Бегемот. Структура и практика национал-социализма 1933 - 1944 гг.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Широко распространенная система государственного страхования, земельные и лесные холдинги, оздоровительные и спортивные организации, молочная розничная торговля и так далее иллюстрируют степень, до которой государственный сектор расширился при Веймарской республике. Нет ни малейшего сомнения, что эти предприятия были успешны. Их успех восходит к эффективности министерской бюрократии и к тому пылу, с которым профсоюзные работники посвятили себя муниципальным предприятиям, близким их сердцам.

Что произошло с национализированным сектором при национал-социализме?

Изменения не были фундаментальными. Но во многих случаях национализированный сектор был ограничен. Холдинги рейха вернулись к своим предыдущим владельцам. В течение последних лет существования Веймарской республики Viag приобрел акции Steel Trust и Dresdner Bank, чтобы спасти акционеров от крушения. Несмотря на то что эти акции были выкуплены по цене много выше рыночных котировок, они были проданы первоначальным владельцам с убытком для государства. Viag также продал корпорацию Rheinmetall-Borsig в распоряжение Германа Геринга. «Frankfurter Zeitung» от 1 января 1941 г. объявила, что полное восстановление морских судоходных линий частными владельцами является объектом серьезного внимания. Их акции были приобретены федеральным правительством, чтобы спасти их от банкротства. Кроме этой тенденции, которая просто указывает, что национализация никогда не была целью национал-социализма, несмотря на программу партии, национализированный сектор не претерпел никаких изменений. 31 марта 1937 г.[652] уставный капитал немецких акционерных обществ и объединений с ограниченной ответственностью составлял 23 300 000 000 марок, в то время как корпорации, принадлежащие государству и управляемые федеральным правительством обладали уставным капиталом 1 774 000 000 марок, то есть приблизительно 7 % указанной суммы (без учета железных дорог, почтовой службы, телеграфа и дорог). Но еще более важным является распределение капитала, инвестируемого в принадлежащие государству корпорации, среди различных отраслей экономики. Только 345 000 000 марок было инвестировано в холдинговые корпорации, 509 600 000 в тяжелую промышленность (299.8 миллионов в шахты, 79 в гидроэнергетику, 75 в машины и вооружения), в то время как 611 000 000 были инвестированы в предприятия коммунального обслуживания. Совокупный капитал всех муниципальных предприятий Германии составил в 1936 г. всего 1 553 000 000 марок.

В то время как национализированный сектор, конечно, не вырос за счет частного, то, чем ранее управляли государственные органы, теперь находилось под объединенным контролем государственных и частных управленцев. Кажется, нет причины для изменения; оно происходит исключительно от более, чем когда-либо, близкой связи между частными капиталистами и государством. В наблюдательном совете Viag, например, мы находим Круппа, представителей Aryanzed Berliner-Handelsgesellschaft (банк) и других банкиров. В Reichs-Kreditgesellschaft наблюдательный совет  входят только два чиновника; остальные — представители частной промышленности и банков. В некоторых управленческих объединениях прусской холдинговой корпорации мы находим подобные примеры.

Мы можем подвести итог, сказав, что нет причин говорить о национализации в Германии — напротив, есть определенная тенденция, далекая от национализации. Все позиции в промышленной сфере, удерживаемые государственными органами, были закреплены до национал-социализма. Везде, где они расширились, они сделали это под давлением экономической необходимости. Частный капитал, конечно, не угрожал и не уничтожал государственный — напротив, в контроле государственных корпораций он играл решающую роль.

2. Партийный сектор[653] (объединение Геринга)

Рядом с национализированным сектором с 1937 г. с удивительной скоростью возникает партийный сектор, включающий: (1) объединение Германа Геринга; (2) фонд Густлоффа; (3) торгово-промышленные объединения трудового фронта; (4) предпринимательскую деятельность партии (издательская, печатная, с недвижимостью).

