировоззрении императрицы болезненно смешалось несочетаемое — ценности английского воспитания и идеи русского сектантства и восточного мистицизма, что позволило сравнить ее с известными дамами-мистиками и сектантками XIX в.: «Немецкая принцесса, английского воспитания на русском троне, впавшая в мужицкую хлыстовщину пополам со спиритизмом в общей истории русского мистицизма, столь странно и оригинально казалось бы смешавшая в себе совершенно не смесимые основные элементы от курной избы до английской школы, не оригинальна. Это г-жа Крюденер или г-жа Татаринова, взобравшаяся на трон»[1378].

Последний протопресвитер русской армии Г. Шавельский отмечал сильно развитый фатализм у царя и царицы[1379], Пьер Жильяр считал, что у императора развилась «мистическая покорность судьбе, которая его побуждала скорее подчиняться обстоятельствам, чем руководить ими»[1380]. Князь Е. Н. Трубецкой, рассуждая о трагедии Николая II в выступлении на заседании Религиозно-философского общества 15 апреля 1917 г., находил ее причины в отступлении от православной веры, в «повреждении первоисточника духовной жизни»: «Он поставил свою власть выше Церкви, и в этом было и самопревозношение, и тяжкое оскорбление святыни. Он безгранично верил в субъективное откровение, сообщающееся ему — помазаннику Божию — или непосредственно, или через посланных ему Богом людей, слепо верил в себя как орудие Провидения. И оттого он оставался слеп и глух к тому, что все видели и слышали… Повреждение первоисточника духовной жизни — вот основная причина этого падения»[1381]. Современные богословы, обращающиеся к проблеме веры августейшей семьи, приходят к выводу, что Николай II и Александра Федоровна демонстрировали интерконфессиональный мистицизм, плохо сочетавшийся с официальным православием: «Религиозность царской четы при всей ее внешне традиционной православности носила отчетливо выраженный характер интерконфессионального мистицизма», — пишет профессор Московской духовной академии А. И. Осипов[1382].

Интерконфессиональный мистицизм был характерен для многих представителей российской элиты. Считавшие себя православными подданные империи, в том числе и генералы русской армии, искренне поддерживали борьбу церкви с сектантством и одновременно так же искренне интересовались мистицизмом. Оккультными науками увлекался А. А. Брусилов, вероятно, под влиянием своей жены — племянницы Е. П. Блаватской. Большой популярностью в городах пользовались хироманты. Жена революционера-террориста А. Иванова писала своему любовнику в июне 1914 г.: «Ты знаешь, я ведь в Петербурге была у хиромантки. Она мне предсказала три смерти близких мне людей в этом году. Через 2 недели после моего визита к ней умерла тетя Женя. Глупо, быть может, это, но я теперь так боюсь за дядю»[1383]. В том же месяце сидевшие в тюрьме политические арестанты, дожидавшиеся окончательного приговора, гадали о сроках наказания и вместе с тем сами предсказывали скорое начало войны: «Сейчас мы гадали. Брут написал десяток билетиков с разными выигрышами и я вытянул 12, а он 1 год. О, если бы так… Я не боюсь никакой казни, пусть дадут 1, 2, 3, 5, 10 лет я уверенно говорю, что тюрьмы откроются или амнистией или войной не позднее чем через год»[1384]. Как известно, начавшаяся через месяц война не открыла двери тюрем, это сделала произошедшая спустя два с половиной года революция.

С самого начала войны мистицизм порождал пессимизм: мистически настроенные подданные считали, что император, родившийся в день святого Иова Многострадального, обречен на неудачи как во внутренней, так и во внешней политике. Один из посетителей М. Палеолога в августе 1914 г. рассказывал о распространении «мрачных предсказаний», основанных на слухах о лежащем на Николае злом роке. В качестве доказательства приводили Ходынку, затонувший на глазах императора пароход на Днепре, болезнь единственного наследника, поражение в войне с Японией, а также «ужасные линии его руки»[1385].

Первая мировая война породила естественный интерес к предсказаниям и спросу на услуги хиромантов, ясновидцев, гадалок. Косвенным свидетельством распространения хиромантии в деревенской среде могут служить случаи доносов прихожан на священников, в которых последние обвинялись в занятиях хиромантией[1386]. Хиромантия в годы войны стала доходным делом, поэтому за нее брались многие бедняки. Ссыльный Енисейской губернии рассказывал в письме, что среди уголовников встречаются освоившие хиромантию, причем это занятие оказывается более доходным, чем кузнечное дело[1387]. Столичную печать переполнили сообщения о прибытии известных магов-гипнотизеров, рассказы о чудесных спиритических сеансах, сбывшихся предсказаниях или просто загадочных происшествиях. Так, например, «Биржевые ведомости» опубликовали историю про одну известную в Париже скрипачку, муж которой по имени Реми был призван в армию. Уезжая на фронт, он сказал жене: «Если меня убьют на войне, я дам тебе знать об этом прежде, чем ты получишь официальное извещение». Скрипачка на все время, пока ждала мужа, забросила скрипку, но в один день почувствовала очень сильную тягу к инструменту. Как только она открыла футляр, раздалось два сухих звука — это лопнули струны Ре и Ми. На следующий день она получила официальное уведомление о том, что ее муж сержант Реми погиб[1388].

В столичной печати ходили истории про мадам де-Берг, которую сравнивали с французской оккультисткой мадам де-Тэб. Де-Берг, изучив «множество рук людей разных положений, пришла к выводу, что 1914 и 1915 годы сулят нам много перемен, каких уже не было сто лет», — писал «Исторический вестник»[1389]. Якобы еще в 1908 г. она предсказала начало большой войны и сулила Германии утрату ее положения. При этом перспективы России рисовались в радужном свете в духе квасного патриотизма: «Могущество России достигнет в 1915 году небывалого расцвета. „Славянские ручьи сольются в русском море“. Русская армия раздавит немецкий милитаризм. Вообще планеты сулят России светлое будущее»[1390]. Однако с течением времени индивидуальные пророчества вытесняли глобальные, геополитические предсказания. Частная сфера жизни в силу ухудшения быта, кризиса повседневности приобретала большую актуальность. Люди устремлялись к хиромантам, чтобы узнать свою собственную судьбу и судьбу близких.

В Петрограде популярностью у непритязательной публики пользовался предсказатель «дядя Миша», который специализировался на предсказаниях солдатским женам. Гадал кухаркам и горничным на картах по 30 копеек за сеанс, но по мере роста популярности поднял таксу и, когда к нему стали обращаться представители образованных слоев, стал требовать за визит 1 рубль. Постепенно клиентов стало столько, что гадать им на картах уже не хватало времени, в результате чего «дяде Мише» пришлось освоить новую технику предсказаний: давать пророчества, мельком взглянув в лицо клиента[1391]. Подобные истории сообщают многое не столько о предприимчивых дельцах, сколько об их клиентах. Успех «дяди Миши» свидетельствует о мистическом кризисе массового сознания обывателей в годы войны.

Если «Биржевые ведомости», сообщая о «дяде Мише», иронизировали на его счет, то желтая пресса нередко делала подобным типам рекламу. Так, «Петроградский листок» рассказывал об «известной предсказательнице М. И. Гавриловой», указывая адрес ее проживания и приводя примеры ее чудесных пророчеств, включая предсказание о начале войны[1392]. Публиковались и случаи разоблачения мошенников. Так, к тюремному заключению на один месяц была приговорена столичная гадалка Карболаева. К последней за помощью обратилась солдатка Василиса Рябкова, долго не получавшая известий от мужа. Карболаева во время сеанса попросила Рябкову положить все наличные деньги в сверток, произвела с ним какие-то манипуляции, а после велела клиентке взять сверток, идти домой, спрятать его в сундук и не вынимать до конца войны, что наивная женщина и сделала. Однако вскоре после этого с партией раненых вернулся ее муж, и она решила достать деньги из свертка. Каково же было ее удивление, когда там денег не оказалось. Рябкова обратилась в полицию, и Карболаеву арестовали[1393].