Создание партийной экономики следует по знакомым образцам американских бандитов, которые, накопив деньги путем шантажа и «защиты», реализовывают свои стремления стать честными, вступая в законный бизнес. В июне 1937 г. было основано гигантское промышленное предприятие, которое теперь занимает первое место в немецкой промышленной структуре. Сначала оно назвалось Reichswerke, A. G. fur Erzbergbau und Eisenhütten, Hermann Goring, с капиталом 75 000 000 марок.[654] Когда были основаны предприятия Германа Геринга, это событие сразу проинтерпретировали как шаг к национализации немецкой железной промышленности, но немецкие чиновники сразу выступили резко против такой интерпретации, и генерал-майор фон Ханнекен, директор главного отдела II в министерстве экономики и главный делегат от черной металлургии, объявил 10 января 1938 г. перед избранным собранием производителей железа, что «работы будут начаты как можно скорее» частными промышленниками,[655] хотя пять дней спустя это заявление было опровергнуто. То, что это не отрицалось, было подтверждением того, что у федерального правительства никогда не было намерения «вступления в невыносимое соревнование» с частной промышленностью. Учредители первоначально намеревались использовать низкосортную железную руду, которой частная промышленность предположительно не хотела касаться, но которая ввиду четырехлетнего министерского плана была необходима для того, чтобы заполнить пробел в поставке. Согласно декрету от 23 июля 1937 г. в Зальцгиттере (около Брауншвейга) права на добычу полезных ископаемых составили единый комплекс и был создан государственный концерн имени Германа Геринга для добычи руды, строительства коксовых печей и комплексных сталеплавильных заводов. В ходе реализации этой программы предприятия Геринга, несомненно, создавали что-то новое, даже если эта инициатива была просто временной мерой на период милитаризации и войны.

Однако предприятия Геринга не остались в рамках начальной программы; фактически, они вскоре отошли от нее и превратились в бандитскую организацию, целью которой было обокрасть и ограбить столько организаций, сколько было возможно в каждой отрасли промышленности. Правда то, что предприятия Геринга действительно открыли новый железо- и сталеплавильный завод в Брауншвейге. Производство руды в 1938 г. составило 413 000 тонн, а к концу 1939 г. были открыты две первые доменные печи, использующие новую технологию плавления.

Но наибольшее расширение было осуществлено после завоевания Австрии. В июне 1938 г. предприятия (Геринга) приобрели огромные склады станков, вооружения, автомобилей, а также заводы по производству железнодорожных вагонов и шахты. В марте 1939 г. крупнейшее промышленное предприятие Австрии Alpine Montan было изъято у Ф. Тиссена. Расширение предприятий Германа Геринга до их существующих границ было фактически выполнено за счет Тиссена, так же как и империя Ф. Флика едва ли была бы мыслима без падения Тиссена. Грабеж имущества Alpine Montan — в целом нелепый эпизод, начиная с объединения, которое никогда не приносило высоких прибылей — был поддержан Тиссеном по патриотическим соображениям при больших убытках и всегда оставался острием антипрофсоюзного движения и национал-социализма в Австрии. Ряд австрийских предприятий был конфискован у государства, в то время как Viag с железными месторождениями и уже упомянутым Rheinmetall-Borsig достался предприятиям Германа Геринга. Так предприятия Геринга вошли в прямую конкуренцию с Круппом в производстве вооружения. Прусское государственное объединение снабдило предприятия Геринга угольными шахтами, и, наконец, что не менее важно, экспроприация Тиссена предоставила изумительную возможность для присвоения угольных объединений Тиссена и других холдингов, которыми поначалу управлял глава округа Й. Тербовен, ставленник Геринга, который был позже назначен федеральным комиссаром Норвегии.

Австрийские трофеи были моментально освоены, начальная цель предприятий Германа Геринга была опущена. Ведущая газета[656] объявила, что неправильно было полагать, что предприятия Геринга намеревались построить новый центр горной промышленности. Национальная задача была оставлена, как только трофеи были собраны. Проводить расширение предприятий было бы трудно. Судетская область, территории, находящиеся под протекторатом, Норвегия и Румыния предоставляли новые возможности.