[1352] Шелохаев В. В., Соловьев К. А. Российские либералы о Первой мировой войне // Новейшая история России. 2014. № 3. С. 185.

[1353] Городцов В. А. Дневники ученого. Кн. 1. С. 86, 495.

[1354] См.: Писарева Е. Ф. Елена Петровна Блаватская. Биографический очерк. Киев, 1991.

[1355] Эткинд А. М. Содом и Психея: очерки интеллектуальной истории Серебряного века. М., 1995. С. 48.

[1356] Клюев Н. А. Словесное древо. Проза. СПб., 2003.

[1357] Эткинд А. М. Содом и Психея… С. 73.

[1358] Мережковский Д. С. Грядущий хам // Полярная звезда. 1905. № 3. С. 185–186.

[1359] См.: Эткинд А. М. Содом и Психея: очерки интеллектуальной истории Серебряного века. М., 1995; Могильнер М. Б. Мифология «подпольного человека»: радикальный микрокосм в России начала XX века как предмет семиотического анализа. М., 1999; Энгельштейн Л. Ключи счастья: Секс и поиски путей обновления России на рубеже XIX–XX вв. М., 1996.

[1360] См.: Энгельштейн Л. Ключи счастья: Секс и поиски путей обновления России на рубеже XIX–XX вв. М., 1996.

[1361] Клюев Н. А. Словесное древо. Проза. СПб., 2003. С. 53.

[1362] Замятин Е. И. Мы: Роман, повести, рассказы, пьесы, статьи и воспоминания. Кишинев, 1989. С. 511.

[1363] Аверченко А. Т. Трава, примятая сапогом. М., 1991. С. 317.

[1364] Арцыбашев М. П. Санин. М., 1990. С. 239.

[1365] Эткинд А. М. Содом и Психея… С. 92.

[1366] Булдаков В. П., Леонтьева Т. Г. 1917 год. Элиты и толпы: культурные ландшафты русской революции. М., 2017. С. 137.

[1367] Steinberg M. «A Path of Thorns»: The Spiritual Wounds and Wandering of Worker-Poets // Sacred stories: religion and spirituality in modern Russia. Bloomington; Indianapolis: Indiana University Press, 2007. P. 308.

[1368] Быков В. П. Спиритизм перед судом науки, общества и религии. Пг., 1914. С. 78.

[1369] Там же. С. 99.

[1370] Данилов Ю. Н. На пути к крушению… С. 227.

[1371] Письма императрицы… Т. 1. С. 135.

[1372] Палеолог М. Дневник посла… С. 308–309.

[1373] Кизеветтер А. А. Письма царицы // Современные записки. 1922. Кн. XIII. Культура и жизнь. С. 327–328.

[1374] ГА РФ. Ф. 102. Оп. 265. Д. 1066. Л. 1702.

[1375] Кизеветтер А. А. Письма царицы… С. 324.

[1376] Дневник члена Государственной Думы В. М. Пуришкевича. Рига, 1924. С. 135.

[1377] Там же.

[1378] Там же. С. 138–139.

[1379] Шавельский Г. И. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Нью-Йорк, 1954. Т. 2. С. 296.

[1380] Жильяр П. Император Николай II и его семья. Л., 1990. С. 174.

[1381] Трубецкой Е. Н. О христианском отношении к современным событиям // Русская свобода. Пг., 1917. № 5. С. 3–8.

[1382] Осипов А. И. О канонизации последнего русского царя // Благодатный огонь. Православный журнал. Обращение 13 октября 2018. http://www.blagogon.ru/biblio/844/.

[1383] ГА РФ. Ф. 102. Оп. 265. Д. 967. Л. 31 об.

[1384] Там же. Л. 51–51 об.

[1385] Палеолог М. Дневник посла… С. 97–98.

[1386] РГИА. Ф. 797. Оп. 86. Отд. 3. Ст. 5. Д. 22. Л. 32 об.

[1387] ГА РФ. Ф. 102. Оп. 265. Д. 1005. Л. 2.

[1388] Биржевые ведомости. Веч. вып. 1915. 28 января.

[1389] Ювачев И. П. Роковой год (Предсказания войны) // Исторический вестник. 1915. Т. 139. Январь. С. 253.

[1390] Там же. С. 254.

[1391] Биржевые ведомости. Веч. вып. 1915. 10 января.

[1392] Петроградский листок. 1914. 10 октября.

[1393] Петроградский листок. 1914. 4 октября.

Правообладателям и читателям!

Произведение защищается авторским правом. Вы можете ознакомиться с легальным фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию по ссылке на последней странице фрагмента у нашего проверенного и надежного партнера.
Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Самуил Цвиллинг
Самуил Цвиллинг
[Биографии и Мемуары / Советская классическая проза]
Советские люди с чувством глубокой признательности вспоминают тех, кто беззаветно боролся за власть Советов и отдал свою жизнь за народное счастье. Одним из борцов за великое дело был первый
0
Потерянный дом, или Разговоры с милордом
Потерянный дом, или Разговоры с милордом
[Советская классическая проза / Социальная фантастика]
Думаете, чудес не бывает? Бывают, да еще и какие! Однажды вечером в городе Ленинграде поднялся в воздух кооперативный дом. То есть просто взлетел, чуть полетал по небу и приземлился в совершенно
0
Журналистка. Второй шанс на счастье
Журналистка. Второй шанс на счастье
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. —
0
Женихи из другой Галактики. Космос. Страсть
Женихи из другой Галактики. Космос. Страсть
[Любовная фантастика / Эротика, Секс]
❤️‍У Евы был худший день в жизни: её уволили, а любимый мужчина ушёл к другой. В поисках утешения она заглянула к странной гадалке, которая пообещала ей «скалу и крыло», а также замужество сразу за
0
Связанная грехом
Связанная грехом
[Детективы / Триллер / Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Бет вырывается на свежий воздух из душной клетки любви, которую для неё выстроила лучшая подруга, — и не ожидает найти утешение в объятиях Мэттью. Он верный телохранитель Себастьяна и единственный,
0
Свод отражений
Свод отражений
[Детективы / Документальная литература / Проза / Современная проза]
Частный детектив Саша Рудакова получает в наследство дом в сибирском Криволучье. Город построен так, что его отражение в реке не совпадает с самим собой. В доме все зеркала повернуты к стене, а во
0
Эффект дьявола
Эффект дьявола
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Дьяволы всегда добиваются своего, и молодой владелец нефтяной компании не исключение. Вот только природа не наградила его обаянием, и вместо того, чтобы искушать, ему приходится рушить чужие судьбы,
0
Повелитель Стихий. Том 6
Повелитель Стихий. Том 6
[Боевое фэнтези / Бояръ-Аниме]
Что общего у разведчика Легиона и белки-летяги? Оба они живут не более трёх лет. За это время средний разведчик успевает провести около пяти экспираций, после чего встречает свой конец. Я же каким
0
Целитель, который вернулся спустя 2000 лет
Целитель, который вернулся спустя 2000 лет
[Боевое фэнтези / Магические академии]
За две тысячи лет моего заточения мир успел забыть, чего стоит бояться. В Латерне целители носят сумки боевых магов, стоят у них за спиной и благодарят за место в отряде. Когда-то армии отступали,
0
Тренер Гильдии Фамильяров 9
Тренер Гильдии Фамильяров 9
[Городское фэнтези / РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы]
Меня зовут Артур Горай. Я вернулся на сорок лет в прошлое, и с меня хватит чемпионских титулов. Теперь я намерен разобрать Синдикаты по винтикам! В этом мне помогает мой дракон. Он знает будущее, но
0
Мужчина в моем шкафу
Мужчина в моем шкафу
[Любовные романы / Любовное фэнтези / Современная проза / Фэнтези]