Прогресс объединения удивителен. Ведущий немецкий экономический журнал[657] писал: «Предприятия Германа Геринга в короткие сроки прошли все те стадии, которые частной железной промышленности пришлось преодолевать несколько десятилетий. Сегодня все еще остается только одно существенное различие: в то время как частные железные объединения избавляются от собственных угольных и коксовых баз, предприятия Геринга, за исключением буроугольных шахт Alpine Montan и своего старого юго-восточного партнера Дунайского пароходного объединения, получают свой уголь извне». Начиная с экспроприации Тиссена это «существенное различие» прекратило свое существование.

Структура объединения не определена никакой экономической необходимостью. То, что разработка железной руды требует владения доменными печами, сталелитейными заводами, и угольными базами, понятно. Но предприятия Геринга включают машиностроение, снаряжение, транспортировку, отгрузку, финансы, автомобили, поташ (углекислый калий), нефть, строительство — короче, они проникают почти во все сферы экономики. Снова верно, что почти каждое немецкое объединение расширилось в этих направлениях. Но частные объединения обычно делают так, потому что они становятся сверхобеспеченными, как предприятия Гуго Стиннеса во время инфляции 1923 г. Но предприятия Германа Геринга расширились сразу после их возникновения — не накапливая никаких сбережений.

Как тогда были профинансированы эти приобретения? Очень мало известно о методе, но немного мы знаем: частично это был простой грабеж в форме конфискации (особенно в отношении Тиссена), а частично обмен акциями или имуществом. Кто дал деньги? Налогоплательщик и частная промышленность. Из 400 000 000 марок капитала, который предприятия Германа Геринга имели в 1939 г., 245 000 000 марок были выделены рейхом, а 155 000 000 должна была выписать частная промышленность, особенно железообрабатывающие заводы, которые были вынуждены приобрести акции на сумму 50 марок на каждого сотрудника.

Эти акции не получают каких-либо дивидендов, пока сталелитейные заводы в Зальцгиттере полностью не закончены и у их обладателей нет права на участие в голосовании до 1943 г. В 1948 г. правление предприятий Геринга может выкупить эти акции. Таким образом, финансирование было типичным случаем бандитизма. Железная промышленность должна была платить деньги за защиту и финансировать своего собственного конкурента.

То, что частная промышленность и Шахт не были в восторге от нового предприятия, хорошо известно.[658] Но угроза конфискации слишком велика, чтобы быть проигнорированной. Кроме того, неизвестно, сколько большие объединения — Флик, Вольф, Маннес-ман, красильный трест, трест Wintershall — получили прибыли от сотрудничества с предприятиями Германа Геринга.

Объединение Германа Геринга сейчас имеет следующую структуру. Оно состоит из трех действующих объединений, которые управляются холдинговой корпорацией. Надо понимать, однако, что три эти действующие корпорации представляют в свою очередь сеть из многих дочерних предприятий. Самая важная действующая корпорация — уже упомянутая Reichswerke A. G. fur Bergbau und Hüttenbetrieb, Hermann Goring, с капиталом 560 000 000 марок и запасом в 118 000 000 марок. Она включает в себя главным образом шахты и литейные заводы. Вторая действующая корпорация называется Reichswerke A, G.für Waffen und Maschinenbau, Hermann Goring (оружие, боеприпасы, машины), с капиталом 80 000 000 марок и 13 500 000 резерва. Самой маленькой является Reichswerke A. G.für Binnenschiffahrt, Hermann Goring (каналы и суда), с капиталом 12 500 000 марок и запасом в 11 500 000 марок.[659] Холдинговая корпорация называется A. G. Reichswerke, Hermann Goring, была оснащена начальным капиталом в 100 000 000 марок, теперь выросла до 250 000 000 марок.

Каковы же основания этого гигантского предприятия? Сравнение с бандитскими организациями проясняет проблему. Национал-социалистический бюрократический аппарат был не в состоянии проникнуть в укрепления, отстаиваемые министерской и промышленной бюрократией в национализированном секторе. Колоссальное влияние этих двух групп все еще так же прочно, каковым оно было в период Веймарской республики. Партия не в состоянии проникнуть в частный сектор, которым, в целом, управляет та же самая группа людей. Партия не преуспела в вытеснении власти бюрократии в армии и во флоте, в судебной системе и в правительстве. Партия управляет только полицией, молодежью и пропагандой.