Нелегко начинать жизнь заново, когда у тебя ничего нет. Муж забрал квартиру, карьеру Майя принесла в жертву семье. Но чудеса случаются, даже когда в них не веришь. Не просто случаются, а выскакивают
0
Искры на орбите
Искры на орбите
[Любовные романы / Современные любовные романы / Фантастика / Космическая фантастика]
Я устроилась помощницей Деда Мороза на роскошный космический лайнер «Аврора», рассчитывая немного подзаработать и провести праздники среди огней, музыки и счастливых детских улыбок.Но с напарником
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Херонейский Лев
Херонейский Лев
[Приключения: прочее / Боевик / Проза / Историческая проза]
Херонея, 338 год до н. э. Жирная точка в истории Классической Греции и отправная веха Эллинистической эпохи. Пока объединенные полисы выставляют стену щитов, чтобы защитить свою свободу, хитрый
0
Зеленая лампа
Зеленая лампа
[Русская классическая проза / Новелла]
Торговец будущим 4
Торговец будущим 4
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
В сентябре 1803 года Англия разорвала Амьенский мирный договор, объявив Франции войну. Теперь у России могут возникнуть проблемы с морской торговлей. Небось англичане начнут блокировать поставки
1
После развода. И даром не нужен
После развода. И даром не нужен
[Современные любовные романы / Самиздат]
Возвращаюсь домой из отпуска и слышу от нашего говорящего попугая странные фразы: «Ксаночка, кубничку будешь? Чьи такие ножки? М-м-м». Тем же вечером муж знакомит меня с красивой брюнеткой лет
2
Искусство избегать свою вторую половинку
Искусство избегать свою вторую половинку
[Любовная фантастика]
Я случайно переспала со своим суженым… и теперь он хочет этого на постоянной основе. Не помогает и то, что в данный момент я, возможно, ношу его ребенка, а, возможно, и нет. Избегать его
0
Образцовый доктор
Образцовый доктор
[Современные любовные романы]
Я только что пережила тяжелый развод с мужем. А моя малышка внезапно заболела и попала в больницу. Никто из врачей не может понять, что с моей девочкой. Я в отчаянии. Она – всё, что у меня есть. И
0
Белая слива Хуаньхуань
Белая слива Хуаньхуань
[Классическое фэнтези]
Юная Чжэнь Хуань, которая во время отбора произвела большое впечатление на императора и попала в его гарем, оказывается не единственной любимицей Сюаньлина. Статус наложницы дал ей не только
0
Попаданка и ее айдолы
Попаданка и ее айдолы
[Любовная фантастика / Самиздат]
Вы бы хотели коснуться любимого актера? А еще дышать с ним одним воздухом, есть из одной тарелки, ездить в одной машине, таскать на руках и... эх. Вот я — не хотела. А потому слушайте сюда: отдам
1
Анархия в школе Прескотт (ЛП)
Анархия в школе Прескотт (ЛП)
[Эротика, Секс / Современные любовные романы]
Одну ошибку в школе Прескотт нельзя совершать. Если не хотите, чтобы я уничтожила вас. Не трогайте моих прекрасно сломленных Парней Хавок. Смерть бродит по коридорам школы Прескотт. Однажды моя
1
Ко всем бурям лицом
Ко всем бурям лицом
[Детективы / Приключения: прочее / О войне / Советская классическая проза]
«Ко всем бурям лицом» — повествование о прошлом и настоящем Свердловской милиции, познавательное и одинаково интересное для любого круга читателей. Книга А. Трофимова не претендует на полное
1
Белочка и Тамарочка
Белочка и Тамарочка
[Детская литература: прочее]
В небольшом цикле рассказов описаны приключения маленьких, довольно шаловливых сестричек Белочки и Тамарочки.
0
Ловушка для стервятника
Ловушка для стервятника
[Исторический детектив]
1948 год. На окраине Казани убита и ограблена пожилая семья, муж и жена. Следов взлома и повреждений на двери нет. Очевидно, хозяева сами впустили убийцу в дом и поплатились за это жизнью. Начальник
0