Но этого недостаточно. Бандит может выжить, только если он станет благородным. Один только террор может не дать ему достаточной безопасности. Только экономическая основа, обеспечивающая его устойчивым доходом и предоставляющая ему прочное социальное положение, откроет для него путь в общество. Предприятия Германа Геринга составляют попытку партии обеспечить экономические основы для государственного управления. Учреждение предприятий было экономически ненужным с самого начала. Использование низкосортной железной руды не привилегия предприятий Германа Геринга.

Два других объединения, профинансированные и организованные частными промышленниками, делают то же самое. Нашествие Германа Геринга на частный промышленный сектор — политическое, не экономическое явление. Это намерение обеспечить и укрепить политическую власть партийной бюрократии. Оно открывает новые карьерные пути для партийных деятелей. Оно создает новые доходные статьи для партийной иерархии, и это позволяет им удерживать лидирующие позиции как в промышленности, так и в госаппарате. Более конкретно, в партии это крыло Геринга пытается проложить путь в высшее общество, и для достижения этого оно ни перед чем не остановится. Это станет ясно, когда мы изучим персонал корпораций.

Кто их руководители? Наблюдательный совет холдинговой корпорации возглавляется госсекретарем Паулем Кернером. Родившийся в 1893 г., он изучал право, не закончив его изучение, является членом партии с 1926 г. и поднялся до положения высокого начальника СС, член герингова прусского государственного совета, член рейхстага и постоянный заместитель Геринга как уполномоченного по Четырехлетнему плану. Другие участники — госсекретарь доктор Лэндфрид, имя которого встречается снова и снова во многих объединениях и ведомствах: родившийся в 1884 г., сын богатого торговца и изготовителя, он, адвокат по профессии, который служил в армии, вошел в прусскую администрацию в 1920 г. и быстро поднялся. Он — абсолютно надежный член партии. Мы находим министерского советника Биркенфельда из министерства финансов; Ганс Керль, родился в 1900 г., текстильный изготовитель, президент экономической палаты, лидер текстильной промышленной группы и окружной экономический советник партии; Карл Ланге, немецкий машинный диктатор; и Томас, один из руководителей военного сектора экономики. Два руководителя холдинговой корпорации — Ренерт, прежде с объединением Quandt, и доктор Гвидо Шмидт, бывший австрийский министр иностранных дел, поспособствовавший переходу Австрии к национал-социализму. В действующей корпорации № 1 мы имеем еще более высокий коэффициент партийных иерархов; помимо Кернера и Кепплера, есть премьер-министр Браншвейга, Дитрих Клаггес, родившийся в 1891 г., учитель начальной школы и старый партийный функционер. Руководители — Пауль Плейгер, мелкий производитель железа, окружной экономический советник партии; и член государственного совета Вильгельм Майнберг, родившийся в 1898 г., член партии и «коричневая рубашка» с 1929 г., руководитель национал-социалистической крестьянской организации. В действующей корпорации № 2 руководитель — доктор Вильгельм Фосс, дипломированный бухгалтер и старый партийный функционер. В Alpine Montan, связанной с действующей компанией № 1, мы имеем в наблюдательном совете Кернера, братьев Эйгрубер (австрийские национал-социалисты), Керля, Кепплера и Ренерта, баварского премьер-министра Людвига Зиберта (адвокат по профессии, старый национал-социалист) и некоторых других бюрократов. Влияние представителей партии, таким образом, подавляющее.

В то время как правовой статус объединения Геринга — корпорация, управляемая государством, существует другое промышленное объединение, которым даже по закону полностью управляет партия, а именно предприятие Густлоффа, основанное на ариизи-рованной собственности — оружейном заводе в Зуле. В честь Вильгельма Густлоффа, агента национал-социализма в Швейцарии, который был застрелен в 1934 г., партия основала фонд Вильгельма Густлоффа, который скоро превратился в весьма немаловажное промышленное объединение, состоящее из шести корпораций — среди них известный австрийский завод по производству боеприпасов Hirtenberg. Этим объединением управляет исключительно партия, а конкретно глава Тюрингии Фриц Заукель, который был связан с расистскими организациями с 1919 г. Средства этого фонда в тени, так как он не афишировал свои балансовые ведомости или отчеты прибылей и убытков. Это предмет исключительно подконтрольный партийной иерархии.

Одинаково удивителен рост предпринимательской деятельности немецкого трудового фронта. Немецкий трудовой фронт теперь управляет следующими предприятиями:

В 1938 г. он управлял 65 корпорациями[660] — большинство из них (за исключением № 9 и ю) украдены у профсоюзов. В 1941 г. трудовой фронт, наконец, забрал потребительские кооперативы, оба оставшихся на своей территории и в Австрии.[661]

Расширение страхования трудового фронта получило огромный стимул согласно декрету, предписывающему всем профессиям, не покрытым федеральным социальным страхованием, быть застрахованными. Львиная доля пошла в German Ring трудового фронта.

Такое ли развитие есть отрицание капитализма? Я не верю в это. Напротив, это выглядит как подтверждение живой мощи капиталистического общества. Поскольку оказывается, что даже в однопартийном государстве, которое позиционирует себя доминирующим в экономической сфере, политическая власть без экономической мощи, без твердого места в промышленном секторе, сомнительна. Нет сомнения, что немецкому капитализму не нравится такое развитие. Нет сомнения, что этот процесс усилил недоверие, при котором старая бюрократия и промышленные лидеры поддерживают национал-социалистический бандитизм, который меньше, чем за четыре года, создал самую большую промышленную империю Европы путем конфискаций, прямого воровства и шантажа.

3. Регулирование цен и рынок

Утверждение, что рынок был заменен административным регулированием, в большой степени основано на существовании регулирования цен. Утверждается, что есть система административных цен, которые определяются сверху, а не механизмом рынка.

Бесспорно, что потенциальная и фактическая власть государства над ценами возросла. Регулирование цен существует и в целом является эффективным. Но отменяет ли модель контроля деятельность рынка или вновь возникают механизмы рынка в другой форме в системе регулирования цен — это более важная проблема. Мы не можем в этой книге надеяться представить всесторонний анализ мер регулирования цен, их действие и экономические следствия. Постановлений, распоряжений, инструкций и решений насчитываются тысячи. Все, что мы можем сделать, так это дать краткий очерк организационной структуры и представить сжатый обзор принципов и действующих механизмов.

Правовая основа регулирования цен — исполнительный акт Четьгрехлетнего плана от 29 октября 1936 г., создающий канцелярию федерального специального уполномоченного по формированию цен. «Для контроля над образованием цен на товары и услуги любого вида, особенно для нужд повседневной жизни, для всего сельскохозяйственного и промышленного производства, и для транспортировки товаров и предметов потребления любого вида и для других компенсаций, назначается федеральный специальный уполномоченный». Предметом его власти являются: цены за предметы потребления и услуги любого вида; арендная плата; транспортные тарифы; гонорары докторов, дантистов, и адвокатов; входные билеты в театры, кино и концертные залы, взносы организаций; почтовые взносы и плата за проезд по железной дороге; комиссии и плата за обучение в школе; весь сектор сельскохозяйственных цен за исключением оплаты труда, которая подвергается особому регулированию. 3 июня 1939 г. был издан уголовный указ, который требовал тюремного заключения (до пяти лет) и штрафов без ограничения за умышленное, намеренное или халатное нарушение закона и постановлений специального уполномоченного по ценам.

[652] SJ. 1938. Р. 525.

[653] О предприятиях Германа Геринга есть две отличные статьи: Л. R. L. Gurland (написанная под псевдонимом R. Lang) // Freies Deuisch-land. 30 March and 6 April 1939. На английском: Kurt Lachmann. The Hermann Goring Works // Social Research. 1941 (8). P. 24–40.

[654] KR. 1939 (37). P. 513.

[655] DZ. 12 June 1938.

[656] DAZ. 2 March 1939.

[657] DV. 1939, N 23.

[658] FZ. 31 October 1937.

[659] FZ. 18 January 1941.

[660] SP. 1939 (48). Р. 1070.

[661] SP. 1941 (50). Р. 215.